Куриный бульон для души: 101 история о чудесах, стр. 48

ангел – а я не сомневаюсь, что это был он, – показал нам, что Бог достаточно любит людей, чтобы посылать нам пищу в час нужды и возвращать веру в девичье сердце.Синтия Билык

На глубине

Явился же Ему Ангел с небес и укреплял Его.

Евангелие от Луки, 22:43

Мы с младшей сестрой проводили летние каникулы у дяди и тети. Я еще не умела плавать и не сознавала, какие опасности может таить река. Меня предупредили, что надо держаться ближе к берегу. Но пока дядя и тетя отдыхали на берегу вместе с моей сестрой и кузеном, меня манила прохладная вода.

У меня не было ни детского круга, ни жилета, и вдруг я перестала нащупывать ногами песчаное дно. Как же я оказалась посередине реки?

Боясь, что меня накажут и больше не разрешат сюда ездить, я не стала звать на помощь. Такие мысли могут показаться ужасно глупыми, но мне было всего семь лет и я была очень застенчивым ребенком.

За считанные секунды я дважды ушла под воду с головой и начала захлебываться. Голосов людей на берегу почти не было слышно. Когда меня снова потянуло вниз, откуда-то появился красивый светловолосый мужчина. Он плыл совсем рядом, улыбался, и у него были яркие голубые глаза. Никто из нас не произнес ни слова. Он прижал указательный палец к губам, показывая, что никому не расскажет, как я тонула. От этого мне сразу стало легче. В моем сознании прозвучали слова: «Все будет хорошо».

Рядом больше никого не было, этот человек не дотронулся до меня даже пальцем – но в мгновение ока я очутилась у берега! Мои ноги коснулись дна, и голоса людей на пляже стали отчетливей. Мои близкие сидели на том же месте, ни о чем не догадываясь. Я оглянулась, ища голубоглазого незнакомца. Он исчез! Я не могла понять, что случилось. Как так – прошло всего несколько секунд, а я больше не тону? Как я могла благополучно попасть обратно на берег, не сделав никакого движения? И почему исчез этот таинственный мужчина? Я же хотела сказать ему «спасибо»…

Я скрывала свою тайну сорок лет, пока не поняла, что этот голубоглазый человек был моим ангелом-хранителем. Уже почти в пятьдесят я наконец рассказала маме о том происшествии на реке. Она расстроилась, что я не позвала на помощь, и подивилась, как мне хватило выдержки никому не рассказывать об этом случае.

Откуда было мне, маленькой, понять, что произошло на той реке! Однако в последующие годы я не раз попадала в опасные и даже угрожавшие жизни ситуации, исход которых не всегда можно было объяснить обычной логикой. Я просто знала, что не одна. Бог всегда присылал моего ангела в нужный момент. Он больше ни разу не являлся в том обличье, в каком был в той реке, но я ощущала его присутствие и слышала в своих мыслях голос: «Все будет хорошо».

В детстве моей любимой молитвой была та, что обращена к ангелу-хранителю. Даже сейчас, став бабушкой, я всегда завершаю свои молитвы обращением к нему: «Ангел Божий, мой святой хранитель, для защиты мне от Бога данный, молю тебя просвещать меня сегодня, от всякого зла сохранить, на творение добрых дел наставлять и на путь спасения направлять. Аминь».

Конни Милардович-Вагг

Безымянная могила

Страннолюбия не забывайте, ибо через него некоторые, не зная, оказали гостеприимство Ангелам.

К Евреям, 13:2

Сидя в тесном кресле самолета, я закрыла глаза. Пока реактивный лайнер нес нас через Атлантический океан, мои мысли вернулись к тем временам, когда мне было четыре года и я жила в крохотной английской деревушке.

Я восхищалась своим братом Сонни, красавцем, моряком британского военно-морского флота. Он сражался во Вторую мировую, а после войны служил в Гонконге, который был его самым любимым местом на земле. Я с любовью выводила на конвертах «ГОНКОНГ» – первое слово, которое я научилась писать сама.

Но позже отношения Сонни и его семьи с нашими родителями стали натянутыми. За двадцать лет мы с ним виделись всего пару раз. Я перебралась жить в США, но часто навещала свой родной городок в Англии. В этот приезд мы встретились с моей двоюродной сестрой и ее мужем. Мы болтали в машине, проезжая через сырое и ветреное графство Норфолк.

– А ведь где-то здесь похоронен Сонни, – сказала я в какой-то момент.

– Разве тебе не известно, где его могила? – удивилась кузина Бренда.

– Нет. Ведь мама умерла в том же году, но раньше, а больше с ним никто не общался.

– Как это печально, когда семьи распадаются!

– Я помню название больницы, где он умер. Это недалеко от Кромера, так что, думаю, он похоронен где-то рядом, – предположила я.

Мы решили разыскать его могилу – и посвятили поискам целый день. Для начала мы навели справки в городском бюро регистрации, но не нашли никакого Джеймса Артура Гудвина – таково было настоящее имя Сонни.

Ветер усиливался, пока Бренда, ее муж Тони и я методично изучали надписи на надгробиях нескольких местных кладбищ. Безуспешно.

Мы ехали дальше, мимо коттеджей с соломенными крышами и деревенских садов.

– Смотри, вот большое кладбище, – сказала Бренда, указывая на черно-белый знак.

Мы снова уныло бродили взад-вперед под холодным мелким дождем среди аккуратных надгробий и памятников. Белокурый смотритель проехал мимо нас на маленьком тракторе, остановился и заглушил мотор.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – спросил он.

– Я ищу могилу своего брата, – объяснила я. – Он умер в больнице недалеко отсюда.

Смотритель улыбнулся.

– У меня есть ключ от этой часовни, – он указал на здание рядом с кладбищем. – Здесь ведут записи обо всех похоронах. Если вы знаете, когда умер ваш брат, я могу посмотреть в книге регистрации, покоится ли он здесь.

– Насколько я знаю, это было в январе 1982 года, – бормотала я, чуть задыхаясь, поскольку угнаться за трактором было нелегко. Смотритель всунул огромный ключ в дверной замок. Он повернулся с лязгом, и дверь медленно отворилась.

Внутри часовни на полке, покрытой пылью и дохлыми мухами, лежала большая бухгалтерская книга. Смотритель сдул с нее пыль, открыл на страницах, относившихся к 1982 году, и пробежал пальцем по столбцам имен.

– Да, вот он – Джеймс А. Гудвин. Могила номер 136.

– Какое счастье! – тихо проговорила я. – Наконец-то я нашла его.

Мы пошли вслед за смотрителем к могиле под номером 136 – и увидели неухоженный прямоугольник.

– Тут же нет имени! – ахнула я. – Не могу поверить, что родственники так и оставили его в безымянной могиле!

От рыданий у меня перехватило горло. Мой брат зарыт здесь, один, покинутый всеми, без всякого надгробия. Не было даже вазы с искусственными цветами!..

Мы поблагодарили смотрителя, и он уехал на своем тракторе куда-то за церковь.

Бренда смахнула слезу.

– Может, найти изготовителя памятников и заказать памятный