Сапфир (СИ), стр. 14
— На этом?
— Это прекрасно подойдет.
— Но у меня ни шлема, ни… брюк.
Ему уже начинал нравиться этот забавный розовый оттенок на ее щеках.
— Шлемы в Ла-файе не нужны, если не превышать при езде определенную скорость, а ваша юбка вполне позволит…
«…раздвинуть ноги».
Предложение он не закончил, но Лана довершила его за него и взглянула укоризненно.
Марио мысленно дернул себя за язык.
— Я… Черт. Простите. Просто, когда вы позвонили, я вывел из гаража первое, что попалось под руку.
В ее глазах вновь запрыгали чертики.
— А что было бы вторым?
— Белый кабриолет. Довольно широкий и потому не очень удобный, когда нужно много обгонять.
— А третьим?
Допрос, по-видимому, продолжался.
— Внедорожник. Я использую его, когда выезжаю за пределы города.
— А четвертым?
— Четвертого нет.
О стоящих на западном пирсе двух яхтах он упомянуть «забыл», как и о паре гидроциклов, — не суть.
— Едем?
Выражение лица Ланы в момент осмотра хромированного коня нужно было снимать на камеру, но девчонка — а стальной стержень в ней все-таки присутствовал — кивнула.
— Хорошо. За что мне держаться?
— За меня.
Взгляд глаза в глаза, и через секунду мелькнувший в женских вызов — мол, сами предложили.
Гулко завелся хриплый мотор, перелетела через сиденье нога в джинсах; аккуратно примостилась позади водителя невесомая Лана. Положила руки ему на бока.
— Теснее.
— Что?
— Обнимите меня теснее.
— Тогда я смогу пальцами прощупать кубики на вашем прессе. Если они там есть.
— Есть. Можете их сосчитать, пока будем ехать.
Нет, их диалоги однозначно выходили «с подтекстом».
Когда мотоцикл вырулил от тротуара и влился в общий поток, Мо не сразу понял, что именно ощущается не так, — лицо. Его лицо. Он улыбался, дивился самому себе и знал наверняка, что пассажирка за его спиной улыбается тоже.
— Итак, какие у нас дальнейшие планы?
Кафе они выбрали под навесом поодаль от центральной улицы — плетеные стулья с подушками, бежевые скатерти, густо увитая плющом, отделяющая от улицы перегородка. Расположились. Папки меню были не пластиковыми, а кожаными, и один этот факт уже подсказал Лане, что низких цен ждать не стоит, — придется выбрать «салатик».
— Сейчас поедим и поедем ко мне, — буднично сообщил Марио. — Там, на месте, будем разбираться, что именно от вас требуется. У меня уже все готово.
Ей почему-то моментально привиделась расправленная постель — глупая мысль, но именно она скользнула первой.
— Может, лучше у меня?
— Что? — собеседник вдруг рассмотрел выражение ее лица, и впервые на ее памяти его губы расплылись в стороны. — Вы до сих пор меня опасаетесь?
— Ну, я забыла спросить, не маньяк ли вы. Да и вообще, вы могли бы просто выдать мне «реквизит», а работать с ним я могла бы у себя.
— А кто бы в этом случае кидал в вас горшками?
Логично. Не парней же с пляжа звать — «эй, ребята, бросьте в меня чем-нибудь тяжелым».
— Плюс я должен знать, как идет процесс. Я хотел бы, чтобы вы описывали мне свои ощущения, а я буду корректировать их, подсказывать. Все-таки о действии раствора мне на данный момент известно больше.
Лана нахмурилась.
— Хорошо. Но сегодня вечером мне нужно быть дома — чем раньше, тем лучше. Видите ли, третий день… Если я не выберу курс и не запишусь на него, то он более не будет считаться оплаченным, и тогда…
Бархатной походкой подплыл к столику официант, завис с вопросительным выражением на лице, но Марио, не замечая его, вдруг сделался серьезным, подался вперед и сообщил:
— Не беспокойтесь о курсе, хорошо? Пусть «горит». Я потом оплачу вам любой, на выбор.
— Это…
— Нет, это не будет входить в ту сумму, которую я собираюсь выдать за помощь. Бонус сверху. Чтобы вас на данный момент ничего не отвлекало.
Он не спросил — уведомил. И Лана вдруг испытала колоссальное облегчение от того, что этим вечером ей не придется шерудить газеты, судорожно определяться с профессией и пытаться запрыгнуть в последний вагон отходящего поезда.
Но… дорого. Может, попытаться переубедить? Однако если предложил сам, значит, есть и резон, и возможность. Она примет.
— Спасибо…
Ее шепота никто не услышал. Официант уже принимал заказ, а Марио диктовал блюда без запинки — «все в двойном количестве, да, на двоих…».
И здесь не пришлось выбирать. Этот мужчина определенно начинал ей нравиться. Как только официант отчалил, Лана приподняла тонкую бровь:
— А что, если бы я предпочла что-нибудь другое?
— У вас еще будет шанс, — отмахнулись легко. — Только сначала попробуйте блюда от местного шеф-повара — это моя личная просьба. Вдруг вам понравится?
Какое-то время они смотрели друг на друга с замершим в глазах любопытством и весельем, после чего Марио изрек:
— И нет, я не маньяк, Лана. Если так будет проще, вообще не воспринимайте меня мужчиной, а я, в свою очередь, не сделаю ничего такого, чтобы в моем присутствии вы почувствовали себя дискомфортно, договорились?
«Не воспринимайте меня мужчиной».
Сложно.
Пока готовили заказ и пока ее спутник разговаривал с кем-то по телефону, Лана думала о том, что едва ли теперь забудет о том, что Марио — мужчина. Уж точно не после поездки на мотоцикле, во время которой ее пальцы все-таки пробежались по каменному прессу. Конечно же, не специально — просто светофоры, просто покачивание взад-вперед тел, — но этих моментов с лихвой хватило, чтобы понять: кубики там есть. А еще он пах — Марио. Умопомрачительно. Не то лосьоном, не то парфюмом, и, пока неслись мимо улицы и пляжи, ей не единожды хотелось уткнуться носом в широкую спину и вдыхать, вдыхать, вдыхать… Совершенно неуместное желание. Вероятно, в прошлом подобного не случалось, так как смущение при этом зашкаливало. В общем, совет «не воспринимайте меня мужчиной» более серьезно не рассматривался. Как следовать ему, когда перед тобой сидит живой горячий человек из мышц, сверкает темными глазами, играет, как океан бликами, неуловимой улыбкой и заказывает блюда «на двоих»? Резкие чувственные губы, нос с едва заметной горбинкой, спадающие на лоб пряди завивающейся челки, широкие брови, щетина. Наверное, сегодня неестественно жарко из-за погоды, и почему-то совсем не вовремя стих ветер…
Когда официант появился вновь — а вместе с ним и тарелки, — Лана оборвала ушедший в сторону процесс мышления — «они просто работают вместе. Секундная дурь. Зашкалило» — и тряхнула головой. Все, собралась. Флирт на работе — это непрофессионально.
Взялись за вилки.
Стартер из моллюсков под соусом имел тонкий изысканный шлейф моря, лайма и перца, и с минуту за столом царило молчание: звон вилок о фарфор, шорох салфеток, поскрипывание стульев.
— Нравится?
— Очень.
— Кстати, могу я попросить вас называть меня Мо?
— Почему?
— Потому что имя Марио мне не по вкусу.
От удивления Лана забыла про еду.
— Не по вкусу? Но ведь очень красивое имя.
— Мне так не кажется.
— А как вам кажется?
— Мне кажется, что этим именем нужно называть жиголо. Сладкоголосых лживых ребят, увивающихся за состоятельными дамами и живущих за их счет.
— Вы сумасшедший? Мне кажется, что Марио — это как океан. Осколки зеркал, солнечные блики, лето. Терпкий вкус винограда, хрусталь бокала с вином, южный ветер, элегантность и бесконечная свобода.
От последнего слова собеседник почему-то нахмурился, на неуловимый момент потемнел лицом. Кажется, Лану занесло.
— Простите, Мо — так Мо, — пауза. — А почему, собственно, «Мо»?
— Это первая и последняя буквы от Марио.
— А Марио точно нельзя?
На мужском лице вновь возникла тень улыбки — чуть удивленной и укоризненной.
— Южный ветер? Виноград? Ладно, называйте. И, наверное, нам стоит перейти на «ты». Все-таки две недели работать бок о бок, встречаться, проводить время. Согласны?