Шаман. Ключи от дома (СИ), стр. 48

Шли, пока была такая возможность. Но как результат, были вынуждены встать на ночлег. С одной стороны, оно конечно рановато. С учетом длинной ночи отдых выйдет достаточно долгим. Но с другой, стороны, альтернативой могли быть травмы, которые уж точно будут лишними.

В путь выдвинулись с припозднившимся рассветом. А часам к одиннадцати уже вышли к цели своего путешествия. Правда, это вовсе не означало начало отдыха. Слишком мало времени, чтобы осмотреться и подготовиться к проведению операции. А ведь они пока еще даже не определились как будут действовать.

Конечно, предпочтительно тишком вывести всех пленников и скрыться. Но и вариант полного разгрома гарнизона исключать так же нельзя. А в том, что им это по зубам, Бородин не сомневался. Единственно были слишком высоки шансы понести потери. Чего откровенно хотелось избежать.

- Ну что скажешь, Волк?- Поинтересовался Игорь у Антона.

Настю, Игорь, видел своим первым замом в плане общего руководства группой, ввиду знания ею местных реалий. Но во всем, что каса‍л​ось бо​евых дейс​​твий, Волков оставался его неизменной правой руко‍й. Хм. И чего греха таить, по боевой подготовке очень скоро должен был встать вровень. Правда, в плане теоритических знаний и практических стандартных наработок из арсенала диверсионно-разведывательных групп, Бородин все еще значительно был впереди.

- Если верить схеме капитана периметр в ловушках и имеется только два прохода. Первый, это подъездной путь к причалу. Второй кромка берега, шириной метра два. На ночь, подходы к воротам перегораживаются тремя рядами рогаток. В надвратной башне ютится гатлинг и постоянный пост. Из караулки есть возможность подняться непосредственно в башню. На стенах еще два поста, и часовые постоянно обходят периметр с восточной и западной сторон, деля на двоих северную. Но судя по пометке составлявшего схему, преодолеть ловушки лучше не пытаться. Плюсом к этому постоянный внешний пост на утесе. Трое караульных с гатлингом. Кстати, из этих вижу только одного,- вглядываясь в окуляры бинокля, заметил Антон.

- За изучение матчасти пятерка. Что предлагаешь?- Стараясь лишний раз не двигаться, поинтересовался Игорь.

По возможности Бородин всегда сначала интересовался мнением Волкова. С одной стороны, это заставляло парня шевелить мозгами, ну и вроде как сдача зачета. С другой, позволяло Игорю самому глянуть на тот или иной вопрос глазами напарника. А там глядишь и уловить в его словах рациональное зерно и не ударить в грязь лицом. Мало того, еще и эдак многозначительно покачать головой и заявить, мол вот оно как, молодец, соображаешь.

Волков вновь приник к‍ ​бинокл​ю, осматр​​ивая окрестности. Очень уж не хотелось парню удар‍ить в грязь лицом. Для того, кто уже поднабрался опыта и уже стоит несколько выше остальных товарищей, вполне нормальная реакция.

Фактория располагалась на берегу небольшой и уютной бухты, обеспечивающей надежную и безопасную стоянку для небольших судов. У деревянного причала сейчас как раз находилась паровая шхуна с суетящимися на палубе матросами. Какие именно повреждения получило суденышко непонятно. Но сомнительно, чтобы ремонт уже был завершен, коль скоро оно все еще здесь.

Мерах в пятидесяти к северу от берега стоит непосредственно фактория. Эдакий квадрат со стороной метров в двадцать и единственными воротами выходящими на юг. Над ними имеется башенка, или скорее все же вышка, с Гатлингом и часовым, осматривающим окрестности. Других постов не видно.

Стены периметра, одновременно являются и стенами зданий фактории, а их крыши, площадками для стрелков. О внутреннем устройстве они могли судить только по имеющейся у них схеме, потому как находились к востоку от укрепления, за небольшой горной речкой и как следствие на низком ее берегу. Противоположный склон, который бы открывал обзор на внутренний двор, находился слишком далеко, чтобы им можно было воспользоваться.

- Я думаю, что нужно дождаться темноты и начать действовать, благо луна только нарождается и толку от нее никакого. Взобраться на во-он на то дерево, на склоне. Это позволит подняться над позицией на утесе и с расстояния метров в полтораста без шума разобраться с караулом. Потом перебраться в это гнездо и снять час‍о​вых на​ стенах. ​​Одновременно сработать и того что в вышке. Максим‍альная дистанция не превысит двухсот пятидесяти метров. Вполне рабочая дистанция. А там к воротам и на стены.

- Вы остаетесь без поддержки бесшумного автоматического оружия,- высказал свое замечание Игорь.

- Ничего. На этот случай у нас две «Гюрзы» и шустрая как понос Настя. Ее только запусти в караулку, так она там всех постреляет к нехорошей маме.

- Хм. В общем и целом, нормально. Но внесем в твой план небольшую поправку. «Валом» вооружаем Штыка. Он у нас лучший стрелок, время освоиться с автоматом у него еще есть. Ему в напарники Дока. На них гнездо, куда они потом перебираются и работают по часовым на стенах. Случись шум, Штык сможет контролировать все стены и минимум треть двора. Жаль не со стороны казармы, офицерской и сержантской квартир. Но зато караулку и выход на вышку, однозначно. Плюс и шхуна в зоне его досягаемости.

- Не многовато на него одного?- Усомнился Волков.

- Это на всякий пожарный. А вообще суденышком займется Док с гатингом. Там он под полноразмерный винтовочный патрон расстояние получается порядка трехсот метров. Нормально. Я становлюсь в пару с Настей, и работаю с ней в два ствола,- скосив взгляд на Волка, продолжил Игорь.

На такую перестановку в парах и пертурбацию вооружения парень отреагировал ровно. Как бы ему не хотелось, но понимает, что после Насти, в обращении с короткостволом идет Игорь.

- Дальше. По сигналу Дока, поднимаемся на стену, и входим в караулку. Далее отрабатываем офицерскую и сержантскую квартиры, потом казарму. Повезет, на шхуне даже н‍е​ чухну​тся. Нет.​​ Значит все будет шумно и больно.

- Не хотелось бы‍,- вздохнул Волк.

- Согласен. Лишнее. Но с другой стороны, даже при худшем раскладе противник лишается сразу шестерых бойцов. А мы занимаем выгодную позицию. Если бы берданки могли простреливать потолки, еще туда сюда. Но при намечающемся раскладе, таболатцы попросту обречены.

- Ну что, работаем?

- Работаем, Волк.

Хм. Ну вообще-то, никакого взрыва бурной деятельности после этого не произошло. А совсем даже наоборот. Они медленно, медленно, начали отползать за кусты, изображая из себя эдакие лохматые кочки. Чтобы ни дай бог не привлечь к себе внимание. Затем скатились в промоину и резво перебирая локтями, поползли до зарослей кустарника. Каких-то минут двадцать и они наконец оказались вне зоны видимости с таболатских постов.

Правда, это вовсе не значило, что они предались праздности, в ожидании ночи. Наоборот, пока еще светло, необходимо было разведать подходы к утесу и примеченному дереву. Да еще и Штыка с доком выставить заблаговременно. А значит и обучение их снайпера не следовало откладывать в долгий ящик.

Впрочем, все это пришлось отложить, потому как война, войной, а обед по расписанию. Правда, на этот раз пришлось обходиться холодными мясо-растительными консервами, невьянского производства. Но это ничего. Они и холодные вкусные.

Хм. Понятно, что если разогреть, то получится куда как лучше. Но не стоит злоупотреблять везением, там где можно просто поостеречься. Запахи еды и дыма распространяются довольно далеко. И не имеет никакого значения то, что гарнизон фактории фактически‍ ​не выс​овывает з​​а стены своего носа. Тут между прочим края горцев‍. А эти ребята страсть как не любят… Н-да. Ну в общем-то всех подряд не любят. Вот кто попался на глаза, тех и не любят.

Штык ухватил суть сходу. И с автоматом разобрался на раз и с ночником никаких трудностей. Впрочем, а какие там трудности-то. Включить сам ночник, затем ИК фонарь. Его сейчас конечно не проверить. Но суть понятна. И то, что он готов к работе так же видно.

Пробная стрельба лишний раз подтвердила, что Калачев лучший стрелок команды. Признаться Игоря даже слегка кольнуло задетое самолюбие. Присутствовала надежда, что Штык все же окажется не так хорош. Но… Плотная группа попаданий на сотню метров ясно показала, что Бородин все же далеко не снайпер. С другой стороны, оно конечно для дела к лучшему. Но вот, извечный дух соперничества, присущий мужчинам так и скреб на душе.