Таркин, стр. 15

Шанс показать, на что он способен, представился на усеянном гравием берегу широкой чистой реки с быстрым течением. Группа двигалась параллельно реке в течение нескольких часов, и Таркин внимательно вглядывался в водный поток, наблюдая за объектами на ее дне и тенями, отбрасываемыми тусклыми солнцами Халкиона. Несколько ранее, ниже по течению, они миновали участок, который без труда можно было преодолеть вброд, но Таркин придержал язык за зубами. Когда же командир и несколько членов группы остановились, споря о возможной глубине потока, Таркин просто шагнул прямо в реку и дошел до середины, где волны доходили ему до плеч, а затем, приставив ладони ко рту, крикнул:

— Вот такая глубина!

После этого командир держал его рядом с собой, а в конце концов передал ему инициативу. Ориентируясь по восходам и закатам двух солнц Халкиона, а иногда по слабому свечению крошечных лун, Таркин вывел их извилистым путем через лес и горы на более открытую местность по другую сторону хребта. По пути он показывал им, как убивать дичь с помощью бластера, не прожигая зияющих дыр в самых съедобных частях. Ради забавы он прикончил самодельным деревянным копьем крупного грызуна и на глазах у всей группы разделал и поджарил тушку на костре, который разжег с помощью кремня из кучки хвороста. Он приучил своих товарищей-курсантов спать на земле, под звездами, под какофонию звуков.

До Войн клонов оставалось еще десять лет, но его командиру и товарищам стало ясно, что Уилхафф Таркин уже по-настоящему попробовал крови.

После еще трех дней пути, когда Таркин оценил, что до крепости узурпаторов остается около пяти километров, он поотстал, предоставив командиру право вести их дальше. Джедаи были ошеломлены. Они только что положили конец восстанию, каким-то образом ухитрившись не потерять ни одного высокопоставленного заложника, и уже не надеялись найти в живых кого-то из членов команды законников. Ни одной из отправленных а поиски групп так и не удалось отыскать их следов. Радуясь, что вновь ощутили твердую почву под ногами, курсанты сначала не желали делиться подробностями выпавших на их долю испытаний, но со временем история начала распространяться, и в конце концов спасение их жизней приписали Таркину.

Тех законников, кто мало что знал о Галактике за пределами Ядра, потрясло, что планета, подобная Эриаду, может быть родиной не только товаров первой необходимости, но и прирожденных воинов. Вокруг Таркина начал формироваться круг единомышленников, не только купавшихся в лучах его внезапной славы, но и желавших многому у него научиться и даже стать мишенью его шуток. В нем они видели того, кто мог относиться к себе так же жестко, как и к другим, даже если этими другими оказывались старшие по званию, пренебрегавшие своими обязанностями или принимавшие неверные, с его точки зрения, решения. Они уже видели, насколько хорошо он умеет сражаться, карабкаться по горам, пилотировать канонерку и добиваться успехов на спортплощадке, а когда критические ситуации, подобные халкионской, стали случаться все чаще, они начали понимать, что Таркин — превосходный тактик и, что важнее, прирожденный лидер, вдохновлявший других на то, чтобы преодолеть страх и превзойти собственные ожидания.

Но восхищались им далеко не все. Если для одних он служил воплощением педантичности, хладнокровия и бесстрашия, другие считали его расчетливым и безжалостным фанатиком. Но к какому бы лагерю ни принадлежали его коллеги, истории о Таркине, появившиеся в дни заката Судебного департамента, стали легендами, прирастая все большими преувеличениями. Тогда мало кто знал подробности его необычного воспитания, поскольку он не отличался особым многословием, предпочитая высказываться лишь коротко и по делу, но хвастаться ему было незачем — о нем рассказывали такое, что он вряд ли смог бы подтвердить или сочинить сам. Говорили, будто он победил в рукопашном бою вуки, провел истребитель через поле астероидов, ни разу не сверившись с приборами, без посторонней помощи защитил родную планету от королевы пиратов, в одиночку путешествовал по Неизведанным регионам...

Его стратегия, основанная на том, чтобы смело смотреть в лицо опасности, стала предметом тщательного изучения, а затем ее стали преподавать в академиях. Во время Войн клонов она получила название «натиск Таркина», и тогда же стали поговаривать, будто его офицеры и команда готовы пойти за ним в ад и даже дальше. Он вполне мог остаться законником, если бы не растущий раскол в руководстве, вызывавший небезосновательные сомнения, что департамент и дальше сможет исполнять свою давнюю миссию, поддерживая спокойствие в Галактике. По одну сторону стояли Таркин и другие, готовые исполнять закон и обеспечивать безопасность в Республике, по другую же росло число несогласных, считавших Республику болезнью Галактики и критиковавших ее за торговлю влиянием, услужливость Сената и распространение преступности среди корпораций. Орден джедаев они воспринимали как давно устаревший и неэффективный и требовали более беспристрастной системы правления — либо вообще никакой.

По мере того как столкновения интересов Республики и сепаратистов набирали силу, Таркину все чаще приходилось противостоять многим законникам, с которыми он служил ранее. Галактика быстро превращалась в арену борьбы между идеологами и предпринимателями, в которой законникам приходилось разрешать торговые споры или содействовать планам корпораций. Таркин опасался, что сектор Сесвенна захлестнет растущая волна недовольства и ничто не спасет Эриаду и другие планеты от неизбежной междоусобицы. Он начал воспринимать свою родную планету как корабль, который следовало увести в более спокойные воды, а себя — как капитана, который возьмет на себя командование в этом опасном путешествии. Пришло время принять приглашение Палпатина, присоединившись к нему на Корусанте, чтобы пройти обещанный интенсивный курс галактической политики.

Войдя в один из турболифтов, ведущих на центральную из пяти башен дворца, Мае Амедда, к удивлению Таркина, послал кабину вниз.

— Я думал, резиденция Императора находится выше, — заметил Таркин.

— Так оно и есть. Но мы направляемся не прямо к Императору. Сначала нам предстоит встреча с владыкой Вейдером.

7. МАСТЕРА ВОЙНЫ

ДВАДЦАТЬЮ УРОВНЯМИ НИЖЕ, примерно в таком же зале судебных заседаний, как и тот, где Таркин пытался выступить против ученицы джедаев Асоки Тано за убийство и подстрекательство к мятежу во время Войн клонов, стоял второй человек после Императора — Дарт Вейдер. Жестикулируя рукой в перчатке, он произносил речь перед двумя десятками собранных в предназначенной для обвиняемых части зала инородцев.

— Это здесь судил виновных Орден джедаев? — спросил Таркин у Амедды.

— О джедаях тут больше не говорят, губернатор, — ответил визирь таким же жестким и холодным тоном, как взгляд его бледно-голубых глаз.

Промолчав, Таркин переключил внимание на Вейдера и его аудиторию, судя по всему состоявшую из пленников. По обе стороны от темного владыки расположились заместитель директора Имперской службы безопасности Харус Айсон — коренастый светловолосый представитель старой гвардии с налитым кровью лицом — и незнакомый Таркину тощий тви’лек с красными головными хвостами. Позади этих троих стояли, заложив руки за спину и слегка расставив ноги, четверо имперских штурмовиков с бластерными винтовками и офицер в черной форме и фуражке.

— Похоже, некоторые из вас утратили бдительность, — говорил Вейдер, целя в слушателей указательным пальцем. В постоянно обновляющемся воздухе чувствовалась прохлада. — А может, вы просто решили игнорировать наши наставления. В любом случае пришло время решать — выбрать для себя более безопасный путь или понести наказание.

— Разумный совет, — заметил Амедда.

Таркин кивнул.

— Полагаю, последствия им известны. — Он бросил взгляд на чагрианина. — Айсона я знаю, но кто остальные?

— Отбросы с нижних уровней. — Амедда не скрывал отвращения. — Гангстеры, контрабандисты, охотники за головами. Корусантский сброд.