Вечная жизнь Смерти (ЛП), стр. 99
АА и Чэн Синь взбежали по узкому трапу к люку челнока. Туман немного рассеялся, и Чэн Синь увидела неподалеку группу детей в школьной форме. На вид им было меньше десяти лет — видимо, ученики начальной школы. Рядом с ними растерянно озиралась по сторонам молодая учительница. Ее длинные волосы трепал ветер.
— У нас есть немного времени? — спросила Чэн Синь.
АА взглянула на детей и поняла, о чем думает подруга.
— Хорошо. Иди. Нам всё равно еще ждать своей очереди на стартовой площадке. Еще нескоро.
В принципе, челнок мог стартовать с любого ровного места. Однако чтобы избежать разрушительного воздействия нагретой до сверхвысоких температур плазмы, вырабатываемой двигателями, челноки взлетали со стартовых площадок, оборудованных охладительными бассейнами и каналами для безопасного отвода раскаленных газов.
Учительница заметила идущую к ним Чэн Синь, подбежала и схватила за руку.
— Это ваш челнок, правда? Пожалуйста, пожалуйста, спасите детей! — Лицо ее было мокро от слез и пара, пряди волос прилипли ко лбу. Учительница смотрела на Чэн Синь так, будто хотела удержать ее на месте силой своего взгляда. Дети сгрудились вокруг, в их глазах светилась надежда. — Они собирались в космический лагерь и как раз должны были лететь на орбиту. А тут тревога, и нас все гонят, а наши места отдали другим!
— Где ваш корабль? — спросила подошедшая АА.
— Улетел! Пожалуйста, пожалуйста!
— Заберем их, — сказала Чэн Синь подруге.
АА несколько мгновений смотрела на нее молча. «На Земле миллиарды людей. Неужели ты думаешь, что можешь спасти всех?»
Но Чэн Синь ответила таким же упрямым взглядом.
АА покачала головой:
— Мы можем взять только троих.
— Но челнок рассчитан на восемнадцать человек!
— Дело не в челноке, а в «Ореоле». Если лететь с максимальным ускорением, «Ореол» может вместить всего пятерых — на нем только пять капсул глубокого погружения. Все, кто не в капсуле, превратятся в мясной фарш!
Этот ответ удивил Чэн Синь. Капсулами для состояния погружения оборудовали только звездолеты. А она всегда думала, что «Ореол» — межпланетный корабль, не способный к полету за пределы Солнечной системы.
— Пусть так! Заберите хотя бы троих! — Учительница, страшась потерять этот единственный шанс, бросила Чэн Синь и вцепилась в АА.
— Тогда выберите их, — сказала та.
Учительница отпустила АА и уставилась на нее с еще большим ужасом, чем прежде на Чэн Синь.
— Как это — выбрать?.. Как я могу… — Она беспомощно отвернулась, не смея встретиться взглядом с детьми. Судя по ее виду, девушка испытывала страшные мучения, словно глаза детей прожигали ее насквозь.
— Ладно. Тогда я выберу, — промолвила АА. Она с улыбкой обратилась к детям: — Слушайте внимательно. Я задам вам три вопроса. Кто первым даст правильный ответ, отправится с нами. — АА подняла палец, игнорируя ошеломленные взгляды Чэн Синь и учительницы. — Первый. У нас есть неисправный фонарик. Через минуту он мигнет. Еще через полминуты он мигнет снова. В третий раз он мигнет через пятнадцать секунд. И так далее — он будет мигать с интервалом вдвое короче предыдущего. Я хочу знать, сколько раз мигнет фонарик по истечении двух минут.
— Сто! — выпалил кто-то.
АА качнула головой:
— Неверно.
— Тысячу!
— Нет. Подумайте как следует.
После долгого молчания прозвучал робкий голосок. Говорила застенчивая маленькая девочка, и ее трудно было расслышать за грохотом космодрома.
— Бесконечное число раз.
— Иди сюда, — махнула ей АА. Когда та подошла, АА поставила ее позади себя. — Второй вопрос. У нас есть веревка, толщина которой неодинакова. На то, чтобы она сгорела от одного конца до другого, требуется час. Как, используя эту веревку, отмерить пятнадцать минут? Помните — толщина у веревки разная!
На этот раз дети не торопились отвечать — они глубоко задумались. Вскоре поднял руку мальчик:
— Надо сложить веревку пополам и поджечь ее одновременно с двух концов.
АА кивнула:
— Иди сюда, — и поставила мальчика позади себя рядом с первой девочкой. — Третий вопрос: восемьдесят два, пятьдесят, двадцать шесть. Какое следующее число?
— Десять! — выкрикнула какая-то девочка.
АА подняла вверх большой палец.
— Молодец! Иди сюда. — Она кивнула Чэн Синь и, забрав троих детей, направилась к челноку.
Чэн Синь проводила их до корабля. У трапа она оглянулась. Оставшиеся дети и учительница смотрели на нее как на солнце, которое больше никогда не взойдет. Слезы выступили на глазах Чэн Синь и заволокли эту сцену туманом. Поднимаясь по ступенькам, она ощущала на себе их полные отчаяния взгляды, и словно десять тысяч стрел пронзили ее сердце. Знакомое чувство. То же самое она чувствовала в последние мгновения своей короткой карьеры Держателя Меча, а позже — в Австралии, когда Томоко провозгласила план уничтожения человеческой расы. Это мучение было хуже смерти.
Кабина челнока была просторной, восемнадцать кресел располагались в ней двумя рядами. Поскольку салон вытянулся вертикально, словно колодец, каждому пришлось взбираться к своему сиденью по лесенке с перекладинами. У Чэн Синь возникло то же впечатление, что и в сферической шлюпке, в которой она летела на свидание с Тяньмином: корабль показался ей пустой скорлупой без двигателя или систем контроля. Вспомнились ракеты на химическом топливе времен Общей Эры, высоченные, как небоскребы, а полезного груза — лишь крохотный отсек у самого носа…
Панели управления отсутствовали; в воздухе плавало только несколько информационных окон. Искусственный интеллект челнока распознал АА. Как только та вошла в кабину, окна собрались вокруг нее и плавали следом, пока она перебиралась от кресла к креслу, затягивая ремни безопасности на детях и Чэн Синь.
— И не смотри на меня так! — прошипела ей АА. — Я дала им шанс. Чтобы выжить, надо бороться!
— Тетя, а они там, на поверхности, умрут? — спросил мальчик.
— Мы все умрем. Вопрос только когда. — АА уселась рядом с Чэн Синь. Не пристегиваясь, она продолжала всматриваться в инфоокна. — Черт. Мы тридцатые в очереди на старт.
Космопорт был оснащен восемью стартовыми площадками. После каждого пуска платформе требовалось десять минут на остывание и смену воды в бассейне охлаждения.
Ожидание, в общем-то, не было для них вопросом жизни или смерти. Полет на Юпитер займет месяц. Если удар «темного леса» последует раньше, то какая разница, где они — на Земле или в космосе. Вот только возникла новая проблема: чем дольше они ждали, тем больше возрастала вероятность, что они не взлетят вообще.
Человечество провалилось в глубины ада. Движимые инстинктом самосохранения, жители города — более десяти миллионов человек — кинулись к космопорту. Челноки, подобно пассажирским самолетам былого, за короткий промежуток времени могли забрать только небольшое количество людей. Собственный космический корабль был всё равно что частный самолет в Общую Эру — недостижимая мечта для большинства населения. Даже используя космический лифт, в течение недели подняться на околоземную орбиту могло не больше одного процента землян. И лишь одна десятая этого процента сумела бы добраться до Юпитера.
В челноке отсутствовали иллюминаторы, но инфоокна показывали происходящее снаружи. Чэн Синь видела, как безумная толпа наводняет космодром. Люди толпятся вокруг челноков, кричат, воздев кулаки, пытаются пролезть внутрь… Некоторые автомобили, приземлившиеся за пределами космопорта, снова взмывают вверх. Все они пусты, хозяева управляют ими дистанционно в попытке остановить очередные старты. В воздухе собирается всё больше летающих машин, и вот они уже образуют темное плотное облако над стартовыми площадками. Скоро уже ни один корабль не сможет взлететь.
Чэн Синь уменьшила инфоокно и повернулась в кресле, чтобы успокоить сидящих сзади детей. И тут раздался крик АА. Чэн Синь повернулась обратно и увидела, что одно из окон расширилось на всю кабину. Оно показывало страшное: ослепительный огненный шар запылал среди леса челноков.