400 страниц моих надежд (СИ), стр. 56

Поколебался пару секунд, и что уж там скрывать, чуть было дело не развернулся к лестнице, собираясь уйти, но что-то будто остановило меня, и я всё же нажал на кнопочку звонка. Один раз. Жду. Тишина. Но уходить теперь глупо. Ещё и мысль мелькнула: может меня в окно видели, но почему-то открывать не желают? Да нет, бред это. Второй раз позвонил. Прислушался. Опять ничего. А потом, с той стороны кот размявкался под самой дверью. Вот и как это понимать? Случилось что, или он таким образом решил с нежданным визитёром пообщаться? И тут, с опозданием мысль пришла — а кто сказал, что хозяева должны быть дома? Вдруг, вчера вечером вместо того чтобы после моего ухода лечь спать они куда-нибудь отправились? Ну там, в гости к кому-нибудь, например. Или… Вдруг случилось что? С Милой или мамой её? Одна беременная, вторая уже в возрасте, всякое могло случиться.

Где-то за спиной скрипнула, открываясь входная дверь в подъезд, и тут же хлопнула, закрывшись, кто-то по лесенке неспешно поднимается, а мне почему-то обернуться стыдно, будто на месте преступления засекли. Детсад какой-то! Но ничего с собой поделать не могу, повернулся так, чтобы мимо идущие меня в лицо не увидели.

— О! А к нам гости! — послышался сзади бодрый голос Милиной мамы, а у меня всё внутри вмиг опустилось от смеси совершенно необъяснимого смущения и облегчения.

— Здравствуйте, — стараясь скрыть волнение, улыбаюсь подходящей женщине. — Вот, ехал мимо, решил зайти, а никто не открывает.

— Так, позвонил бы, — говорит, и тут же хлопает себя по лбу, добавляя: — Вот я бестолочь, телефон дома забыла. А Милка небось или спит ещё, а то ведь вечно не высыпается, пишет по ночам. А может в ванной застряла. Там звонок никогда не слышно, — произносит, вытаскивая из кармана ветровки позвякивающую связку ключей. — Давно ждёшь-то, поди? — усмехается, поглядывая на раскрытый ноут в моих руках.

— Да нет, просто вашей дочери кое-что показать хотел, — на ходу сочинил легенду я.

— Неужто с её бедой разобрался? — открывая двери, интересуется, и тут же подхватывает на руки начавшего ластиться к ногам котам. — Ты проходи, проходи. Чайку попьём.

Ну я и вошёл. Дверь в комнату приоткрыта, судя по полумраку — шторы плотно задёрнуты, и да, на кровати, в ворохе одеял и подушек, клубочком свернулась Мила. Я едва сдержал вздох облегчения и одновременный порыв броситься к ней, проверить — всё ли в порядке.

— Ты проходи, проходи, — подтолкнула меня в спину Милина мама, направляя в сторону кухни.

— А не слишком ли долга она спит? — я взглянул на висящие на стене часы.

— Ой! — отмахнулась женщина. — Пусть хоть раз в сто лет выспится. А то вечно вскочит в самую рань и к компу. И вечером позднее меня ложится, а порой бывает и ляжет вроде вовремя, а к утру уже несколько глав накатать успеет. Спрашивается — когда? Ночью, ясно дело. А это переутомление, недосып. В её-то положении!

Эх… Мне бы её спокойствие, я-то в отличие от Милиной мамы знаю, что её дочь по ночам не у компа корпит, печатая главу за главой, а не Рестанге куролесит, собирая очередные неприятности на свои нижние девяносто. Но то, что девушка устаёт — это неоспоримо. И с одной точки зрения, её мама права — отдохнуть надо, но что делать с закравшимся в душу беспокойством?

Устроился за столом, извинился, мол, срочные дела ещё есть, якобы что-то тестирую параллельно, для чего мне нужен комп рядом. Хозяйка дома освободила мне место на столе под ноут, отодвинув в сторонку сахарницу, пиалки с мёдом и вареньем, и поставила передо мной чай и угощений по мелочи.

Сижу, пью уже четвёртую кружку чая, в ушах вот-вот забулькает, но не уходить же? Я ж с ума сойду. Может, плюнуть на всё, пойти разбудить Милу. Ну поворчит на меня в конце концов, не съест же, зато я спокоен буду. А так болтать с её мамой ни о чём… Итак уже больше получаса в гостях, а Мила так и не проснулась. А в этом я уверен на все сто. Пока треплюсь, незаметно нет-нет да обновляю «проводник», но там по-прежнему ничего не меняется, а значит, вариант, проснулась, услышала голоса и решила пересидеть в комнате в ожидании ухода гостей — не прокатывает. А время уже почти полдень!

И вдруг, после очередного обновления дата сменилась!

— Проснулась! — вырвалось у меня, и я аж подскочил, чем немало всполошил Милину маму.

— Что? — воззрилась та на меня, а мгновение спустя махнула рукой: — А-а-а, это ты о своих программах…

— А? — взглянул я на неё, уже загружая новый файлик. — Да-да, программа кажется заработала, — бормочу, и слышу, как за спиной открывается дверь, и тут же, из туалета доносятся звуки рвотных позывов.

— Н-ц, — цыкнула женщина. — Опять ей плохо.

— Что? А… А уже было? — уточняю.

— Давненько, — вздыхает и встаёт, начиная наводить в большой кружке крепкий чай. — Ты пока тут посиди, пусть она немного в себя придёт.

— Ага, я пока посмотрю, что получилось, — отвечаю, прокручивая файлик до нужной главы.

Трудно сосредоточиться, когда прислушиваешься к происходящему за спиной и одновременно пытаешься бегло прочитать текст, ещё и анализируя на ходу получаемую информацию. Глав оказалось на этот раз немного, и их содержание меня отнюдь не порадовало.

Во-первых, одновременно радовала и в тоже время очень раздражала Милина реакция на Поля. Она тянулась к нему, отталкивала и мучилась угрызениями совести. Разрывалась между желанием остаться с ним, и вернуться сюда. Обо мне тоже мысли мелькали, но вскользь, будто она боялась даже думать на эту тему, зная о том, что я всё это прочту. Ну а дальше… Что ж, они с муженьком немало наанализировали и вполне возможно, что их версия имеет право на жизнь. Итого, мы имеем четыре потенциальных императора, один из которых — леросс-протестант, желающий избавиться от конкурентов. Всё бы ничего, если бы не вызов Ворона. Видимо в процессе восстановления Роса, она почти исчерпала свой магический ресурс, и в результате, открытие портала надорвало её силы, нарушив некий баланс между магическими и жизненными силами.

Судя по срокам, она как отключилась за полтора суток до возвращения на Землю, так в себя и не приходила, потому что имеющийся фрагмент на этом и заканчивался. Что за это время происходило на Рестанге — неизвестно. Поль изолирован от событий, она без сознания. По логике, ректор собирался переговорить с Полем, но новой главы от его имени после отключки Милы, так и не появилось. Что это значит? Дел Шантуа застрял где-то в Драконьем Гнезде, куда собирался в первую очередь для переговоров с отцом Поля? Или того хуже — с ним что-то случилось? Почему Мила сегодня так долго спала, и проснувшись тут же метнулась с рвотными порывами в туалет? Там ей и малышам угрожает опасность, и что бы не говорил Муз, тут это тоже не проходит бесследно. Совпадение? Что-то сомневаюсь. Может следовало бы показать её врачам?

Вот только как бы ей предложить такой вариант, не вызвав протеста? Да, она очень интересный, добрый и отзывчивый человечек, но при этом, довольно упрямый, а уж это-то я точно успел заметить за недолгое время с момента нашего знакомства. 

Глава 37. Павел. Рождение божества

Сижу на кухне, Мила с мамой немало времени провозившись в ванной, ушли в комнату, а я… Не знаю: что мне делать? Вроде бы уйти неудобно, но и оставаться в сложившейся ситуации неприлично. И за Милу переживаю, а как к ней подступиться, если её мама постоянно рядом?

Время растянулось в вечность. От нечего делать и стараясь отвлечься от происходящего где-то рядом, относительно вдумчиво, насколько позволяла ситуация, перечитал последние главы. Не дело это — Мила там как тряпичная кукла — беспомощна, уязвима, а её муженёк… Нет, если отключить те странные чувства, что я к нему испытываю, он неплохой, в принципе, парень, и в перспективе может стать великим воином, возможно даже императором, но пока что он слишком слаб, чтобы защитить свалившуюся на его голову небожительницу. Но так ведь не должно быть, Муз не мог вот так бросить Милу во враждебную среду без какой-либо поддержки!