Обитель Ларса Геера (СИ), стр. 78

Когда спящий Трой открыл глаза и принялся петь знаменитую детскую песенку- считалку, стало ясно, что контроль уже у Марисы, и я начала действовать. Это было похоже на магическое исцеление порезов, когда острие ножа царапает кожу, а она стягивается сразу следом за ним. Так и здесь: Мариса оказывала влияние, оставляя в сознании парня чёрную полосу следа мурийской магии, которую я сразу же нейтрализовывала. Именно так всегда и исцеляли людей, пострадавших от мурий. Но именно из-за того, что след их силы быстро развеивался, заполняя сознание жертвы, обращаться к исцелителю нужно было непременно сразу. В нашем случае исцелитель и мурия работали в связке, что должно было исключить любые негативные последствия для Троя.

Когда считалка прозвучала в пятый раз и начала изрядно раздражать, я попросила Марису остановиться. Девушка отпустила нити, а я старательно «подтёрла» её следы. И, просканировав ауру красноволосого, радостно пискнула.

Всё получилось!

- Всё получилось! — радостно сообщила Марисе, выйдя из транса.

— Понятия не имею, что именно получилось, но твоя довольная рожа бесит, — кисло отозвалась она.

Я решила не придавать значения ехидным замечаниям мурии: нам с ней ещё сотрудничать, да и вообще я пыталась научиться воспринимать людей такими, какие они есть, и не ожидать чего-то большего. Например, я уже смирилась с мыслью, что от Марисы не дождёшься благородства.

— Это и будет мой заказ, — начала говорить я, по-прежнему улыбаясь. — Ты будешь управлять Троем на турнире — так, как делала это с Ваилом, а я буду исключать негативные последствия для него.

- Ты хочешь отдать победу Штейнам? — перебила Мариса.

— Да, именно, и даже не спрашивай, зачем — так нужно. Ты будешь управлять им в бою и магическом поединке, а с третьим этапом, я думаю, он справится сам. Мы будем работать с его резервом, как и раньше.

— Не хочу тебя огорчать…хотя нет, хочу! — оскалилась мурия. — Но если мы будем пополнять его резерв, то у меня не хватит магии, чтобы вести бои!

— О, я об этом тоже подумала, — ехидно улыбнулась я. Оказывается, это приятно — обламывать наглых мурий. — У меня есть кольцо, и я надену его. Мы сольёмся сознаниями, и во время турнира ты будешь брать силу из него.

— Действительно, всё продумала, — пробубнила девушка.

На самом деле это была идея Олеса. Троя может исцелять только личная магия Марисы, а вот она может использовать любую мурийскую, в том числе и магию кольца.

Обговорив детали, мы подписали очередную расписку. Правда, кроме тетради мамы девушка запросила ещё и яд лиграна. Не знаю, на кой он ей понадобился, но мне было не жалко.

Вспомнив о лигране, я велела Олесу доставить Марису в трактир и побежала сцеживать яд. Мало ли, вдруг пригодится использовать на ком-нибудь из претендентов, чтобы отбить всякие мысли о боях? В общем, я решила, что в войне все средства хороши.

Через час в моём арсенале было пять пузырьков эликсира чистой и вечной любви. Противоядия против яда лигранов, к слову, ещё не было. То есть были различные настои, снимающие слишком уж острую привязанность, но не полностью. Надеюсь, что мне не придётся прибегать к подобным методам, но подстраховаться

нужно. Рана же я отнесла к гнезду его сородичей, справедливо рассудив, что защищать меня не от кого.

Вечером, после ужина, когда вернулся арт Поли, уже встретивший поверенного и разместивший его в замке графа Вилдо, мы вместе пошли осматривать Троя. По дороге к нам присоединился Лью, и оба мага расспрашивали, как именно очнулся красноволосый. Что он говорил, был ли при памяти, не было ли жара, и так далее. Я терпеливо отвечала на все вопросы, пока арт Поли не сделал собственные выводы.

— Как я и предполагал, обычное выгорание, — констатировал он. Колине с умным видом кивал, соглашаясь, как мне казалось, совершенно со всем, что скажет арт. Я благоразумно молчала, не афишируя своего участия в чудесном исцелении этого «простого», по их мнению, выгорания.

Когда мы пришли, Трой не спал, но позволил арту осмотреть себя.

- Действительно, всё налаживается, — улыбаясь, вынес вердикт маг.

— Когда я смогу уйти? — не мешкая поинтересовался Трой, мельком взглянув на меня. Я не считала арта Поли не внимательным дураком, поэтому старалась и вовсе не смотреть на красноволосого. Не хватало, чтобы маг заметил наши переглядывания.

- Думаю, через седмицу, не раньше, — ответил арт.

— Но турнир всего через день, — взволнованно проговорил Трой, — а представление участников и вовсе завтра!

В этот раз, поскольку все участники ещё не успели разъехаться по домам после турнира в Россо, решили провести их представление народу снова в Квеке. Не было смысла во второй раз объезжать все крупнейшие города Норолона, ведь состав участников не менялся.

— Но ты не можешь участвовать, — мягко сообщил арт. — Ты не выдержишь магического поединка, а если кое-как и устоишь, снова окажешься здесь, а второе выгорание за столь короткий срок может иметь фатальные последствия.

Под красивым словом «последствия» арт подразумевал смерть, ведь обычно так и бывает. Не все переживают первое выгорание, а второе так и подавно.

— Вам стоит обсудить этот вопрос с моим братом, — Трой решил выложить свой главный козырь в виде сурового графа Тариона.

Арт Поли сразу напрягся, но, взяв себя в руки, благосклонно кивнул. Мы чинно распрощались с младшим графом, велев ему побольше отдыхать и есть. Еду для него, кстати, сегодня готовил сам Тарион, и лично приносил её брату.

- Глупый мальчишка, — едва мы покинули палату, процедил арт.

- Его нельзя отпускать, — как всегда поддержал Лью.

— Что я могу противопоставить графу? — развёл руками старый маг. — Он подданный Голдштейна, а правитель может распоряжаться как судьбами всего народа, так и каждого человека в отдельности.

Некоторое время мы шли молча, почти до главного корпуса, и уже у самого

входа арт обратился ко мне:

— Лидия, на ночь я приставил к Трою сиделку, а утром с ним побудешь ты. Я уеду на рассвете, нужно заниматься подготовкой арены и возводить защиту, так что если тебе что-то будет нужно, обращайся к Лью.

— Хорошо, арт, — вежливо улыбнулась я и мы попрощались. Я же прошла в сад и, вернув Рана в гнездо, направилась к себе.

Комната была заперта, но я чувствовала, что в ней кто-то был. Это необъяснимое чувство, словно кто-то оставил сильный магический след. Поэтому входила я настороженно и постоянно озиралась по сторонам. И только спустя некоторое время я поняла, что чувствую не магический след, а скорее фон, как от артефакта. Я просто закрыла глаза и пошла туда, откуда больше всего «пахло» магией.

Интуиция привела к кровати, на подушке которой я обнаружила кольцо. Оно было совсем не таким, как моя змейка — более массивным, толстым, с огромным ярко-алым камнем, и от него сильно фонило магией.

Я несмело взяла кольцо и почти сразу выронила его из вмиг ослабевших рук. По внутренней стороне ободка из красного золота змеилась светящаяся магическая гравировка, непрерывно двигаясь по кругу: «Ева Дарина Геер».

— Кто…? — глухо прошептала я. Я была уверена, что кольцо — очередная выходка импульсивного графа Голдштейна, но он не может знать моего имени! Тогда кто?

- Олес, — я хотела сказать это громко, но почему-то вышел лишь глухой шёпот.

Живун появился незамедлительно и сразу напрягся, увидев меня. Я же молча

указала на кольцо, упавшее на кровать. Камень поблёскивал, словно внутри него горело и играло пламя, переливаясь, становясь то ярче, то тусклее. Хранитель долгое время молча изучал артефакт, внимательно его разглядывая.

- Я не могу сказать, как оно появилось здесь, — холодно сказал он.

— Как? — удивилась я. Уж если Олес чего-то не знает, или не видит, становится совсем жутко.

— У меня есть подозрения, но они тебе не понравятся; я не стану их озвучивать, пока всё не выясню, но советую кольцо не надевать, — быстро проговорил дух и испарился, не дождавшись дальнейших вопросов. То ли не хотел отвечать, то ли удалился выяснять, откуда оно взялось.