Ошибки перевода и их последствия (СИ), стр. 53

— Ну, служебное же помещение. Ладно, веди нас, Сусанин, веди нас, герой.

Риан скользнул вперед. Коридор был достаточно просторным, чтобы свободно могли разминуться двое слуг с подносами, гружеными едой.

— Иногда телепортироваться не получается — блок поставлен или времени нет. Тогда проще добежать коридорами. Они тут прямые, пронизывают весь дворец, так что не будем плутать галереями и раскланиваться с аристократией.

— Ага. Слушай, я вот смотрю на Повелителя — он такой… ну, нормальный, в общем. Как ты или Беран, или Даэл. И наставник — когда никто не видит — тоже. А леди Латария и князь — воплощенный Аристократизм. Почему так?

— У вампиров все очень серьезно подчиняется этому — аристократия, чистота высокородной крови и прочее. Они традиционалисты.

— Тут тоже много таких. Я с наставником шел в учебный зал — смотрели, как на мошку какую-то. С одной стороны — и слава Богу, что им до меня дела нет, с другой — обидно немножко, ну, человек я, ничем не примечательный, зачем же презрением обливать так сразу?

— Тут все-таки с этим немного легче. Я простой воин, но тебе никто ничего не скажет. А у вампиров меня бы к тебе и близко не подпустили, тебе по рангу в сопровождение полагаются сотники, и то не все, а самые родовитые.

— И такие же напыщенные? Ужас-ужас! А ты мне сразу понравился. Сначала испугал немножко, я вообще создание трусливое, так то. Но понравился.

Риан смущенно отвел глаза в сторону и что-то пробурчал.

— А вон за тем гобеленом спальня Лира.

— А туда мы не пойде-е-ем, вот еще — за принцами подглядывать! Мне и Повелителя с наставником за глаза хватило. Идем, идем скорее! — и Вит снова потянул его, как ребенок, за руку.

Риан ускорил шаг вслед за ним.

— А там выход в старую часть дворца, где жила Повелительница Андалира.

— Лира в ее честь назвали, да? А как его полное имя-то?

— Андалир. Просто и со вкусом.

— А Повелителя?

— Владыка Серебристого Леса и прилежащих территорий, Повелитель эльфийских земель Андеар Саэрнар эʼГиррелейн.

— Не выговорю, — подвел итог Вит. — Надо же, аж целый Андеар Саэрнар, да еще и эʼГиррелейн!

— Можно просто Повелитель. Или лорд Эрнар.

— А у вас имена что-то значат? У нас — да. Мое — ты только не смейся и не говори никому, ладно? — значит «лесной владыка».

Риан издал короткий смешок.

— Занятно. Мое означает просто «звенящая трава».

— Потому что гладиолус, — опять совершенно непонятно для него пробормотал Вит. — А на латыни «Вита» — «жизнь». Вот.

— Тебе это больше идет. Ты ведь даруешь жизнь всему, что видишь.

— А чего не вижу — то ощупываю и тоже… того.

— И тоже возрождаешь, — согласился Риан. — Мы пришли, вот и выход прямо в сад. Тут лестница есть на крышу.

— Ух ты! Мы на крышу полезем? Здорово! Я у праба в деревне иногда лазил. Когда маленький был. Тоже ночами — на звезды смотреть. В деревне небо чистое-чистое, когда облаков нет, и звезды — как горох просыпанный, крупные и яркие-яркие. И Млечный путь видно.

— Небо лучше всего видно именно с крыши.

Они поднялись наверх, а потом долго сидели на еще не остывшей черепице, обнявшись, любовались всполохами и переливами магии в воздухе над городом.

— Это как северное сияние — Aurora Borealis. Краси-и-иво, — протянул Вит и приподнялся, тронул губами губы Риана.

Тот с радостью принял поцелуй. Это показалось романтичным — целоваться, сидя под цветными полотнами и искрами небосвода. Никогда о таком не задумывался — и на тебе… Романтика. Хотя рядом с Витом он менялся, заметил уже — менялся даже образ мыслей, во всем виделось что-то хорошее и светлое. Вит, мальчишка-наг, был словно катализатор положительных реакций.

— Теперь мы точно уснем крепко, — решил Риан.

Вит в подтверждение душераздирающе зевнул и потер глаза.

— Ага-а-а. Идем? А когда выходной?

— Послезавтра, а что, уже не терпится?

— Посмотрим дом. И еще… Познакомишь, наконец, с братом.

— Леденец будешь?

Вит сонно захихикал: последние пару сотен шагов Риан тащил его, спотыкающегося, на руках:

— У тебя в броне тоже карманы есть? Завтра, сокровище мое, ладно? На ночь сладкое жрать вредно.

— Хорошо. Тебя раздеть перед укладыванием спать?

— И самому раздеться. Или ты в ночнушке спать привык?

— В броне. Но, думаю, нападать не будут.

— Раздевайся, жених, дома в броне спать не дам, привыкай.

Риан разделся догола.

— Так нормально?

— Еще как. Я, вроде, не пинаюсь ночью. Ложись, — Вит вытянулся на чистых простынях, но ненадолго: спать ровно он вообще не умел, выворачивался в любимую позу, стоило только разуму потерять контроль за телом, засыпая. Риан еще немного полюбовался им, потом заснул и сам.

Комментарий к Глава двенадцатая

Вот вам, драгоценные, еще 15 страничек радости, счастья, секса и интриг, а Котик отбывает на очередную 4-дневную каторгу. Боюсь, времени редактировать и писать у меня не будет совсем, надо же и спать когда-нибудь? Поэтому до новой встречи 5 ноября.

Искренне ваш, Кот

========== Глава тринадцатая ==========

С утра гвардеец поднялся с зарей, быстро умылся, влез в форму и помчался на конюшню, выезжать Арис.

— Знаешь, красотка, что тебя сегодня будут лечить?

Единорожица ехидно оскалилась: кто, мол, такой смелый?

— Лечить тебя будет Вит. И это больно, предупреждаю сразу…

Арис пофыркала, словно раздумывая, тряхнула коротко обрезанной до жесткой щетки гривой. Потом кивнула.

— Зато ты сможешь жрать все цветы и чавкать некультурно, но с удовольствием.

Единорожица скептически покосилась на него недобрым синим глазом.

— А еще мы сможем разговаривать, сестренка. Сможешь мне высказать все, что у тебя накопилось за годы молчания.

Она явно не поверила, заржала, мол, ты столько кровных денежек потратил, приводя всяко-разных лекарей, а мальчишка возьмет и вылечит?

— Он сможет, — Риан потрепал ее по шее. — А теперь возвращаемся, мне еще своих парней гонять.

На конюшнях он нос к носу едва не столкнулся с Повелителем, выводящим сразу двух единорогов: игреневого Лейа и своего Эрея. Оба рогача выглядели взаимно недовольными, а Эрнар ржал, как объевшийся пьяных ягод единорог.

— Доброе утро, Повелитель. Что-то случилось? Они поссорились?

— Доброе, доброе. Поссорились? Эти двое ругаются до сих пор! И, кажется, не собираются прекращать. Мне уже можно ревновать тебя к Избранному, Эрей?

Черный единорог надменно фыркнул и задрал морду, показывая, что Повелитель говорит какую-то ерунду. Риан ухмыльнулся: порой ему казалось, что Эрей взял над Витом своеобразное шефство с того самого момента, как мальчишку увидел. Как и его побратим.

— Хорошего вам дня, — пожелал Риан и повел Арис в ее стойло. — Ладно, сестренка, готовься к лечению.

Единорожица как-то тревожно всхрапнула и потянулась к яслям со свежими молодыми еловыми веточками — наверное, заедать будущий стресс. Риан поспешил в казармы, погонять свою десятку по площадке и морально подготовиться к вечернему балу и погоне за гостьями. Вряд ли его солнышко сегодня будет помогать: если вылечит Арис, будет, скорее всего, отсыпаться в уютной кровати. А завтра… Завтра они выйдут в город, чтобы познакомиться с Кленаром и поискать себе симпатичный дом где-нибудь на окраине, чтобы был садик и место под травы и цветы.

Вит проснулся, слегка огорчился от того, что Риана рядом не оказалось, однако здраво рассудил, что у того есть свои обязанности, да и подчиненных тоже оставлять в одиночестве не следует.

— Ох, рано встает охрана, — пробормотал он и побрел купаться.

К возвращению Вита на стол уже успели накрыть сытный завтрак. А к концу завтрака явился Аэлис, чтобы проводить его в зал для занятий — лорд Тэр справедливо рассудил, что в переходах и галереях Вит сам заблудится.

— Я, помнится, обещал тебе и сестре туники раскрасить, — Вит улыбнулся и тут же исполнил обещание.