Обитель Ларса Геера (СИ), стр. 75
Его шаг был быстр и стремителен. Я сжалась и, прислонившись к стене, старалась не дышать. С такой скоростью он быстро минует меня, и трёхминутного действия амулета как раз хватит.
Но граф вдруг сбавил ход, почти остановившись рядом со мной. Жадно втянул носом воздух и повернулся прямо ко мне, словно бы глядя в глаза. Я не решалась пошевелиться, только задержала дыхание и даже моргать перестала. Тарион хмыкнул каким-то своим мыслям и, отвернувшись, пошёл дальше, остановившись уже перед комнатой брата. Но входить не торопился. Просто уместил руку на дверной ручке и опустил голову, будто разглядывал её.
— Если ты надумала избегать меня, тебе придётся переехать на другую часть света, например в Долину Вечных Льдов. Я не люблю холод, поэтому туда не сунусь даже ради тебя, других вариантов у тебя нет, Лидия. Спрятаться не выйдет.
Он говорил всё это, а моё сердце билось так часто, что заглушало его слова.
Граф не дождался никакой реакции от невидимой меня и, ухмыльнувшись, вошёл в
комнату. Я же, сорвавшись на бег, вылетела из корпуса. Он видел! Как он мог видеть?!
Я почти пробежала всю дорогу до столовой, постоянно возвращаясь к словам южанина. Что это было? Объявление войны? Угроза? Обещание вечного преследования? С точки зрения романтичной юной барышни это казалось лестным, что такой мужчина готов следовать за тобой куда угодно, за исключением лишь одного места, но Тарион Штейн пугал. Я не могла воспринимать его слова как особа, перечитавшая любовных романов. Я видела в нём хищника, а себя рядом с ним чувствовала не иначе как жертвой.
- У тебя такой вид, будто ты привидение увидела, — проговорила Рия, когда я усаживалась за стол рядом с ней. Моя невидимость спала ещё на половине пути, но я убедилась, что во время встречи с графом она была. Какого демона он меня увидел, ума не приложу!
- Нет, всего лишь графа Штейна, — растерянно блуждая взглядом по подносу с едой, ответила я.
- У вас всё так интересно! — мечтательно закатив глаза, пропела Глория. Вот кому высказывание графа явно пришлось бы по вкусу.
- Мне вовсе не интересно, — заявила я, начиная злиться.
Злилась я, к слову, на себя, потому что, не смотря на всю логичность моих рассуждений и выводов, сердце торжественно трепетало, когда Тарион пытался
заявить свои права на меня. Умом я совершенно не хотела симпатизировать подобному типу мужчины. Слишком властен и твёрд. С таким можно быть лишь на второй роли, подчиняться, слушаться, не перечить. Я же если и хотела отношений, то не таких. А лучше вообще никаких! Но сердце, да и всё моё тело, воспринимали южанина, как объект для привязанности.
- Эх, Ли, перед тобой открылся выбор между младшим графом Россо и правящим Голдштейна! Да я бы на твоём месте из обоих верёвки вила! — воскликнула подруга, чем сразу же заслужила неодобрительный взгляд Ена.
- Ли, если ты отвергнешь Кима, скажи ему это лично, но не рань его душу, показывая свои отношения со Штейном, — мягко посоветовал Ен.
Я разозлилась. Передо мной сейчас столько задач, а я должна переживать из-за мужчин! Не хочу думать о них! Не буду!
Нервно отодвинув поднос с недоеденным обедом, я поднялась и быстро покинула столовую. Ни Рия, ни Ен не пытались меня задержать — наверное, поняли, что перегнули палку с вмешательством в мою личную жизнь.
Я медленно поплелась к отделению окольными путями, потому что граф как раз покидал его по главной дорожке, в то время как я брела по параллельной ей узкой тропке.
Хвала Духам, на этот раз мы разминулись, и я осталась незамеченной!
Вернулась в палату Троя и, отпустив сиделку, присела за стол, на котором как
раз лежала моя тетрадь. А из неё, как закладка, виднелась ярко-алая роза. Малюсенький, ещё не раскрывшийся бутон алого цвета кричал о страсти и желании его дарителя. Я как раз разглядывала цветок, когда Трой начал шевелиться.
Тут же подбежала к постели красноволосого, подняла его подушку, чтобы парень сел удобнее и поправила одеяло.
- Привет, Трой, — улыбнулась очнувшемуся после стольких дней комы магу.
- Здравствуй, — растерянно озираясь по сторонам, ответил он. — Я не понимаю… Только не говори мне, что турнир был сном и я всё время провёл здесь, — попросил младший граф.
Как я его понимала! Очень страшно ничего не помнить и не понимать, что сон, а где реальность, а Трой, похоже, действительно не понимал, и мне пришлось рассказать ему:
- Ты участвовал в турнире, но после него попал сюда снова, из-за вмешательства одного человека.
Около получаса я пересказывала парню все события турнира и после, пока он действительно не вспомнил всё.
- А завтра претенденты на участие в турнире приедут в Вилдо, — завершила рассказ я.
- А я? — тут же встрепенулся парень. — Я должен участвовать!
- Увы, но ты слаб, ты не сможешь выдержать ни одной магической атаки сейчас,
— ответила я. — Ты выгорел, и мы ещё не восстановили резерв.
- Но я чувствую себя нормально! — взбунтовался красноволосый.
- Сказал парень, бывший без сознания три дня, — напомнила я.
- Женщина, ты не понимаешь, как это важно для нас! — с горечью воскликнул Трой.
А я действительно не понимала. И что же такого важного? Право голоса? Да, оно значимо, но не настолько, чтобы рисковать жизнью. В нашем мире за власть часто платят жизнью, но Трой совсем молод, и я не желала ему такой судьбы. Тем более сам он сейчас действительно не сможет отражать атаки на магическом поединке, не говоря уж о нападении.
- Вы хотите в совет Норолона, — сказала я, — но, поверь, у тебя ещё будет возможность участия, просто не в этот раз.
— Но право голоса нам нужно сейчас! — непримиримо сжав губы, возразил красноволосый.
— Расскажешь? — мягко, чтобы не провоцировать его гнев, спросила я, чётко понимая, что за этим желанием кроется что-то ещё.
- Это семейная тайна, — ответил Трой.
За последнее время мне так надоело получать вопросы, на которые невозможно было найти ответ, что я не готова была мириться с отказом парня. За время общения с Марисой поняла, что людьми можно манипулировать для получения нужных ответов. Тем более такое рвение Троя попасть на турнир было мне на руку.
— Допустим, у меня есть вариант, как сделать так, чтобы ты смог принять участие, но я не собираюсь озвучивать его, пока не буду уверена, что цель действительно оправдывает такой риск, — серьёзно сказала я. Когда пытаешься манипулировать кем-то, главное не показать своих собственных сомнений, поэтому я говорила ровно и спокойно.
- Наша сестра, Виктория, — после длительной паузы всё же заговорил Трой, — замужем за графом Даунстелла. Он жесток с ней, — было видно, что каждое слово даётся ему с трудом, или он просто не мог подобрать нужные. — В Норолоне запрещены разводы, если нет согласия обеих сторон, и мы, при всём желании, не можем забрать её у этого тирана. — Трой внезапно взглянул на меня и с неописуемой горечью продолжил: — Он бьёт её, гуляет, в его покоях живут две фаворитки, а Виктория как пленница в его замке! Если мы будем в совете, мы сможем повлиять на короля. Мы добьёмся того, чтобы он велел отпустить сестру домой.
Мне вдруг стало очень понятно всё. Все слова Тариона, рвение участвовать в турнире. Они южане, там женщин оберегают и ценят, хоть и лишают самостоятельности, забирая все важные обязанности и решения, а родная сестра самого графа оказалась рабыней у плохого человека. Это какой же удар по самолюбию и гордости обоих графов, что они, мужчины, воины, защитники, не смогли уберечь собственную сестру!
— Почему вы не заберёте её тайно? Можно ведь украсть, похитить. Придумать вариант!
— Она живёт в замке, в Лее, главном городе графства. Там куча воинов, охраны. Тем более, граф Стелл догадывается, что мы знаем о судьбе сестры и потому её охрана усилена в разы. А Голдштейн не может позволить себе развязать войну, чего не избежать, если мы заберём Викторию. Король лично одобряет или отвергает разводы графов, так вот Стелл не согласен с желанием сестры уйти, а поскольку у него есть право голоса, король на его стороне. Нам просто необходимо это право!