400 страниц моих надежд (СИ), стр. 48

— А ты как я посмотрю, так и рад от жены избавиться? — прищурив глаза, прошипела я, а Леон с Кайрой переглянувшись тут же засобирались, сославшись на какие-то невыполненные задания.

Однако хоть друзья и ушли, а столовая, как ни крути, это не самое лучшее место для откровенных разговоров. И пусть меня распирает высказать всё, но держу себя в руках.

— Поел? — спрашиваю, ловя себя на том, что прозвучало это грубовато.

— Угу, — как-то неожиданно понуро отвечает Поль.

— Тогда пойдём-ка прогуляемся, нам кажется пора уже поговорить.

Молча прошлись до парка, благо денёк выдался тёплым, а в стенах академии ещё и безветренным. Вокруг плярисы мерцают, и никого — студенты разбрелись по своим комнатам готовясь к завтрашним занятиям, педагоги тоже отдыхают.

— Ты богиня? — не стал юлить Поль.

— Есть немножко, — вздыхаю, не зная о чём нам теперь говорить?

Как же просто всё было, пока Ворон не сдал меня с потрохами. Теперь это знание словно непреодолимая стена встала между нами. Чувствуется, что Поль уже как-то иначе относится ко мне, да и я… Я вообще изменилась, но по иной причине. Однако в любом случае, былой лёгкости в общении теперь не ощущается.

— И уйдёшь? — спрашивает, смотря в сторону.

— Не знаю, — честно отвечаю. — Это не от меня зависит.

— Но хотела бы? — останавливаясь, разворачивается ко мне.

Тоже замерла, взглянула на него: всматривается в моё лицо, явно ища ответ, хмурится. Что ж такое творится-то со мной? Почему вся жизнь вечно через пятую точку? Вот он рядом, такой родной… И… Такой далёкий теперь.

— Не представляю, как буду жить без… Тебя… Ворона… — тихо произношу.

В его глазах промелькнула тоска и обречённость — видимо понял, что это вопрос времени, не больше.

— А забрать нас нельзя? Ну туда, в ваш мир?

Я невесело усмехнулась, представляя реакцию Поля попади он на Землю. Ну не говорить же, что Ворона можно в теории забрать, если я сюда в полной мере попадала, то возможно Муз смог бы перекинуть кого-то и туда, но его… Возникает банальный вопрос: на что мы будем жить? С моих книг на четверых, включая малышей? Не потяну я. Да и у мамки пенсия копеечная. А он… Куда его пристроить, как легализовать? Не имея ни документов, ни образования. Дворником и то не возьмут. Не дай-то бог случится что, так ведь даже в больнице помощь не окажут, потому что без бумажки ты букашка. Да и Паша… За последние дни этот парень слишком уж резко ворвался в мою жизнь, неожиданно став неотъемлемой её частью. И вот я всего лишь на миг представила себе картину: Поль каким-то чудом оказывается там, и… Для Павла места не останется. И так тоскливо вдруг стало. Что это? Неужели влюбилась? Так быстро? И в чём причина? В том, что он похож на Поля? Или… Может именно Поля я когда-то полюбила от безысходности, потому что никого иного не было? Потому что любовь к нему была моим билетом, ведущим к выходу, обратно, на Землю? Ох… Как же всё сложно.

Поль и я навсегда. Хочу ли я этого? Ещё недавно без сомнений ответила бы — ДА! А сейчас… Можно было бы сказать, что ему будет не комфортно на Земле. Но это всего лишь оправдания. Как говорится: «было бы желание, методы найдутся, а для нежелания всего найдётся отговорка». Я слишком устала. Не от него, но от всего этого в целом. Ещё вчера говоря с Музом, думала, что не смогу жить без Рестанга, но если быть честной, то после более близкого знакомства с Пашей многое изменилось, вот только Полю о том знать вовсе необязательно. И видимо рано или поздно мне действительно надо будет уйти, хотя бы для того, чтобы обрести душевный покой. А не разрываться между двумя, такими похожими между собой мужчинами. У меня ещё есть время чтобы понять с кем я хочу остаться, но боюсь выбора мне не дадут. Вряд ли я смогу перебраться сюда насовсем, ещё менее вероятно, что удастся забрать отсюда Поля. И тут до меня дошло главное:

— Давай только предположим, что подобное возможно. Допустим, что ты сможешь уйти со мной. Подумай о том, что после нашего ухода, тебя здесь больше не будет, а вот та, вторая Мила, останется в этом теле. Именно она будет носить под сердцем твоих двух малышей. И она останется здесь. Одна. Без тебя. А я почему-то уверена — что она тебя искренне любит.

— В отличие от тебя… — грустно вздохнул Поль.

— Зря ты так.

Муж не ответил, лишь потупил взгляд и тяжко вздохнул. Явно не поверил. Да собственно я же и не сказала прямо — люблю. А он явно именно это мечтал услышать в ответ. И вдруг он встрепенулся и вновь уставился мне в глаза:

— У тебя там кто-то есть, да?

Вот только в этом вопросе не прозвучало и намёка на ревность, лишь потаённая боль.

— Нет, — улыбнулась я. — Нету, — добавляю, и тут же оказываюсь в жарких объятиях.

От его рук, блуждающих по моему телу, от словно изголодавшихся губ, покрывающих поцелуями моё лицо, становится жарко и… Стыдно. Будто вру я ему. Или обманываю. Но я ведь не соврала ни слова, Паша, это как журавль в небе… Он есть, но у него своя жизнь, своя боль из-за произошедших недавно событий. Да, он рядом, да, обещал помочь, но движущие им стимулы вполне объяснимы. Он ведь сам говорил, что любит всякие шарады и непонятности. А я и всё вокруг меня, это одна большая шарада. Вот разгадает и успокоится, может и не забудет совсем, но останется максимум другом. Так почему же меня смущает тот факт, что Поль меня обнимает? Почему я одновременно вся таю и в тоже время хочется оттолкнуть его?

Стою, словно остолбенела. Что делать? Как ему объяснить, что мне тяжело? Что сил у меня уже нет на вот такие денные и ночные приключения. На словах скажет, мол, понимаю, но не поймёт.

— Что от тебя требуется? — уткнувшись лицом в мои волосы, спрашивает, а у меня от этого вопроса сердце кровью обливается — ведь он по сути меня отпускает.

— Пока что выяснить что с Каитором и разобраться с Шелдом… — отвечаю.

— А потом?

— Вернуть вам былое величие и свергнуть императора.

— Ясно, — вздыхает. — Каитора кто-то выманил из стен академии в день твоего ухода отсюда.

— Выманили?

— Передали записку от имени отца. Странно что он не заподозрил ничего странного, ведь Дел Карен свободно мог войти сюда и переговорить с ним.

— Так же пытались выманить и тебя, — произношу, вспоминая рассказ Ворона.

— Я о том же подумал, — буркнул Поль, всё так же не отпускающий меня из объятий.

— Какая-никакая, но это зацепка. Кстати! — меня осенило, и я отстранилась. — А у Шелда была какая-нибудь любимая зверушка?

— В том-то и дело, что он вообще живность недолюбливает, — поджав губы отозвался Поль. — Я помню рассказ твоего леросса и тоже думал об этом. По всему выходит, что тот обезумивший Шелд, никакой не леросс-протестант, а тот самый Шелд которого я знал с детства. Хотя… Очень не хочется в это верить.

— Приятнее верить в то, что его убили? — усмехнулась я.

— Маловероятно, — задумчиво произносит Поль. — Понимаешь, в тот момент, когда я обо всём узнал, шок затмил здравый смысл и я не задал один очень важный вопрос: может ли леросс мгновенно убив свою жертву, тут же забрать не только внешний образ, но и привычки, и память человека? Шелд никогда не отличался провалами в памяти, а мы… Я, Винс, Сейла… Мы частенько вспоминали былое. Он… Он не был таким, — казалось эти слова давались Полю с трудом.

— Хочешь сказать, что Шелд жив?

— Просто не верю… Не хочу верить, что этот сумасшедший, это действительно мой брат. У него не было леросса, не было никакого привязанного животного. Кто знает, когда могла произойти подмена? Возможно он действительно ещё жив. Возможно из него сейчас сосут силы, вместе с памятью. Но как узнать: так ли это? Как помочь?

И тут меня ещё раз осенило.

— У тебя есть возможность выйти за пределы академии? — спрашиваю.

— Сомневаюсь, — невесело усмехнулся Поль. — А что?

— Хочу побеседовать с Дел Кареном, ты мог бы что-то подсказать в ходе разговора.

— О Каиторе ты ему и сама можешь рассказать…

— Нет! — перебила его я. — Речь не просто о его сыне. Смотри. Тебя выманивал кто-то скрывавшийся под личиной Шелда, так? Так. Это произошло ещё до моего ухода или после?