Таркин, стр. 35

— Что у нас на верфях, полковник?

— Несколько корветов CR-90, два легких крейсера типа «Каррака», парочка «Побед» и разрушитель типа «Венатор» — «Освободитель».

— Подождите, полковник. — Таркин отключил микрофон и повернулся к Вейдеру: — Вы точно уверены, что наши лучи причинили им ущерб?

Вейдер кивнул.

— Если гипердвигатель поврежден, они могут предпочесть залечь на дно для ремонта, — сказал Таркин.

Вейдер снова кивнул:

— Или отправиться на поиски запчастей.

— А если они все-таки не пострадали?

— Тогда они продолжат свою миссию, — решительно заявил Вейдер.

Какое-то время Таркин молчал. Ему прежде ни разу не предоставлялся шанс убедиться, на что реально способен «Гиблый Шип», и недавние события стали поводом для еще большей гордости за корабль.

— Почему они нас не прикончили, когда у них были все возможности? Может, они полагали, что их преследует гангстер-суги?

— Нет, — резко бросил Вейдер. — Они знают, что на корабле именно мы.

— Тогда, возможно, они не уничтожили нас, потому что у них назначена с кем-то встреча или им приходится придерживаться некоего графика?

— Возможно, — кивнул Вейдер.

Таркин развернулся в кресле:

— Белдерон?

— База слишком хорошо охраняется. Даже ваш корвет не справится.

— Может, тогда Фелусия — в отместку за то, что сделала там Республика?

— Фелусия не имеет никакого значения.

— Рен-Вар — всего лишь форпост... Значит, Нам-Хо-риос?

Вейдер ответил не сразу.

— Сообщите на Белдерон, чтобы они послали туда « Освободитель».

Таркин включил микрофон.

— Полковник, нам нужно связаться с Белдероном и Корусантом, — начал он, но тут же замолчал, услышав злобное ворчание Вейдера.

— Что такое?

— Кем бы они ни были, они весьма сообразительны. — Темный владыка медленно отвел взгляд от иллюминатора. — Они выбросили за борт камеру для медитации.

Из динамика послышался голос командира эскадрильи истребителей:

— Владыка Вейдер, наши сканеры обнаружили некий объект...

— Командир, прикажите вашим пилотам открыть огонь в его направлении. Если есть протонные торпеды — примените их.

— Владыка Вейдер, мы засекли ударную волну от взрыва, — сообщил командир мгновение спустя.

Таркин вскочил с кресла и встал рядом с Вейдером:

— Они попали в «Гиблый Шип»?

Ответ последовал не сразу.

— Владыка Вейдер, противник вывел из строя гипер-пространственный буй системы. Наши датчики также регистрируют остаточные возмущения после прыжка.

— Они ушли в гиперпространство, — сказал Вейдер.

Таркин провел рукой по лбу:

— В таком случае они не только невидимы, но теперь их еще и не обнаружить.

14. ПОБЕДА ИЛИ СМЕРТЬ

УВЕНЧАННОЕ многоярусной крышей с рядами сканеров, датчиков и антенн здание штаб-квартиры Флотской разведслужбы возвышалось над металлической скорлупой Корусанта, словно выброшенное из глубин планеты некими тектоническими силами. Вместе с дворцом и комплексом зданий КОМПОНОП, где располагались Имперская служба безопасности, Убикторат и прочие амбициозные организации, Флотская разведслужба являла собой третью вершину огромного треугольника Федерального округа. Защищенный, укрепленный и почти лишенный окон комплекс напоминал скорее тюрьму, чем крепость, давая повод для разговоров, что его отвесные стены не только преграждают путь внутрь рядовым ко-русантцам, но и удерживают в его пределах десятки тысяч военных и сотрудников агентства.

Сооруженное вскоре после окончания войны на месте строений, составлявших когда-то стратегический центр Республики, здание Флотской разведслужбы стало средоточием сбора и анализа информации, поступавшей из всего гигантского метрополиса и всех секторов расширяющейся Империи. Впрочем, о полной секретности не было и речи — во время строительства в каждом закоулке были установлены голокамеры, позволявшие отслеживать в любую минуту дня и ночи все действия и разговоры каждого сотрудника; занимались этим, однако, не разнообразные наблюдательные комитеты Сената, но Император и наиболее доверенные члены Правящего совета. Все имевшие отношение к Флотской разведслужбе знали о камерах и, постепенно привыкнув к их присутствию, спокойно занимались своими делами, хотя прекрасно понимали, что в любой момент могут оказаться на виду.

Сейчас в здании разведслужбы собрались представители Объединенного командования имперских войск — адмирал Антонио Мотти, генерал Кассио Тагге, контр-адмиралы Оззель, Джерджеррод и другие, а также несколько высших должностных лиц КОМПОНОП, включая директора Арманда Айсарда, заместителя директора ИСБ Харуса Айсона и полковника Вульфа Юл арена. Флотскую разведслужбу представляли вице-адмиралы Рансит и Скрид, по чьему требованию было созвано совещание.

Сидиус сидел в своем кресле на вершине башни дворца, в высокие окна которого светили яркие лучи послеполуденного солнца, и разглядывал голографические изображения собравшихся, выбирая с помощью встроенного в подлокотник пульта виды с различных камер. Рядом стоял дроид 11-4D, одна из конечностей которого была подключена к интерфейсу, передававшему головидео из бывшего комплекса связи джедаев в основании башни.

— Затемни окна, — велел Сидиус, не сводя взгляда с голограмм.

— Слушаюсь, ваше величество.

В полумраке голограммы выглядели намного отчетливее. Офицеры разведки просили аудиенции во дворце, но Сидиус отказал им. Точно так же он отказался от виртуального присутствия на совещании. Несмотря на раздражение, которое вызвало у него известие о том, что завладевшие кораблем Таркина мятежники начали сеять смерть и разрушения во Внешнем Кольце, постоянное соперничество и неуемные амбиции глав разведок раздражали его еще больше, и он послал вместо себя Маса Амедду и Арса Дангора.

— Насколько я понимаю, мятежникам удалось причинить немалый ущерб в одной отдельно взятой звездной системе, — говорил Айсон, — но факт остается фактом — они использовали для атаки на нашу базу только один корабль.

— Один корабль, но невидимый для сканеров, — заметил Рансит, — намного более маневренный, чем наши истребители, способный уйти от звездного разрушителя...

— В таком случае позвольте уточнить, — продолжал Айсон, когда Рансит замолчал. — Один быстрый и мощный корабль. Тем не менее они воспользовались им для атаки на мало что значащую базу.

— Это лишь начало кампании по уничтожению, — вмешался Скрид.

Офицеры расположились вокруг большого круглого стола, места во главе которого занимали Мае Амедда и Арс Дангор. Над центром стола парили трехмерные звездные карты и схемы; на части из них отображалось местоположение военных баз и объектов Внешнего Кольца, на других — размещение кораблей флота, где отдельные символы обозначали звездные разрушители, дредноуты, корветы и фрегаты, вплоть до сторожевиков и канонерок.

— У нас нет никаких доказательств, что похитители начали некую кампанию, — возразил Айсон, принимая вызов. — Они могли напасть на космическую станцию лишь затем, чтобы избавиться от преследующих их губернатора Таркина и владыки Вейдера.

— Иными словами — отвлекающий маневр? — с показным недоверием уточнил Скрид, сверкнув в отблесках голограмм глазным имплантом. — Губернатор Таркин едва не погиб под огнем собственного корабля. Учитывая его опыт, следует предполагать, что «Гиблый Шип» оказался в руках весьма осведомленной и опасной группировки.

Вздохнув, Айсон покачал головой:

— Перебросить наши ресурсы с Белдерона, чтобы укрепить несколько малозначимых объектов, — слишком легкомысленное решение. Главное для нас — подавление мятежей и преследование бывших сепаратистов, а не защита каких-то баз на краю цивилизованного космоса.

— Что, если похитители расширят свою кампанию до Среднего Кольца? — сказал Рансит. — С таким кораблем они могут нанести удар почти в любой точке Галактики.

Айсон пристально посмотрел на него:

— То есть цель флота — бросить все силы на то, чтобы перекрыть дорогу кучке мятежников?