Мир Стражей. Война Стихий. Луч во Тьме (СИ), стр. 61

— Никто его не читал. Мне не важно, что там: рассказ о том, кем ты стал, или просто прощание. Для всех ты погиб в аварии, — лист внезапно вспыхнул ярким пламенем в руке Страже, затем ветер развеял его остатки.

— Неужели кто-то подумает на свиные тушки, что это я? — буркнул я, опустив голову.

— Когда машину обнаружили, там уже был обгорелый труп одного человека с твоим ДНК. Не спрашивай подробностей. Затем мои люди зачистили хвосты: нашли твое письмо, сделали заключение, что в школе взорвался бытовой газ, охранник и твой друг — погибли от взрыва, одного отправили в психушку, а затем доказали, что ты не был виновен в тех убийствах, — Георг задумался, загибая пальцы, но затем развел руки в стороны. — Так, что теперь ты невинная жертва. Но запомни: Александр Климов погиб в той машине. Четыре месяца назад его похоронили. Тебя ничего с ним не связывает. НИ-ЧЕ-ГО.

— Кого вы посадили в психушку?! — очнулся я.

— Свидетеля смерти Шепунова. Это взрослая игра, мальчик. Если ты к ней не готов — выходи. Но для нас выход один — серебряная пуля в висок. Цена слишком высока, Тринадцатый. Нельзя давать волю эмоциям. Мы Стражи, а не полиция нравов…

Пульс бил в висках, голова внезапно опустела, я не знал, как реагировать. Все изменилось слишком резко, совсем недавно все казалось все таким… строгим и упорядоченным, но когда я встретил Магика, убегал вчера от Посвященных и дрался сегодня с Артуром — понял, что это вносит полный хаос в мою голову. Я моментально терял контроль ситуации, мой мир постепенно уплывал, открывая новый. Но лучше бы я его не открывал дальше…

Мы остановились у остановки, где было довольно много людей. Я пялился на афишу прямо на здании, делая вид, что мне интересен фильм, рекламируемый там. Через несколько минут подъехал двухэтажный автобус, в который мы сели последними, заняли место на последнем сидении первого этажа. На потолке я увидел переливающуюся надпись на мирландском и Георг заметил это:

— Автобус на чистой магической энергии — вот, что она означает.

— Много раз слышал, но не понимал. Это означает, что автобус абсолютно пустой, без двигателя, а потом над ним поколдовали, и он теперь едет?

Страж тихо рассмеялся, посмотрев в окно. Автобус тронулся, я быстро посмотрел на остальных пассажиров, а затем вновь на улыбающегося короля.

— Объясните…

— Посмотри на свой амулет…

Мне показалось, что я не расслышал и продолжал смотреть на него. Георг повернул голову и активно закивал, глазами указывая на шею. Откуда он мог знать об амулете?! Неужели, он его увидел, когда я покупал одежду? Не может быть. Он же стоял у входа и курил. Тогда как?! Я достал амулет из-под свитера и вопросительно посмотрел на него.

— Это нелит. Магический камень, который очень тяжело найти. В природе обычный серый камень, который плавится в ладони, бывает даже в виде грязи. Лишь фантомники видят его. Затем это сырье перерабатывают и получают черный, как ночь, камень, обладающий огромной энергией.

— Как ядерное сырье? Что-то вроде урана? — спросил я.

— Во много раз мощнее. Любое мало-мальское магическое заклятие с использованием пентакля требует нелит. Достаточно нескольких милиграмм для любого заклятия. Любая техника может работать на нелите: нужна лишь металлическая плитка круглой формы, четыре серебряных трубки, с несколькими знаками, направленные к диску. Трубки разветвляются ко всем механизмам техники, на плиту помещают небольшой кусочек нелита, затем, как ты говорил, колдуют и воаля! Сто миллиграмм на двадцать пять лет работы…

— А мой…

— Его хватит на десятилетнее питание всего Леконфама и его техники. Обычно он страшно фонит… нет, нет! Не бойся, не как радиация. Никакого вреда. Я имею ввиду, что мы его чувствуем… и этот ресурс очень сильно истощается. А твой амулет наоборот… он поглощает твой след. Фантом тоже фонит.

— Тогда, как же вы меня нашли? — спросил я, спрятав амулет.

— Таинственный парень, убивший монстра, странным образом исчезает после рейда Водных. Сложно догадаться, где же он. Я объехал все города клана, но едва заехал сюда — я почувствовал твой фантом.

— Но вы же…

— Такую мощь я бы почувствовал даже на другом конце земли, а не в сорока километрах. Твой камень поглощает след, но он просто не может впитать столько энергии.

Я отвернулся к окну, разглядывая прохожих. Внезапно автобус остановился, через стекло я увидел пост Посвященных и резко повернулся к Стражу:

— Не волнуйся, тебе не придется бежать, как ночью. Ты ведь со мной. И к тому же они до сих пор не знают того парня, который бежал с четвертого уровня, летая на «Скорпионах»….

— Да откуда…

— Я же король! И знаю все, — он мне подмигнул.

В салон вошли несколько Посвященных в своих шлемах, на правой стороне была небольшая лазерная указка. Один остался стоять на входе, двое других разделились и начали проверять паспорта по рядам. Я чувствовал себя слегка неловко, инстинктивно пряча штрих-код. Один из Посвященных внезапно остановился на середине правого ряда и попросил небритого мужчину выйти из автобуса, объяснив своим роботизированным голосом, что его паспорт не имеет доступа на второй уровень. Тот лишь начал возмущаться.

— Посвященные повторяют три раза, лучше бы ему послушать, — шепнул на ухо Страж.

Повторив в третий раз свою просьбу, и получив лишь возмущенные вопли в ответ, Посвященный схватил пассажира за куртку и одним движением отбросил его ко входу. Первый страж порядка немедленно вытащил его на улицу, где его сковали и увели в неизвестном направлении.

— Гражданин! — прозвучал надо мной громовой голос.

Это был уже другой Посвященный, проверявший левый ряд. Нервно сглотнув, я протянул ему руку. Мне дико хотелось бежать, сделать одно неуловимое движение и выпрыгнуть из окна. Ведь я это умел и мог! Посвященный наклонил голову, лазерный указатель на шлеме задвигался вверх-вниз, на моей руке красная полоска несколько раз прошлась по штрих-паспорту. Страж Порядка резко поднял голову, сжав губы:

— Я попрошу вас выйти, гражданин и проследовать со мной, — сказал он.

А тому мужику не предлагали прогуляться с ними, я занервничал. Впереди подошел второй Посвященный, уставив взгляд на меня.

— Проблемы? — спросил Георг, протянув свою руку.

Один из Посвященных посмотрел на Стража, а затем проверил штрих-код. Он резко вскинул голову, затем посмотрел на меня, на Георга, и вновь на меня. Страж молча кивнул. Посвященные приложили правые руки к груди и немедленно вышли из автобуса. Меня все еще охватывало оцепенение, оно прошло лишь после того, как автобус тронулся. Георг спокойно откинул голову назад, а я шумно выдохнул, прислонив голову к стеклу. На нем остались красивые ледяные узоры, которые я видел лишь зимой, обычно прислоняя ладонь и оставляя на нем след.

— Сосредоточься, ни к чему нервничать и включать фантома…

Я даже и не заметил, как фантом высвободился без каких-либо эффектов вроде рези в глазах и голубой дымки, но в отражении на меня смотрел голубоглазый дьявол, глаза которого ярко светились.

— Но как?!

— Со временем все… скажем так «спецэффекты» исчезают, чтобы не выдавать тебя раньше времени. Это хорошо… развиваешься, — спокойно ответил Георг, делая вид, что засыпает.

— Но как вы это поняли?!

Страж немного поежился и зевнул:

— Прохладно стало…

Я задумался и отвернулся к окну. Из головы не выходили мысли о доме, об этой записке, Кирилле, который попал в психушку из-за какой-то нелепой и глупой игры в прятки, об аварии, о том, как это все сделали чистильщики. Внезапно я представил, как рыдает моя мама, кидаясь на пустой гроб на кладбище, а рядом стоит крест с именем Александра Климова. И вдруг я понял, что стою рядом, спрятав лицо под капюшоном. Я чувствовал легкий ветер, моросил небольшой дождик. Отец держал маму, по его глазам бежали слезы, рядом стояли полицейские, во главе которых был отец Антона. Мать бросалась то на гроб, то на полицейских, проклиная их за чудовищную ошибку.