Таркин, стр. 20

— Император обдумает ваше предложение.

9. ЧТО ВНИЗУ, ТО И НАВЕРХУ

— ВСТАНЬ, владыка Вейдер.

Поднявшись с колен, Вейдер занял место рядом со своим учителем Дартом Сидиусом у перил веранды, выходившей на западную сторону центральной башни. Полностью открытый небу, не считая крыши, небольшой балкон — один из четырех, выходивших на все стороны света, — венчал напоминавший плавник архитектурный элемент, расположенный несколькими уровнями ниже круглой вершины башни. Воздух здесь был разреженным, и непрекращающийся ветер развевал одежды Си-диуса и длинный плащ Вейдера.

Совещание в зале для приемов закончилось несколько часов назад, и эта часть Корусанта погружалась в ночь. Длинные тени далеких небоскребов, казалось, тщетно пытались дотянуться до гигантского дворца, а в небе клубились ярко-оранжевые и бархатисто-пурпурные завитки.

Какое-то время двое владык ситхов стояли молча. Наконец Вейдер спросил:

— Какова ваша воля, учитель?

— Ты полетишь вместе с моффом Таркином на Мер-кану — обследовать так называемый тайник с устройствами связи, — не отводя взгляда от открывающегося с балкона вида, ответил Сидиус. — Доложишь о результатах непосредственно мне, а уже я буду решать, какую часть информации можно сообщить нашим шпионам и военным. Мне вовсе ни к чему, чтобы Айсон и прочие мутили воду, проводя собственное расследование.

— В присутствии губернатора нет необходимости, учитель, — помедлив, сказал Вейдер.

Сидиус повернулся к ученику, с интересом прищурившись.

— Ты меня удивляешь, владыка Вейдер. Ты ведь уже участвовал в предыдущих миссиях вместе с моффом Таркином. Чем он заслужил твою неприязнь?

— Ничем, учитель.

Император медленно выдохнул:

— Твой ответ ни о чем не говорит. Дай мне удовлетворительное объяснение.

Вейдер взглянул на Императора. Его размеренного дыхания почти не было слышно на фоне завываний ветра.

— Моффу Таркину следует приказать вернуться на Сторожевую базу и продолжить исполнение своих обязанностей.

— Так, значит, ты высказываешься от имени Таркина?

— От имени Империи, учитель.

— Империи? — с деланым удивлением переспросил Сидиус. — С каких это пор ты ставишь нужды Империи выше наших собственных?

Вейдер скрестил на груди руки в перчатках:

— Наши нужды превыше всего, учитель.

— Тогда почему ты мне противоречишь?

— Прошу прощения, учитель. Готов выполнить любой ваш приказ.

— Нет, этого мало, — бросил Сидиус. — Естественно, ты выполнишь любой мой приказ, и, естественно, мофф Таркин должен вернуться к своим обязанностям на Сторожевой базе. Чем раньше завершится строительство боевой станции, тем скорее мы с тобой сможем посвятить себя более насущным задачам — которые касаются только нас и не имеют ничего общего с Империей.

Вейдер опустил руки:

— Тогда почему для нас так важна Меркана, учитель?

Дарт Сидиус перешел от перил к стоявшему у изогнутой стены креслу и сел.

— Тебя не интригует, что и у тебя, и у моффа Таркина есть связи с той самой планетой, где только что обнаружен тайник с глушилками? Таркин подавил там «Теневое вещание» Дуку, а ты — насколько я помню, то была одна из первых твоих миссий, — совершил там казнь. Или, может, ты считаешь, что никакой связи нет и это всего лишь совпадение?

Вейдер заранее знал ответ:

— Совпадений не бывает, учитель.

— Именно потому, мой ученик, для нас важна Меркана — ибо темная сторона Силы по какой-то причине вновь привлекла наше внимание к этой планете. Думаю, ты прекрасно это понимаешь.

Вейдер повернулся спиной к перилам, и ветер окутал его плащом.

— Кто из нас будет командовать миссией, учитель?

Сидиус пожал плечами, и глаза его внезапно блеснули.

— Думаю, позволю решить этот вопрос вам с моффом Таркином.

— Решить вопрос?

— Да, — продолжал Сидиус. — В некотором роде достичь компромисса.

— Понимаю, учитель.

Изуродованное лицо Сидиуса напоминало маску.

— В самом ли деле понимаешь? Но вернемся пока к моффу Таркину. Тебя никогда не удивляло, что все мы трое — ты, Таркин и я, можно сказать, архитекторы Империи — родом с планет, занимающих всего лишь узкий сектор галактического пространства? Набу, Татуин, Эриаду... все в пределах дуги меньше чем в тридцать градусов.

Вейдер молчал.

— Разве ты, Дарт Вейдер, не согласишься с тем, что некоторые рождены для великих дел? Что некоторые перерастают самих себя?

Вейдер продолжал молчать.

— Да, владыка Вейдер. — Тон Сидиуса смягчился. — Ты настоящий ситх, владыка Вейдер. Твоя преданность безупречна, а твои способности не знают себе равных. Возможно, однако, у тебя сложилось впечатление, будто испытаниям должны подвергаться только ситхи и дже-даи.

— Какие испытания прошел губернатор Таркин?

— Ты когда-нибудь бывал на Эриаду?

— Бывал.

— В таком случае ты знаешь, что это за планета. Стоит выйти за пределы безопасной гавани столичного города, и она становится во всех отношениях столь же суровой и враждебной, сколь Татуин. Эта земля создала Таркина во многом точно так же, как тебя создал Татуин.

— Меня не создал Татуин, — покачал головой Вейдер.

Сидиус уставился на него, затем едва заметно улыбнулся:

— Ну да, понимаю. Рабство и пустыня создали Скай-уокера. Ты это имел в виду?

Вейдер оставил его вопрос без ответа.

— Так каким испытаниям подвергся Таркин?

Сидиус ответил не сразу.

— Испытаниям, которые помогли ему стать тем военным гением, коим он сейчас является.

— Мы полетим на Меркану, учитель, — помолчав, сказал Вейдер. — Как прикажете.

Сидиус склонил голову набок, глядя на Вейдера:

— Порой можно добиться большего, шагнув в ловушку, чем избежав ее. Особенно когда хочешь узнать, кто ее поставил.

— Вы намекаете, что Меркана — ловушка?

— Я намекаю, что тебе следует обратить особое внимание на то, что вы с моффом Таркином там обнаружите. Чтобы добраться до самой сути, возможно, нам потребуется снимать с нее слой за слоем.

Вейдер послушно опустил голову. Сидиус свел вместе кончики пальцев:

— Знаешь, почему корабль Таркина называется «Гиблый Шип»?

— Нет, учитель.

Сидиус взглянул на темнеющее небо:

— Тебе стоит его спросить.

Узнав от Маса Амедды о предстоящем полете на Меркану, Таркин связался с коммандером Касселем и сообщил, что его возвращение на Сторожевую базу откладывается, а также отправил обратно на спутник всех, кроме капитана «Гиблого Шипа» и офицера связи. В данный момент весь экипаж ограничивался десятком штурмовиков, которых Вейдер выбрал им в сопровождение. Амедда не сказал, кто будет командовать миссией — Таркин или Вейдер, и теперь он пытался догадаться сам. Несмотря на высокий статус Вейдера, «Гиблый Шип» принадлежал Таркину, что давало ему все полномочия. К тому же Таркин был моффом, но само звание не обеспечивало ему власти над сектором, к которому относилась Мерка-на. С другой стороны, тот факт, что Вейдер был ситхом, никак не мог влиять на его полномочия; но совсем иное дело — его способности темной стороны и красный световой меч.

От всей этой истории слишком воняло политикой.

Двадцатью годами ранее Таркин отказался от своей должности и звания, несмотря на перспективу стать начальником военной полиции в Судебном департаменте. В то время на Корусанте сенаторы, лоббисты и предприниматели, поступившие на службу промышленным конгломератам Галактики, могли значительно улучшить свое финансовое благополучие. Пользуясь лазейками в законодательстве свободной торговой зоны, монолитная Торговая Федерация расширяла свое влияние во Внешнем Кольце, так же, как и в Республиканском сенате. Вопреки ожиданиям, сторонникам Финиса Валорума удалось обеспечить его переизбрание на пост канцлера Республики, но Валорум едва успел пробыть в этой должности год своего второго срока, когда граждане Корусанта начали делать ставки, сумеет ли он на ней продержаться. В качестве того, кто мог сменить Валорума на посту Верховного канцлера, уже шепотом называли Палпатина.