Искажающие реальность-2 (СИ), стр. 29

— Погоди, погоди… — в рассказе морфа меня очень заинтересовал один чисто технический момент, — получается, что ты никогда не выходила из игры? Но должно ведь существовать материальное тело, причём оно хранится совсем недолго, насколько слышал. Откуда ты тогда знаешь, что можешь выйти в реальный мир?

— Не знаю, просто верю, — смутилась и быстро поправилась лисичка, после чего понизила голос и продолжила. — Никто из морфов не знает, что произойдёт при выходе из игры, хотя такой функционал в настройках по-прежнему есть. Те же, кто попробовали, никогда уже не вернулись обратно в игру и не поделились своими знаниями. Бытует мнение, что это — окончательная смерть для тех, кто устал от череды бесконечных смертей и возрождений. Но вся наша вера основана на возможности однажды выйти в реальный мир и обрести новую родину.

Вопрос был явно тяжёлым для моей собеседницы, и лисичка откровенно загрустила. Поэтому я постарался сменить тему на что-то более простое:

— Скажи, а почему у тебя имя отображается как «не определено»? Разве у морфов не бывает имён?

— Наоборот, у нас сотни и тысячи имён. Но, герд Комар, разве тебе просто было бы общаться со мной, если бы меня звали, скажем, У-ооуу Оу-ооо-иу или Шишишаш Шша У-шшш-ши, или вообще набором из двадцати семи шестнадцатеричных цифр? Поэтому для каждого собеседника я называюсь и выгляжу так, как ему удобней и приятней. Твоё сознание подсказало, что человеку понравится облик кого-то безобидного глазастого и пушистого, и для тебя я выгляжу вот таким милым зверем, не знаю уж как он называется. Впрочем, если в процессе разговора морф чувствует отторжение и негативную реакцию, то учитывает их и быстро подстраивается под собеседника.

Кстати, морф действительно менялся в процессе общения, незаметно глазу и плавно, но передо мной давно уже находился не дикий зверь, а гораздо более очеловеченное существо с живыми эмоциями на лице. Рыжая лиса как исходный прообраз легко угадывалась, сохранились торчащие ушки и частично шерсть, как и длинный хвост. Но изменилась форма головы, появились человеческие глаза, шея и явно женская приятная глазу фигура. Вышел эдакий странный гибрид человека и зверя, такая вымышленная раса вроде называлась «фури». Негатива и тем более отторжения такая очеловеченная лисичка у меня не вызывала, скорее даже наоборот положительные эмоции. Но это что же получалось, именно моё собственное сознание «вылепило» этот образ собеседницы?! Проверим!

— Мне неудобно, когда собеседника непонятно как называть. Поэтому я буду звать тебя Фокси — такое имя хорошо соответствует твоему образу космической лисички.

— Да без проблем, — фыркнула моя собеседница. — Фокси ничем не хуже других имён.

В описании действительно мгновенно появилось имя «Фокси». На мои же фантазии относительно внешнего вида морф реагировал с заметной задержкой, но я с интересом замечал, как тело Фокси менялось в соответствии с моими пожеланиями. Так, лисьи уши убрать. Морду приплюснуть, сделать человеческое лицо. Талию потоньше. Живот втянуть. Груди побольше, а вот шерсти на них поменьше бы, а лучше вообще без шерсти. Передние лапы укоротить, а пальцы на них должны быть явно подлиннее. Нет, это уже слишком длинные. Вместо когтей плоские ногти… Да, блин… Совсем не то. Жуть какая-то, а не человек! Вообще не получалось у меня создать из морфа красивую девушку!

Оторвавшись от сосуда с питательным бульоном, Фокси обиженно прокомментировала:

— Что заказывал, то и получил! Я впервые встречаю человека и не знаю принятых у вашей расы эталонов красоты. И вообще, герд Комар, если ты строишь какую-то конкретную самку своей расы, то лучше покажи мне её изображение в полный рост, так будет намного проще и быстрее.

Я смутился и попросил Фокси опять вернуться к хорошо получившемуся образу очеловеченной лисички. Моя собеседница быстро сменила облик, а потом совсем по-человечески зевнула, прикрывая пасть когтистой лапой:

— Спасибо тебе, наелась так, что могу лопнуть. А ещё мне нужен отдых, очки выносливости на нуле. Думаешь это просто — вот так по каждой твоей прихоти то отращивать шерсть и сиськи, то снова убирать?! Кстати, ты уже поселился в местной гостинице? Оплатишь и для меня номер? Там всего-то тридцать крипто за сутки. А то у морфов, сам видишь, ни вещей, ни денег…

Тридцать крипто — это двести десять драгоценных красных кристаллов. Охренеть тут на космической станции цены за гостиничные номера! Мне даже на себя самого было жалко тратить такую огромную сумму, а уж на едва знакомую странноватую лисичку тем более. Вообще нафиг она мне сдалась? Поела на халяву за мой счёт, и на том пусть спасибо скажет!

Фокси явно почувствовала мой настрой, так как поспешила выдвинуть альтернативное предложение:

— Человек, я не умею читать мысли, зато хорошо чувствую настрой собеседника. Ты растерян и немного напуган, ты не знаешь, что дальше делать. Я же хорошо знаю миелонский и могла бы служить тебе гидом, а также помогать в переговорах с местными торговцами и капитанами. А отдельной жилой капсулы для меня можешь не брать — оформи меня как своё ручное животное, там за пета вообще то ли два, то ли три крипто всего. А мы вдвоём отлично поместимся в одном номере!

Упустить такое необычное и ценное существо было бы огромной ошибкой с моей стороны. Да, Фокси выглядела странной и возможно просто собиралась использовать меня в каких-то своих целях. Но зато она знала миелонский язык, хорошо ориентировалась на станции и могла бы действительно помочь мне в решении множества бытовых и торговых вопросов. Поэтому думал я совсем недолго и махнул рукой, соглашаясь:

— Хорошо, Фокси, договорились! С меня жильё и кормёжка, с тебя услуги гида и переводчика. Веди меня, показывай дорогу к гостинице!

Встав из-за стола, я собрался было на выход из кафе, но вот моя новая спутница неожиданно замялась и так и осталась сидеть на полу. Вообще Фокси выглядела сильно растерянной. Что такое?

— Герд Комар, признаюсь, я так и не поняла, на двух лапах или четырёх должно ходить это придуманное тобой существо. В твоих представлениях о нём были разные варианты, так что я запуталась!

Я весело рассмеялся над такой неожиданной и весьма забавной проблемой, а потом объяснил пушистой переводчице правила поведения:

— Фокси, когда ты отыгрываешь роль бессловесного животного, то ходишь на четырёх лапах, можно будет даже для достоверности поводок и ошейник прицепить. Когда же ты разумная, то совсем как человек, ходишь на двух ногах.

— Понятно. Но сейчас мы идём в гостиницу, и я — твоё животное!

Моя знакомая кивнула и, приняв облик классической рыжей лисицы, встала на четыре лапы и совсем по-собачьи отряхнулась от налипшего к шерсти мусора. Я же смотрел на новую информацию, появившуюся над морфом:

Фокси. Лиса (животное). Питомец герд Комара. Уровень [информация скрыта владельцем животного].

Информация скрыта хозяином животного? Ну-ну… Морф упорно не хотел делиться со мной информацией о своём уровне и потому шёл на подобные уловки. Подозреваю, что причина для такой скрытности имелась, только вот какая? Или маленькая неопытная Фокси стеснялась раскрывать свою слабость, или наоборот там был далеко не первый уровень персонажа!

Глава тринадцатая. Враг двух прайдов

«Гостиничный номер» представлял из себя закрывающуюся металлической шторой капсулу размерами три на два метра, но при этом зачем-то очень высокую — до потолка я при всём желании не смог бы дотронуться даже в прыжке. Не знаю, на существ какой расы были рассчитаны такие странные габариты. Возможно, миелонцы просто взяли максимальные размеры представителей разных рас — высоту крупных гэкхо, длину триллов, диаметр огромного брюшка пауков-мелеефатов — и рассчитали минимальную комнатушку, в которую вписались бы все эти существа.

Ни о какой мебели речи вообще не шло, не считать же полноценной кроватью пружинящий мягкий пол из какого-то синтетического материала, а оборудованием единственный светильник на потолке. Из предметов комфорта имелась разве что щель вентиляции в одной из стен, причём силу потока воздуха регулировать было можно, но вот температуру нет. Воздух же шёл горячий, так что в капсуле очень быстро стало жарко и душно, и я вообще перекрыл вентиляцию. Мда… признаться, я расстроился, так как за тридцать два крипто рассчитывал получить нечто более комфортабельное.