Всадник для дракона, стр. 46

Из Всадницы, увидевшей все, что положено, вдруг словно выдернули стержень. Она разом осунулась, побледнела, пошатнулась, а затем буквально рухнула в ближайшее кресло и прошептала:

— Откуда ты знаешь?

— Сай признался. Сегодня, после того, как… насытился. Если вы в тот момент не ушли далеко от двери, то должны были слышать хотя бы часть разговора. А если Рэн не соврал, могли уловить даже мысли инкуба. Вам ведь это под силу, не так ли?

Лана обреченно опустила плечи.

— Это редкая удача… Сай почти всегда настороже.

— Как я его понимаю!

У нее помертвел голос:

— Да что ты знаешь о моих проблемах…

— То же, что и вы о моих, — жестко ответила я, и она вздрогнула, как от пощечины. — А теперь простите, я действительно очень спешу. И если вам не все равно, что будет с братом того, кого ваша Рокса считает Пламенем, прошу — не мешайте!

Лана вздрогнула снова и подняла на меня совсем другой взгляд.

— Что с Каем?

У меня нервно дернулась щека.

— Не знаю. Но полагаю, у него большие трудности. Милорд недавно открыл мне правду о драконе, а Рэн… ему это не понравилось. И теперь они в состоянии открытой войны.

— Опять?!

— Дракон разорвал все договоренности, — подтвердила я, с удивлением обнаружив, что Лана не играет и действительно встревожена. — К чему все это приведет, один Творец знает. Поэтому я должна найти лорда Эреноя как можно скорее. Но никак не могу этого сделать — я его почему-то больше не чувствую.

Лана стремительно поднялась с кресла и воткнула в меня острый, как кинжал, взгляд.

— Насколько все плохо?

— Хуже не бывает.

— А дракон?

Я стиснула челюсти.

— В бешенстве, я полагаю. Второстепенного потока, который помогал бы адекватно мыслить, у него нет, поэтому прошу, если вам что-то известно, помогите до него добраться! Я не могу двигаться вслепую. У меня нет на это времени!

— Рэн не причинит вреда Каю, — нахмурилась Всадница. — Это не в его интересах. Но я могу тебе помочь… при одном условии.

— Каком?

— Я не слышала ваш разговор с Саем. Но хочу знать, чем он закончился. Взамен я открою тропу, где ты найдешь своего инкуба. Договорились?

Конечно, куда же я денусь!

Я торопливо кивнула.

— Тогда я слушаю. — Лана демонстративно сложила руки на груди и выжидательно на меня посмотрела.

— Извольте. Милорду Саю надоело, что вы вмешиваетесь в его дела. Ему претит ваша опека. Раздражает ваша забота. И даже тот факт, что он не единожды обязан вам жизнью, не способен этого изменить. Ваше присутствие слишком часто вынуждает его менять настроение…

По мере того как я перечисляла, лицо Всадницы все больше каменело.

— Вы одним своим видом нарушаете его сосредоточенность, — спокойно продолжала я, не обманувшись ее маской. — Для инкуба такого уровня это может закончиться потерей контроля, поэтому вы для него в первую очередь угроза — его жизни, репутации, чести. И лишь тот факт, что ваш «напиток» подходит ему идеально, вынуждает Сая повременить с принятием решения.

Лана с непроницаемым видом отвернулась.

— Ему просто не нравится от меня зависеть.

— Не исключено. Но в глазах инкуба любая зависимость — проявление слабости. А вы ведь знаете, как на Круоле относятся к тем, кто слаб?

Всадница снова нахмурилась.

— При чем тут это?

— При том, что вы — его слабость, — с нажимом сказала я. — Он еще не сознает этого, но где-то глубоко внутри чувствует, поэтому и пытается от вас избавиться. Сейчас он не готов лишиться донора. Пока у него еще есть оправдания для своей медлительности. Но как только они иссякнут, Сай поймет, насколько к вам привязан. И это вынудит его уйти. Уничтожить свою слабость. Это будет вопросом чести.

— С чего ты взяла? — недоверчиво обернулась женщина.

Я вздохнула.

— Да с того, что на Круоле мужчины не могут иначе, так устроен их мир. Они сражаются с собой каждый день — за право жить, владеть и распоряжаться своими силами по собственному усмотрению. Не поддаваться чувствам, всегда принимать правильные решения — от этого зависит их жизнь. И Сай не исключение. Он привык делать то, что считает нужным. Прислушиваться к тем, кто сильнее, и игнорировать тех, у кого нет права давать ему указания. У вас, по его мнению, такого права нет, поэтому любое вмешательство в его дела воспринимается как оскорбление. Это намек на его несостоятельность — как мужчины, как воина, как высшего, наконец. И каждый раз, когда вы даете себе волю, он испытывает унижение. Какому мужчине это понравится? Сай далеко не идеал, но, несмотря ни на что, вы все еще вхожи в его Дом. И до сих пор не разоблачены. Не задумывались никогда, почему он ни разу вас не ударил? Очень жаль. Потому что именно поэтому вы не можете найти с ним общий язык. Поэтому он не доверяет вам, — чуть тише добавила я, после чего Всадница снова сжала кулаки и отошла к столу. — Лорд Сай — инкуб с пятью потоками сознания, для которого совершенно нормально годами скрывать свое истинное отношение. Если вы думаете, что ваши слова или поступки ему безразличны, вы ошибаетесь. Но пытаться вывести его из себя — бесполезное занятие, он просто сменит один поток на другой и укажет вам на выход.

— Обычно он так и делает, — тихо прошептала Всадница. — Всегда одно и то же… Но почему он рассказал об этом тебе? Почему даже я не знаю, сколько на самом деле у него потоков?

Я вздохнула.

— Он не все рассказал. О многом я могу лишь догадываться. А почему доверился… Может, потому что я не пытаюсь на него давить? Может, все дело в том, что иногда не нужно во что бы то ни стало отстаивать свою точку зрения, не нужно приказывать, а достаточно просто попросить?

— Извини, не поняла… я что должна была сделать? — замерла Всадница.

— Попросить помощи, доверия, наконец. Это ведь несложно. Лорд Сай отзывается на такие просьбы, я знаю. Это сродни игре. Вот только сам он относится к ней чересчур серьезно.

— Когда ты успела это выяснить? — растерянно спросила Лана.

Я хмыкнула.

— Когда случайно затащила его на Оруан. Он захотел проверить, какого уровня из меня получится донор, а я так впечатлилась картиной, которую лорд Эреной приготовил для испытания, что нам обоим здорово досталось. И если бы не вы… простите, я не поблагодарила вас за спасение, — неожиданно сообразила я, но женщина как будто не услышала. — Нет, правда. Я очень вам благодарна. Потому-то и пыталась завести разговор с Саем об этом. Он, правда, отвечал неохотно и несколько раз пытался сменить поток, но кое-что вытянуть из него удалось. В частности то, что для вас еще не все потеряно.

— Как ты себе это представляешь? — покачала головой Лана. — Для того чтобы разжечь Пламя, нужна хотя бы одна брешь в этой проклятой защите. Я много лет пытаюсь ее найти. Искре и нужно-то совсем немного… но защита Сая несокрушима. Я годами злила его. Проклинала. Провоцировала. Была терпеливой и нежной, когда мне казалось, что лучше пойти на хитрость. Я молчала, когда он того требовал. Терпела его холод. Да ты и сама знаешь, каково это — находиться рядом с голодным инкубом. Всегда одни и те же ответы. Одна и та же реакция. Я через все это прошла. За тем разве что исключением, что у меня хватило осторожности не пить его кровь.

Я нервно сцепила пальцы.

— Я раньше тоже думала, что ответы одинаковые. Но потом поняла: слова-то те же, а вот чувства, которые в них проскальзывают, разные. Они не очень заметны — инкубы скрытные существа. Но они есть. А Сая к тому же легко отвлечь, не позволив ему сменить поток. Его даже можно расшевелить, и тогда он становится совсем похожим на человека… особенно если смертельно ранен. Или ослаблен настолько, что у него не будет сил избавиться от «мусора».

— Это твои собственные выводы? — бесстрастным голосом осведомилась Всадница после секундного молчания.

— Нет. Мастер Хрос подсказал, — созналась я. — У нас недавно были занятия на тему отношений, вот он и рассказал, как отличить одно от другого и на что следует обратить внимание, если собеседник эмоционально закрыт. Он очень многому нас научил, жаль, что в ближайшее время он не вернется в Школу.