Покер с акулой, стр. 23
– В чем проблема? – пела служащая. – Ищете домработницу или гувернантку? Можете не сомневаться, все кандидаты имеют высшее образование, рекомендации, справки из поликлиники. Если речь пойдет о репетиторах, то первое занятие бесплатно. Наши услуги дешевы не потому, что…
– Нет, нет, – прервала я поток заученных слов, – мне посоветовал обратиться в ваше агентство господин Бурлевский.
– Федор Петрович? – вскинула дама брови и расцвела, словно пион душным июльским утром. – Не желаете кофе?
Отметив, что упоминание имени продюсера мигом вознесло мой рейтинг на недосягаемую высоту, я мило прочирикала:
– С удовольствием, но только чай, цейлонский, крупнолистовой, без сахара, желательно заваривать две минуты, и с лимоном.
Приемщица нажала на звонок, появился мальчишка, одетый в нечто напоминающее форму офицера наполеоновской гвардии. Слушая, как дама раздает указания по поводу приготовления чая, я усмехнулась. Что ж, я сама была не так давно праздной женой богатого человека, и тон капризной тетки, отдающей приказы прислуге, освоен мной до мельчайших деталей. Местная служащая поняла сразу, с кем имеет дело, и теперь таяла, как масло на горячем тосте.
– Так в чем ваша проблема? – улыбнулась она, демонстрируя безупречные коронки.
Я вздохнула.
– В двух словах не опишешь. Впрочем, попробую объяснить, надеюсь, умеете держать язык за зубами.
– Ах, – закатила дама глаза, – можете не сомневаться, многие могут сказать: Наденька Ивлева надежнее швейцарского банка!
Я окинула Наденьку критическим взором, поколебалась для вида минутку и выдала заготовленную по дороге историю:
– Мой муж – человек состоятельный и крайне общительный. После напряженного рабочего дня несется в клуб или ресторан, на худой конец, посещает театр. Словом, ведет светский образ жизни. В психологии подобный тип называется экстраверт. Я же – существо тихое, больше всего на свете любящее посидеть у телевизора с вязаньем в руках. От громкой музыки у меня болит голова, а от ресторанной пищи начинаются желудочные колики. Но супруг не любит показываться один на тусовках, и я вынуждена, скрипя зубами, таскаться вместе с ним. Надоело до жути. Но тут Федор присоветовал мне «Лауру». И вот теперь я хочу нанять девушку, которая будет сопровождать гиперактивного муженька.
– А он согласится? – спросила Надя.
Я хитро прищурилась:
– Я попрошу партнершу назваться моей дальней родственницей из провинции.
– Что ж, давайте смотреть, – оживилась Надежда, вытаскивая пухлые альбомы, – какие у вас запросы?
Я растерялась.
– Ну интересная внешне…
Надя улыбнулась:
– Сначала определим возраст.
– До двадцати пяти.
– Значит, вот здесь, – пробормотала женщина, откладывая огромный темно-красный том.
Я принялась листать страницы. На каждой красовалось четыре фотографии. Лицо крупным планом, потом девушка в полный рост в купальнике, вечернем платье и деловом костюме. Тут же шел не слишком пространный текст: «№ 9. Марина. Натуральная брюнетка, 170, 92-62-90, размер ноги 36, владеет английским, водит автомобиль, образованна, филфак МГУ, не курит, хорошо танцует, готова сопровождать в командировках. 60$ в час». Или «№ 13. Лена. 88-62-80, 168 см , размер ноги 37, незаконченное высшее МВТУ имени Баумана, танцует, может много выпить не пьянея – 40$ в час».
– Почему такая разница в цене?
Надя пояснила:
– Чем больше девушка умеет, тем она дороже. Вот Соня, например, английским владеет свободно, водительские права и за плечами пять лет работы в модельном агентстве, естественно, ее стоимость сто долларов, а Женечка языкам не обучена, машину не водит, и вообще, очень хорошая девочка, но попроще, без изыска и особой элегантности. Ей красная цена пятьдесят «зеленых».
Я медленно перелистывала страницы и, захлопнув альбом, поинтересовалась:
– Других нет?
– Ни одна не подходит? – изумилась Надя.
– Здесь кто? – ткнула я пальцем в другие альбомы, проигнорировав вопрос.
– Эти не для вас, возраст старше.
– Давайте сюда.
Вновь замелькали фото. Великолепно ухоженные дамы тридцати, сорока, пятидесяти лет. Завершали экспозицию фото благообразных, интеллигентных старушек. Волосы уложены старомодными кудельками, на кофточках камеи.
– Неужели есть спрос на столь пожилых…
Надя мило улыбнулась:
– Еще какой.
– Но зачем?
– Частенько на свадьбу нанимают.
– На свадьбу?!
– Ну да. Выбирается молодой человек в Москву из провинции, неожиданно удачно начинает заниматься бизнесом, быстро богатеет. Потом подыскивает невесту из хорошей семьи, надо ее со своей матерью знакомить. Только маменька нашего богатея сидит в каком-нибудь Мухосранске, по уши в навозе. Ну не тащить же такую в столицу, растеряется в непривычной обстановке, опозорит сыночка. А тут, пожалуйста, Эмма Марковна, вдова художника, настоящий бомонд. У нас один «новый русский» целую семью заказал – папу, маму, брата и сестру. Очень доволен остался.
– Господи, – искренне поразилась я, – как же они потом женам объясняют, куда родительницы подевались?
– А это уж кто как придумает, – пояснила Надя, – одни говорят – мамуля в Америку эмигрировала, другие сообщают о смерти. Вот Эмму Марковну, например, девять раз хоронили. Ей, кстати, очень нравится, гробы роскошные, службы заупокойные, цветов море…
– Она что, в гроб ложится? – окончательно растерялась я.
– Нет, конечно, – усмехнулась Надя, – берем бомжиху из невостребованных, одеваем, гримируем и, пожалуйста, плачьте на здоровье, дорогие дети. Я же вам говорила – «Лаура» делает для клиентов все. Кто к нам один раз обратился, потом всех друзей присылает.
Я только покачала головой. Эрзац-родители, надо же до такого додуматься!
– Федор дал мне фотографию девушки, Ксении Фединой, почему ее нет в альбоме?
Надя повертела в руках снимок и пробормотала:
– Не припомню такую! Подождите, пожалуйста, секундочку.
Потом позвонила по телефону:
– Нора, подойди сюда.
На зов явилась полная брюнетка с кроваво-красными губами.
– Скажи, – спросила Надя, – вот эту помнишь, Ксения Федина… Говорят из наших.
Нора повертела в руках снимок и безапелляционно заявила:
– Федину отлично знала, только она давно здесь не работает, а на снимке, похоже, не Ксения.
– Как так? – удивилась я.
– Хотя, – засомневалась Нора, – вроде похожа, но цвет волос иной, прическа другая, да и макияж не так наложен. На первый взгляд, кажется, что это не она, но, если присмотреться…
– Где ее можно найти?
Нора пожала плечами:
– Кто же знает, уволилась и все.
– А почему? Ее выгнали?
– Нет, сама ушла, может, замуж собралась. Девушки, если кавалера найдут, никогда не откровенничают…
– Хочу только Федину, – твердо заявила я и повернулась к Наде, – а говорили, что «Лаура» все для клиентов делает, вот и найдите Ксению.
Надежда растерянно глянула на Нору. Та задумчиво пробормотала:
– Желание клиента закон. Знаете, поговорите с Ритой, вроде они дружбу водили.
– Давайте Риту, – велела я.
– На какой срок? – сразу ухватила быка за рога Надя.
– На час.
– Сто долларов.
Отдав требуемую сумму, я попросила чек. Подошью к списку расходов и вручу Олегу Яковлевичу.
Надя ловко заполнила квитанцию и щелкнула рычажком селекторной связи.
– Звягинцева, выходи.
Через пару минут в холл вошла хорошо сложенная, но довольно полная девушка в элегантном темно-сером костюме.
– Слушаю, Надежда Павловна.
– Клиент к тебе.
Рита повернулась в мою сторону, приветливо улыбнулась и спросила:
– Ресторан или театр? Надевать вечернее платье?
– Нет, – поспешила я ее остановить, – костюм вполне подойдет. Беру вас всего на один час для разговора в кафе.
– Очень рада знакомству, – вновь улыбнулась Рита, – готова полностью.
Она сняла с вешалки элегантную темно-серую норковую шубку, и мы вышли на улицу. Стоял зверский холод. Ледяной декабрьский ветер горстями швырял в лицо пригоршни колючего снега. Рита мигом посинела, но стойко продолжала улыбаться, изображая безумную радость от встречи.