Пленницы Четырех Миров (СИ), стр. 68
О, Господи! Я чуть язык себе не откусила от страха. Ничего хорошего из этого точно не выйдет!
Сопоставив физические характеристики обоих мужчин, я прекрасно поняла, кто окажется победителем. К тому же в памяти еще свежа была картина, как Тиренд в одиночку расправился с пятью громадными мужиками.
У Гейна ни шанса! О чем он только думает, приглашая сразиться с ним кипящего от ярости воина, которому явно уступает?!
Я с недоумением уставилась в лицо порученца, но не увидела в нем ни тени сомнения. Напротив, глаза горели предвкушением, ноздри раздувались.
Похоже, мне никогда не понять мужчин! Может, хоть Тиренд окажется более благоразумным.
– С радостью, – услышала я звенящий ответ.
Черт…
– По-моему это плохая идея, – осмелилась встрять я, но меня просто проигнорировали.
Гейн швырнул поводья Ветра в руки подбежавшего конюха и пригласил Тиренда следовать за собой. Я, хоть меня и не приглашали, тоже поплелась за ними.
Надеялась, что если дело зайдет слишком далеко, смогу как-то остановить этих идиотов.
Мы вышли на широкое подворье, где стояли мишени и другие приспособления для тренировок. В отдалении виднелись фигуры воинов, но они не приближались, держась на почтительном расстоянии. Подбежал лишь один – мужчина лет двадцати пяти, по комплекции немногим уступающий Тиренду.
– Вам понадобятся наши услуги, ми…
Гейн резким взмахом руки оборвал невысказанную фразу и бросил:
– Нет. Если понадобитесь, позову сам.
– Слушаюсь, ми…
– Пошел вон! – рявкнул порученец, заставив меня вздрогнуть.
Тиренд же с легким недоумением уставился на него, как и я, не понимая причины такой внезапной ярости. Гейн резко развернулся и сухо обратился к моему мнимому брату:
– Готов?
– Даже не сомневайтесь, – усмехнулся Тиренд.
Я благоразумно отошла в сторону, наблюдая, как мужчины сбросили с себя верх одежды, оставаясь в одних штанах. Понимаю, что так удобнее драться, но щеки мои тут же залила краска. Глаза помимо воли скользили по обнаженной мускулистой груди, притом не только груди Тиренда, что меня особенно смущало. Но эти стыдливые мысли тут же улетучились, стоило им начать драться.
Замерев и открыв рот, я едва успевала замечать ловкие подсечки, удары и развороты.
Поразительно, но кажущийся хрупким по сравнению с противником порученец ничем ему не уступал! А то, как он ловко уклонялся и с какой скоростью двигался, вообще казалось нереальным.
Поначалу на губах Тиренда играла чуть презрительная улыбка, но уже через минуту лицо стало полностью сосредоточенным.
Похоже, он тоже признал – в этот раз у него достойный противник. Не чета шаранским воинам!
Краем глаза заметила, как стоявшие в отдалении воины, тоже занимающиеся военной подготовкой, прервались. А потом несмело двинулись в нашу сторону. Остановившись в пяти метрах от нас, с восхищением наблюдали теперь за схваткой.
– Невероятно! – услышала я возглас одного из них. – Никто еще не выдерживал так долго!
Судя по тому, что Тиренда они вряд ли хорошо знали, речь шла о Гейне. Похоже, он тут считается одним из лучших, раз выстоять в схватке с ним считалось чем-то невозможным.
В какой-то момент показалось, что Тиренд проиграет. Несколько ловких движений порученца и он оказался на земле. Но когда уже в его челюсть готовился обрушиться удар, Тиренд молниеносным движением откатился и вскоре был на ногах, зажимая в смертельном захвате шею противника.
Все вокруг выдохнули в едином порыве, глядя на эту сцену округлившимися глазами. Тиренд же без тени улыбки разжал руки и отпустил соперника.
– Ты достойно сражался! – спокойно констатировал он, почему-то напрочь позабыв о нормах этикета. Словно сейчас чувствовал себя равным Гейну.
Я увидела, как покрывшееся красными пятнами после напряженного боя лицо порученца заливает смертельная бледность. И как он посмотрел на моего любимого…
Господи, мне тут же захотелось закрыть Тиренда собственным телом! Да, судя по всему, к проигрышу Гейн готов не был.
– Завтра, в это время. Поединок на мечах, – процедил он и, не глядя больше ни на кого, двинулся ко дворцу.
Я осторожно взяла Тиренда за руку.
– Пожалуйста, будь осторожен…
Он резко выдернул руку и смерил меня уничтожающим взглядом.
– Я сам решу, что мне делать, женщина.
Разозлившись на этого пуленепробиваемого осла, я просто развернулась и ушла.
Толку с ним говорить?! Он все равно меня не слышит. И не хочет слышать. Ведет себя, как мальчишка. Ну что он пытается доказать вообще? И он, и я прекрасно понимаем, что его чувства ко мне все еще сильны. До такой степени, что Тиренд готов в клочья разорвать любого, кто ко мне прикоснется. Так почему же он делает все, чтобы меня оттолкнуть?!
И все же я была готова на все ради этого непримиримого, но от этого не менее любимого человека.
Нужно постараться смягчить гнев порученца. Не допустить, чтобы он захотел мстить Тиренду.
И я помчалась в покои Гейна Стейниса.
Стражники у двери, как и прежде, беспрепятственно пропустили меня. В приемной уже сидел прислужник Гейна.
Так и не знаю, кто он вообще. Может, личный помощник.
Заметив меня, в этот раз он почему-то не стал молчать, а окликнул:
– Я бы на твоем месте туда не ходил, – он красноречиво кивнул в сторону запертых дверей кабинета.
– Почему? – полюбопытствовала я.
– Злой, как шаранец.
У меня даже брови взметнулись от такой местной поговорки. Потом я осторожно сказала:
– А злой почему?
– Я почем знаю? – усмехнулся мужчина. – Сама знаешь: ему вопросы не задают.
– Почему? – с недоумением спросила я, а мужчина вдруг перестал улыбаться и слегка побледнел.
– Забыл совсем… – пробормотал он очередные непонятные для меня вещи и тут же вернулся к просмотру каких-то бумаг.
– Так я могу войти? – неуверенно спросила я, поняв, что больше он мне ничего не скажет.
– Твое дело, – не поднимая глаз, откликнулся мужчина.
И я, поколебавшись, постучала в дверь.
Послышался гневный возглас:
– Убирайся!
Проглотив подступивший к горлу комок и борясь с желанием последовать требованию порученца, я все же постучала снова. Заметила испуганные округлившиеся глаза личного помощника и поняла, что зря я это сделала.
Через несколько секунд дверь с силой распахнулась, открывая разъяренного порученца. Все еще полуобнаженного, с всклокоченными волосами и следами ссадин и синяков на теле. Глаза просто бешеные! Не знаю, что бы он сделал, окажись на моем месте тот же перепуганный помощник. Но при виде меня вдруг резко замер. Мало помалу ярость в глазах утихала, но смотрел он на меня как-то странно. Одновременно сердито и в то же время…
Нет, я понятия не имела, чем было это второе чувство. И даже думать об этом не хотелось.
– Что тебе? – хрипло произнес он уже совсем другим тоном, чем было произнесено достопамятное «Убирайся!»
– Пришла узнать дальнейшие распоряжения, – еле слышно сказала я. – Не нужно ли вам чего-нибудь, лорд Стейнис.
Некоторое время он будто колебался. Стоял и смотрел на меня так пристально, что мне даже не по себе стало. Потом отошел, позволяя пройти. И едва я уже со значительно меньшей решимостью вошла, закрыл за мной дверь.
Прошел в спальню, двинулся к столику, на котором были разложены какие-то флаконы. Взял в руки что-то, похожее на корпию, смочил ее жидкостью из одного из сосудов и приложил к ссадине на груди. Запахло чем-то с содержанием спирта. Я проследовала за ним и в нерешительности остановилась.
– Больно? – не зная, что еще сказать, спросила я.
– Не так, как моему самолюбию, – невесело усмехнулся он.
Уже шутит – это хорошо.
Я неуверенно приблизилась, взяла из его рук корпию и стала дальше обрабатывать кожу. Он не сопротивлялся, дыхание его становилось все более прерывистым.