По ту сторону грани (СИ), стр. 27

— Времена всегда одинаковые, Эйлир, — возразил ей парень. — Ты не так сильна, как твой брат, и это впоследствии определит твое положение в Доме. Это не изменить, такова наша природа.

— Тебе легко говорить потому, что тебе не уготовано дно! — все больше распалялась демоница.

— Послушай, я не понимаю, чего ты завелась? Ещё ничего не решено, возможно, и твои способности разовьются и, причем тут, Кайры ради, Владыка? Радоваться надо, а не психовать.

— Притом… — буркнула девушка, но все же ответила. — Притом, что она возможно, слабее меня, но она всегда будет на верху, управлять нами, разве это справедливо?

— Ты в серьез спрашиваешь о том, справедливо ли остаться ей, а не тебе, последней из рода? — кажется, парень глубоко вздохнул, и повернулся к ней спиной. — Мне пора, Эйлир.

Странный разговор, услышанный случайно в холле собственной Резиденции, многое перевернул у меня в душе. Это было, как если бы мне с размаху влепили пощечину, пробуждая от глубокого сна в котором я прибывала с рождения. Будто бы в одну никчемную секунду, открыли глаза на мир вокруг. Я смотрела на себя со стороны, и мне было стыдно. Я походила на жалкую устрицу, что смотрит на мир из под черного капюшона, словно из под створки раковины. Разве этого желала Лива, умирая в горах Севера? Такую дочь она спасала когда-то? Или имею я право так подводить тех, кто все ещё надеется на Серебро? Хотя бы тот парень, что спорил пусть не за меня лично, а за Серебро. Он верил, что я нужна. И меньше всего мне хотелось, чтобы на меня смотрели снисходительно, будто бы я какой-то отброс волей случая оставшийся последним в своем роду! Такого точно не будет. Одним резким движением скинула капюшон, и решительно двинулась в сторону, куда спешили вихри, проносящиеся мгновением ранее, мимо меня.

Сейчас, с каждым шагом вокруг меня словно расцветала тишина. А мне больше не было страшно, что они подумают обо мне, как посмотрят. Пусть боятся, что я подумаю о них. Это мой Дом и моя территория и я не позволю унижать свой род, говорить плохо о тех, кто долгие века поддерживал мир в котором они рождены, кто умирал на кровавой войне, закрывая своими жизнями брешь и принося в дар их жизней собственную. Сделав ещё несколько шагов, я заметила ту девушку, что совсем недавно плохо говорила обо мне и о моем Доме. Это была демоница, с черными глазами, похожими на спелые вишни, и такими же черными волосами, от которых исходила мрачное темное сияние. Она смотрела на меня во все глаза, даже не пытаясь скрыть своего неприятия. Эйлир была красива. Алые губы, нежный румянец на щеках, большая высокая грудь, и округлые бедра. Очень женственная, как и её глаза, напоминала спелую вишенку. Вот только, Рэй действительно был прав, силы в ней было лишь чуть. Я резко остановилась напротив неё, ослабляя блоки, что ставила на себе постоянно, дабы снизить вибрации собственной энергии, и на каком-то инстинктивном уровне, выпустила свою суть, показывая ей лишь небольшую часть своего естества. Девушка невольно напряглась, и сделала небольшой шажок от меня.

Я молча смотрела ей в глаза, в то время, как моя энергия грубо прошлась по её телу, и легко скользнула в голову, вскрывая слишком доступное сознание.

'Иди на завтрак', велела ей, чуть усиливая давление и не без удовольствия наблюдая, как выступила черная струйка крови из её носа. 'И, помни, что может Серебро, и никогда не сможешь ты'.

Запах страха, пряный, горький и в то же время, до невменяемости сладкий, ударил по моему обонянию, и я резко отпустила её, прежде, чем мои клыки начали бы жить своей жизнью.

Вот, ё, кажись, перестаралась!

Девчонка пошатнулась, хватаясь рукой за стену, и все ещё оборачиваясь на меня, еле переставляя одеревеневшие ноги, поплелась в сторону столовой. Наверное, надо было оставить её в покое, но я не знала, где тут дают кушать, а она плелась медленно, но верно. Потому, я как хищная акула, виляя пятой точкой, вместо плавника, топала за ней. Только бы не умерла со страху…

Демоны, что до этого проносились мимо меня, останавливались с интересом провожали меня взглядом. Заговорить пока никто не пытался, особенно те, кто стал свидетелем сцены Эйлир. Должно быть, думали, что я не в себе. Кто знает?

Всё изменилось, стоило мне войти в просторную столовую, которая очень напоминала собой ту, что была в МАМ. Огромных размеров помещение, полное самообслуживание, разве, что мне не пришлось ждать, пока еду наберут не люди. Теперь я, вроде как, и сама не человек. Здесь Эйлир наконец-то удалось скрыться от моего хищного Владычества, да и Кайра с ней, я хотела есть! Стройными рядами стояли столики на шесть, четыре, и две персоны. Я думала, что уж тут-то мне удастся занять место без боя, так что не спеша отправилась к ленте с подносами и едой.

'О…' все, что удалось мне выдать в это замечательное утро, разглядывая многообразие пищи.

С нескрываемым удовольствием подхватив полностью уставленный тарелочками поднос, и раздумывая не прихватить ли ещё один, я выдвинулась в поисках свободного места.

— Привет, — раздался со спины приятный мужской голос, который я без труда узнала. Это был тот самый парень, что совсем недавно спорил с девицей Эйлир в коридоре. Обернулась, чтобы утонуть в непроницаемо черном взгляде. Рэй был ещё одним представителем Вечной ночи. Весьма приятным представителем. Высокий, широкоплечий, с волосами, забранными в косу. Он улыбнулся, и на его щеках появились озорные ямочки. Да и сам парень странным образом располагал к общению. Уже на подходе к столовой, я решила, что просто обязана перестать быть затворником, и постараться завести свой круг общения. Я не говорю о друзьях, но хотя бы тех, с кем могла бы просто общаться и проводить время. Потому, недолго думая, улыбнулась в ответ и кивнула. Я не строила иллюзий по поводу того, из-за чего со мной могут начать общаться. Нет, я прекрасно понимала, что большинство хочет иметь меня, если не в друзьях, то не во врагах уж точно. Но подумав немного, пришла к таким же выводам. Мне не нужны враги среди тех, с кем предстоит сперва учиться, а потом и вращаться в одних кругах. У меня есть Каа'Лим, мой единственный и верный друг, узы с которым выше любой дружбы. И есть Лео, который, надеюсь, однажды вспомнит о том, что когда-то только рождалось между нами. В остальном же, я могу общаться, не затрагивая ничего, что глубже обыкновенной поверхностной шелухи. И, мне совсем не хотелось быть изгоем, как когда-то в МАМ.

— Может, позавтракаешь вместе с нами? — тем временем, предложил он.

— Почему, нет, — благожелательно кивнула я, проследив за его взглядом и увидев стол на шестерых, где четыре места уже занимало трое парней и одна девушка, стоило обернуться которой, и я поняла, что это будет даже весело, судя по ужасу, что читался на дне её глаз.

Никакого формализма среди студентов не было и в помине. Это было негласное правило, которое было утверждено испокон веков. Ученик — это начальная ступень становления иерархической лестницы общества. Будь я хоть трижды Владыка, пока я находилась в стенах учебного заведения, как ученик относились ко мне согласно этому статусу. Никаких выканий и коленопреклонений. Согласно тому, как воспитывали демоны своих детей — это воспринималось нормально. Будь мои родители живы, и я бы нажаловалась им на излишне суровое отношение преподавателей, мне бы и перепало на орехи, но никак не учителям. Все, что мог сделать ученик — это самостоятельно отстаивать свои права. Не можешь — значит так тебе и надо. Тебя обижают — давай сдачи. Опять же, если не можешь за себя постоять, значит, так тому и быть. Уверен в своих силах, попробуй сам вызвать преподавателя на бой, но никому не жалуйся, если после этого отправишься в травмпункт. Потому студенты общались между собой на равных в стенах учебного заведения, и никогда на официальных мероприятиях Дома. Тут никто не обращал внимания на происхождение, наследование титула Главы не переходило от отца к сыну, как и положение одной семьи могло постоянно меняться. Мой статус был непреложным, поскольку я была одна. Но это вовсе не значило, что я, например, затаив обиду, смогу мстить обидчикам, когда окончу свое образование. На то есть Главы, которые жестко следят за этим. Другое дело, если мне захочется тайно отравить кого-нибудь, например.