Мой ласковый и нежный зверь (СИ), стр. 33

- На полоски разделаю, как увижу. Ешь. Кусочек за меня, кусочек за меня, кусочек за меня.

Печень закончилась, Ян сыто икнул и принялся облизывать испачканные пальцы Андрея.

- Спи, котище. Регенерируй.

- Меня привязать пообещали, если я попробую раньше следующей среды отсюда сбежать. А я уже почти хорошо себя чувствую. Думаешь, мне бы кто раньше так долго отлеживаться дал?

- А сейчас дают. Наслаждайся. Балдей.

- Без тебя не могу, мне тут тоскливо, хоть вой.

Андрей погладил его по волосам:

- Я тебя домой заберу.

Улин потерся о его ладонь щекой, но организм был явно против его дальнейшего бодрствования. Глаза закрывались сами собой, он только и успел - сжать пальцы на запястье любимого вампира и прошептать:

- Не уходи…

Андрей уселся поуютней на краю койки. Ну как тут вообще уйти можно? Как не полюбоваться на эту невинную пацанячью мордочку, на эти ушки тушканьи, на ресницы веерами? А еще хвостик из-под одеяла торчит, ну, нежность и умиление же! Андрей поцеловал этот торчащий хвост. Улин тихо вздохнул во сне, пригреб его ладонь под щеку. Андрей улегся головой на койку. Он бы так и уснул, но пришла медсестра, забирать тарелку, растолкала и посоветовала ехать домой, отсыпаться. Все равно, мол, никуда пациент не денется, ему еще выздоравливать и выздоравливать, пока врач не уверится, что все швы затянулись, как надо.

- Я его не оставлю, я обещал.

Медсестра ушла, через несколько минут в палату вкатили кушетку, выдали вампиру подушку и одеяло. Клиника нелюдей, видимо, еще и не таких посетителей видала, здесь ко всему привыкли. Андрей улегся рядом, обнял Яна.

- Все. Я здесь.

В палату заглянула Лэрис, хмыкнула и оставила на тумбочке термос с кровью для подопечного. Андрей перетащил во сне Яна к себе и на себя. Кое-что не могло измениться, даже в больнице. Котище должен лежать на пузе, это аксиома. Иначе спать не получалось. Но теперь все было в порядке.

Как бы Раматх не хотел считать, что со смертью Влада Раускаса вся история закончилась, это было не так. Следовало докопаться до истины, чтобы быть твердо уверенным: больше подобных тварей на вверенной ему территории нет и не будет. Охота кипела и бурлила, кровь сдавали литрами. Казалось бы, не о чем беспокоиться. Сдали, вроде бы, все. Но когда он просмотрел результаты, выяснилось, что не сдали кровь двое. Оба были учениками Влада, и находились сейчас в патруле. Раматх подозревал, что из патруля он их не дождется. Так и вышло. Все, кого он мог сорвать с заданий, были отправлены на розыски.

- Шеф. Достали. Двое раненых, но этих притащили.

Твари были живы, хотя, судя по характеру их ранений, сражались отчаянно. Охотники получили приказ брать живьем, правда, с описанием живучести тварей. И молодняк против оных никто не выставлял, на поиски отправились только матерые ветераны.

- Заприте их в лаборатории. Чтобы не дернулись.

Нужно было допросить тварей. Удостовериться, что они единственные, узнать, откуда пришли. Но это касалось не только Охоты, а и всего паранормального сообщества. Раматх вздохнул и сел на телефон. Следовало пригласить спецов по безопасности от всех групп нелюдей. Их пообещали прислать незамедлительно, уточнили адрес. Если вампиры и горгулы в самом деле прислали своих представителей очень быстро, то драугры тянули до последнего, пока Раматх не рявкнул так, что на том конце связи что-то явно упало и рассыпалось.

- Заставляете подозревать, что все не так с вами чисто, Уйра Веросович!

- Да как вы можете? Все, они у вас.

- Как я могу, как я могу, - рычал, наворачивая круги по кабинету, гиперборей. Он прекрасно помнил Влада таким же как Ян, только не было в юном тогда еще подмастерье ни Яновой наивности, ни чистоты. Влад всегда был немного угрюм и себе на уме. Сказывалась нечистая кровь. В роду Раускаса были драугры. Давно, но отпечаток это оставило.

- Шеф, все в сборе, ждем лишь вас.

- Иду.

В лаборатории было людно. Делегаты от вампиров, княжна Лэрис и профессор Измайлова, директор клиники медицины катастроф, стояли у панорамного окна, рассматривая тварей, что-то обсуждали ментально. Драугры, целых четверо, удивительно похожие между собой, как братья, являли практически эталонную иллюстрацию к обозначению “братки из девяностых”. Лысые черепа, головы, растущие словно из плеч, без шеи, яркие пиджаки, золотые цепи, на которых можно спокойно повесить якорь для небольшой яхточки, узкие щелки умных и злых глаз.

- Это уму непостижимо, такие экземпляры, - Измайлова облизывалась.

- Эти экземпляры опасны, давайте, не будем забывать, - одернула ее Лэрис. К ним подошел коллега вампирши, высокий и весьма симпатичный горгул, пожал руку Лэрис, взглянул на тварей.

- Я бы предпочел, чтобы Охотники их уничтожили.

Все взглянули на Раматха.

- Несомненно. Но сначала я бы хотел их допросить, - шеф остановился у стекла, кивнул на тварей: - Методы допроса Охоты на них не действуют, болевые рецепторы то ли отсутствуют, то ли имеют очень низкую чувствительность.

- И как вы будете действовать в этом случае?

- Вообще-то, я собирался предложить это вам. Возможно, есть что-то, чего мы не знаем.

Профессор Измайлова азартно потерла руки:

- Сейчас мы все узнаем, не волнуйтесь.

Громовержец только сделал приглашающий жест, не говоря ни слова. Его парни следили, чтобы твари не вырвались, остальное было в руках приглашенных спецов.

Твари горько пожалели, наверное, что не сдохли на месте - ученые их вертели, исследовали. В ход шли все инструменты: медицинские, подручные и чуть ли не пыточные. Горгул и вампирша поочередно задавали вопросы, без эмоций глядя на то, как методично разделывают одну из тварей, отделяя не такую уж и крепкую кожу от тела.

- Какова ваша численность?

Твари шипели, ворчали, звуки даже порой складывались в осмысленный мат.

- Сколько вас еще? Откуда вы пришли? Где настоящие Охотники?

- Вам все равно никогда не узнать!

- Ага, значит, говорить они все же могут. Что вы там сделали, госпожа Измайлова?

- Кажется, кое-что я нашла, - врач аккуратно подцепила пинцетом тонкое волоконце, оплетающее скользкие бурые внутренности, не похожие ни на один орган.

- Отвали-и-и-и-и!

- Интересно, это нервное волокно или что-то иное? - Валерия Владимировна спокойно продолжила распутывать ветвящуюся нить, не обращая внимания на то, что подопытный дергается и кричит.

Лэрис вцепилась во второго с теми же намерениями.

- Я скажу, скажу-у-у, не трогайте!

- О, профессор, гляньте сюда. Это… это яйца? Или зародыши.

- Оно беременное?

- Похоже, что так. А ваше?

Врач взмахнула скальпелем, вскрывая брюшину, ассистенты немедленно растянули разрез зажимами.

- И это тоже. Как жаль, что пропал первый экземпляр.

- Если это зародыши, значит, где-то, возможно, осталась кладка…

- Оставьте моих детей в покое!

- Удивительно, оно имитирует экстерьер самца, являясь самкой. Мне нужно изучить зародыш, дайте кювету.

- Я так подозреваю, что тварь-Влад была все же самцом, Валерия Владимировна. Взгляните, этих волокон больше всего в брюшной полости. Это питающие сосуды или все же нервы?

Тварь бессильно зарычала.

- Вот этот эмбрион кажется наиболее развитым.

- Осторожнее, он шевелится!

Лэрис свернула шею неожиданно вылупившемуся из плотной кожистой пленки детенышу. Тварь завизжала так, что трещинами пошла лабораторная посуда.

- Мне это напоминает фильм “Чужой”, - Измайлова передернулась, глядя на вяло дрыгающееся тельце, больше всего похожее на головастика с лапками и хвостом. И с плоской, как присоска, головой.

- Они убили моего малыша!

- Я убью их всех, по одному, если вы не будете отвечать на вопросы. Итак, сколько вас?

- Трое… Моя детка… Моя де-е-е-етка…

- Трое с Владом или трое еще живых?

- Трое. Нас трое-е-е!

- Профессор, достаньте мне еще один зародыш, а то что-то наши гости не горят желанием сотрудничать, - усмехнулась вампирша.