Мир Стражей. Война Стихий. Луч во Тьме (СИ), стр. 44
— Твою ж мать, — сказал я и попытался успокоить фантома.
Вот оно. Он восстановился и ему явно скучно. Фантом не желал успокаиваться, распылитель продолжал висеть, а камень превратил белую душевую кабинку в огромную лампочку. Я закрыл его ладонями и закрыл глаза, успокаивая сердце.
— Ведьмак, ты звал?
Ух ты ж, блин. Я крепче зажал амулет в руке, а другой пытался достать чертов кран, но он прыгал от меня вверх. Похоже, фантом жил отдельно от меня и развлекался, как мог.
— Ведьмааак…
— Бонд, это… вещи верни!
Я попытался закрыть кран, но ручка осталась у меня в руке. Твою мать… Я прыгнул за распылителем, но он резко ушел в сторону и я едва не приземлился на задницу. Я чуть наклонился, чтобы камень повис в воздухе, не прикасаясь к телу. Это было верное решение. Камень перестал светиться. А вот душ сам продолжал намывать меня.
— Так я не брал! Погоди, тут девчонки выскочили с чьей-то формой…
— Чего?!
Я услышал шаги, Бонд пошел к двери, но быстро вернулся.
— Ведьмак, брат, хреново все. Вся женская половина стоит в коридоре и ждет твоего появления. Вещи у кого-то в комнате. Я щас попробую что-нибудь сделать…
Бонд ушел из душевой, и распылитель упал вниз. Фантом успокоился, но я был зол. Круто меня заставили действовать. Подошел бы к Девятой — не было бы таких проблем! Я взял полотенце и вытерся. Затем закрылся им и вышел из душа. Я ходил по душевой, как тигр в клетке. Выходить вообще не было резона. Они только этого и ждут, наверняка уже камеры приготовили. Ноль седьмой не появлялся минут пять, я взглянул в окно, рассматривая улицу. Молния озарила Леконфам, ливень нещадно бил прохожих.
Вот тут я начал придумывать, как же мне быть? Я прикинул, где находится душевая относительно наших комнат, куда выходит это окно. Так, комнаты девушек были прямо напротив по коридору. Наш этаж был последним, я взглянул на амулет.
— Во время ты восстановился. Мне нужна твоя помощь…
Фантом словно услышал и передал сигнал через амулет. Он моргнул светом и я улыбнулся. Затем я открыл окно и вылез на улицу. Я не чувствовал ничего особенного, но камень ярко засветился, а из глаз пошла дымка. Капли дождя словно пошли медленнее, а молнии были дольше.
Я стал лицом к окну и посмотрел наверх. Крыша была в трех метрах, я прыгнул, без особого труда зацепился руками за край, затем подтянулся и оказался на крыше. Дождь бил по телу, полотенце едва не свалилось. В тапочках бегать было ужасно неудобно. Я перешел к другому края, сделал сальто и бесшумно приземлился на подоконник девичьего окна. Я сразу увидел свои вещи, спрятанные под ближайшей кроватью. В открытой двери я увидел несколько девушек, которые разговаривали о чем-то, показывая на душевую. Я мог легко открыть окно телекинезом, но они услышат шум дождя и повернутся.
Я сосредоточился на двери, которая медленно закрылась. Затем я моментально открыл окно, поднял руку вверх, мои вещи взмыли в воздух. Я приблизил ладонь к груди, одежда полетела ко мне и тут ручка двери опустилась. Вещи упали в руки, окно я моментом закрыл и прыгнул на соседнее окно, едва успев. Затем я перепрыгивал с подоконника на подоконник, пока не увидел свою комнату. Внутри никого не было. Таким же путем я открыл окно и влез внутрь, отключив фантома.
Напялив штаны, я начал активно вытирать голову и вышел в коридор, как ни в чем не бывало. Напротив душевой стояла вся группа и внимательно следила за действиями в ней. В первом ряду стоял Шестой, злорадно улыбаясь. Половина девушек стояла с видеокамерами, все шутили по поводу моего появления, лишь мои друзья стояли чернее тучи. На мое появление никак не отреагировали, даже не заметили. Я прошел в толпу и стал позади девушек. Передо мной стояли объект моего внимания и девушка лет двадцати с камерой. На меня не обращали внимания, я повесил полотенце на шею и ждал.
— Включайте камеры! Щас выйдет…
— Щас Шестой ему нос подотрет, — сказала одна черноволосая девушка.
— Готова увидеть своего любимого голышом? — спросила двадцатилетняя подруга, включив запись.
— Ребят, ну, хватит…, - сказала она.
А потом она заметила меня и замерла. Я улыбнулся и приложил палец к губам. Девочка мило улыбнулась и застенчиво отвернулась.
— Да ладно, Кать… вижу, что очень хочешь…
Я подошел поближе к оператору и шепнул на ухо:
— А кого ждете?
— Да Тринадцатый щас выйдет… Лизка с Шестым одежду забрали, выйдет голышом…
— М… Как интересно…
Катя захохотала, закрыв лицо руками. И вот тут все повернулись и недоуменно смотрели на меня. Я сделал удивленное лицо. Похоже, все понял лишь Бонд, а вот мексиканец подарил свой волчий оскал.
— Вы у кого вещи забрали? — спросил я. — Меня там даже не было…
Все переглянулись, а затем начали расходиться, недовольно бурча о неудавшемся представлении и о наглом надувательстве мексиканца. Интересно, что у него за мысли были в этот момент? Ведь он знал, что я нагло врал. Девятая прошла мимо, но я остановил ее:
— Знаешь, я должен был давно подойти, извиниться за столовую…
— Извиниться?! Ты спас меня…
— Тринадцатый, — представился я.
— Я в курсе. Девятая.
— Я в курсе, — улыбаясь, сказал я. — Ну, что ж… Доброй ночи…
— Сладких снов…
Я отошел в сторону своего кубрика и без конца оглядывался, что делала и она. Зайдя в кубрик, меня ждали довольные лица друзей:
— Рассказывай, как это ты сделал, — потребовал Бонд. — Этому тебя на шахматах научили?
— В цирковом училище, я же рассказывал…
* * *
Через два дня, в понедельник, я сказал Бальду о фантоме. В итоге, вместо красивой полянки, которая сидела уже в печенках, я стоял в кроссовках, джинсах, белой толстовке, с символом черного орла на груди, с капюшоном на своем котелке на крыше многоэтажки. Бальд был в таком же наряде. Я одел спортивные перчатки, чтобы пальцы больше не ранить.
— Очень хорошо, что твой фантом восстановился, — сказал Бальд, уперев руки в бока. — Теперь каждый понедельник и пятницу будут такие тренировки, вторник, четверг — полянка, суббота, воскресенье — выходные. А то ты уже на мешок похож…
— Что за тренировка?
Бальд повернулся ко мне левым боком, кивнув в сторону города. Дальше был центр, верхние уровни и горы. Мы были на южном краю Леконфама.
— У нас много врагов! Кланы, монстры, спецслужбы, Охотники, но людям нельзя причинять вреда. И уж тем более нельзя попадаться, например, федералам. Тебе не раз придется удирать по крышам города многомиллионника. Играл в детстве в «вышину»?
— Это догонялки, где любая возвышенность считается домиком? — спросил я, вспоминая ранее детство.
— Вижу компьютер не до конца испортил твое детство… Только мы изменим правила, — Бальд придвинулся ближе ко мне. — Касаться земли вообще нельзя. Самое низкое, куда можно ступить — скамья или пожарный столб. Задача продержаться, как можно дольше и не попасться к федералам.
— Так можно до бесконечности!
— А ты сначала продержись хотя бы минут пятнадцать, а дальше идем на рекорд. Фантомом пользоваться можно, но в крайних случаях.
Бальд дал мне солнцезащитные очки, Хотя солнца не было, тучи темнели над городом, похоже, будет дождь.
— Это чтобы не видели, что мы фантомники, — сказал он, напяливая очки. — То, что мы делаем — слегка незаконно… Ну, что стоишь? У тебя на хвосте фэбос.
Я рванул вперед по крыше, озираясь по сторонам. Сзади я услышал топот наставника, который ничуть не отставал. Впереди был небольшой переулок и трехэтажное здание. Прыгнуть на два этажа вниз можно и без фантома. Я ускорился и воспарил вверх, размахивая руками. Я больно ударился ногами о бетон, сделал нелепый кувырок, но побежал дальше. С фантомом это явно легче…
Я мельком оглянулся, здоровяк словно всю жизнь занимался паркуром и догонял меня. Я рывком ушел вправо, но немедленно проклял себя. Там была автострада, единственная возвышенность между зданием и мной был рекламный щит, расположенный ко мне ребром. Я прыгнул с края и ступил на ребро рекламного щита, ускорившись на узкой части. Тренировки на канате явно шли на пользу. Теперь я не боялся узких плоскостей и легко держал равновесие. Но при этом наставник даже не думал отставать.