Искусник. Испытание на прочность, стр. 43

— Знаю. — Взгляд лучника мгновенно стал очень сосредоточенным и суровым. — Давайте ваши амулеты. Всем лишним лучше уйти подальше, а мне неплохо бы сначала бросить туда кусок свежего мяса, они сразу все отзовутся.

— Мясо сейчас принесут, — пообещал вернувшийся Зинерс, высыпая в руки Инка горсть украшений с огненными заклинаниями, нашедшихся в их с Гаратом карманах.

Вручил так запросто, как никто и ничего Инку раньше не давал, и искусник невольно спрятал растерянный взгляд. Не успел он еще привыкнуть к такому безоговорочному доверию и еще слегка смущался, зато в душе все крепла уверенность в верности сделанного две декады назад выбора. Он на самом деле нашел своих, и больше не нужно никуда бежать и ни от кого скрываться.

— Спасибо, — выдохнул искусник и твердо приказал: — А теперь уходите подальше.

Мастера помедлили всего секунду, затем неспешно пошли прочь, и Инквар знал, достаточно одного слова — и они тут же примчатся назад.

— Вам с Ленсом тоже лучше бы отойти, — предупредил Дайг, выбрав наконец оружие среди висевшего на спине и поясе арсенала.

— Мы будем помогать, — отказался Инквар и, подавая другу флакончик, пояснил: — Это зелье силы. Лизни одну каплю, если не достанешь с первого раза.

— Понятно, — кивнул лучник, закладывая в пращу простой камушек, и вдруг глянул прямо и требовательно: — А я тоже замру на месте, если ты прикажешь?

— Все остановятся, — нехотя признался Инк. — Кроме самых старших мастеров. Но если нужно будет, я и их остановлю. Ты же не послал бы в разведку тех, кто хуже тебя самого умеет прятаться и бегать?

— А предупредить заранее мог?

— Ну вот сейчас я тебя предупреждаю, что от этого изменилось? — устало вздохнул Инквар, прислушался и сообщил: — Сюда бегут.

Дайг понимающе усмехнулся и снова занялся приготовлениями, а из прохода вскоре выскочили Гарат и Кержан. Искусник тащил мешок, а вожак нес на руках худого босоногого мужчину, одетого в новенькую белую рубаху и такие же штаны. «Видимо, забрал прямо из постели», — сообразил Инк.

— Юдган, подожди, — негромко окликнул, приближаясь, Гарат, и это имя было предупреждением скорее для Дайга и Ленса, чем для Кержана.

«Зря он считает их способными проговориться», — еще усмехался про себя искусник, а в душе уже крепло понимание, кого именно они сюда притащили. Того самого искусника, который делал ловушки, больше некого.

— Это Дерон, — подтвердил его догадку Гарат. — Он хочет помочь.

— Нужно было ему кресло принести, — выдал Инквар первую пришедшую в голову мысль, рассматривая худое, как у тяжелобольного, тело.

— Сегодня я ему и кресло и лошадь, — спокойно заявил Кержан. — Травницы мастера всего на пять минут отпустили.

— Я сейчас дам ему своих зелий, — доставая кошель с флакончиками, пообещал Инквар и мягко улыбнулся бледному, полуседому мужчине с молодым, исчерченным шрамами лицом и больными глазами: — Так где здесь лаборатория?

— Нужно пройти немного дальше, — попытался объяснить Дерон слабым голосом, но Инквар решительно отверг это предложение:

— Нет, дальше отсюда никто не сделает и шагу. Этот гад знает слишком много наших секретов и умеет тоже немало. Не может быть, чтобы он не устроил еще нескольких ловушек.

— А допросить его нельзя? — нахмурился Кержан.

— Есть особое зелья забвения, человек забывает лишь то, чем занимался в последний день, — пояснил Гарат. — В таком случае разговаривать с ним бесполезно. Для себя такие хитрецы оставляют записку в надежном месте или у преданного друга. Но чтобы это проверить, придется потратить много времени, поэтому Юдган прав, не стоит туда соваться.

— А когда вернемся, возьмешь у травниц зелья от бешенства. Я усилю, и напоите всех до единого, — заявил Инквар, подавая Дерону крошечный флакончик. — Вот зелье регенерации, достаточно одной капли на полстакана. Выпей несколько раз, ну ты и сам, я думаю, знаешь.

— Рисуйте план, — решительно глянул лучник и не сдержался, предупредил еще раз: — И отойдите, бешеные звери от огня становятся намного мощнее.

Через несколько минут он легко, как белка, карабкался на полуразрушенную водокачку, а Инк следил за ловкими движениями друга и прикидывал, хватит ли у них с Ленсом сил, чтобы выжечь заразу за один заход, или придется приходить еще. И по всему выходило — нужно попытаться сделать все, чтобы расправиться с этой задачкой сейчас, завтра будут новые проблемы, и нельзя забывать про Минса и железного барона, которому доложат о каждом его шаге.

Первым делом Дайг зашвырнул пращой несколько кусков мяса, и вскоре все расслышали вой и яростное урчание, доносящееся из руин.

— Собак жалко, — тихонько вздохнул Ленс.

— Не нужно жалеть, — неожиданно жестко предупредил резко помрачневший Дерон. — Это плохие собаки. Фужинт натравливал их на людей… и самых свирепых я сам уже отравил.

— В нем было хоть что-нибудь человеческое? — с ненавистью рыкнул Кержан и услышал категоричный ответ:

— Нет. Он самый подлый, жадный и жестокий из всех здешних ночных баронов, так они себя зовут. У них ведь у каждого есть где-то под Азгором богатые дома, охрана, женщины и даже дети, сюда приезжают раз в несколько дней под личиной. Прикидываются путниками, покупают места в идущих сюда обозах, а где-то на подходе к крепости, если обоз богатый или в нем есть искусники, подают сигнал своим людям. Я сам так к нему попал.

— Честные вожаки дальше Азгора обозы не водят уже лет пять, — хмуро буркнул Кержан. — После того как начались эти нападения.

— Но не всем путникам рассказывают об этом в начале путешествия, — еле слышно произнес сидевший у него на руках мужчина, и вожак сжался, как от удара.

— Он не хотел тебя обидеть, — на миг оглянувшись, сочувственно глянул на богатыря Ленс.

— Он может и обижать, — мрачно выдавил Кержан. — Ему я все прощу. Я много сделал в жизни ошибок и часто шел не той тропой. Но однажды она привела меня в маленькую деревушку, где погиб мой друг, и теперь я ни о чем не жалею. Видимо, как раз туда и вели меня боги.

— А сейчас они уведут тебя к травницам, там ты сдашь больного и объяснишь женщинам, зачем нужен котел для отваров и чистые флаконы, — внешне равнодушно буркнул Инквар, не оборачиваясь, чтобы никто не заметил тоски в его взгляде.

В последние дни во снах ему все чаще виделась Лил, сверкала озлобленным взглядом из-под рыжих лохм, махала черными вороньими крыльями, и каждое упоминание о ней острым дротиком вонзалось в сердце искусника. В благородство и сочувствие Корди он и раньше никогда не верил, а теперь точно знал — о таких чувствах железный барон даже представления не имеет.

Где-то впереди злобно рычали дерущиеся из-за мяса псы. Как объяснил Дерон, в крыше постройки, где запер собак главарь, была дыра, и больных животных кормили только через нее. Дайг умудрился попасть туда несколько раз, и не только мясом. А теперь методично разбрасывал вокруг псарни, лаборатории и лохани, где мыли искусника, выданные ему амулеты.

— Зажигай! — закричал он наконец. — А я посмотрю, может, еще куда бросить в промежутках.

— Бросай так, — не согласился Инквар, готовясь разом добавить силы всем сиявшим перед ним огонькам. — И сразу слезай.

— Иначе заставишь? — едва слышно буркнул упрямый лучник, точно зная, что друг его непременно услышит.

В ответ Инквар молча усмехнулся — пусть обижается сколько угодно. Шутить такими вещами и подставлять друзей под удары он не станет никогда.

Дайг соскользнул с башни через пару минут, отряхнул ладони и встал рядом с Инком, дерзко щуря глаза.

— Уходи, — мягко улыбнулся ему немолодой клоун, в которого снова превратился едва не потерянный друг, и вдруг подмигнул знакомо и хитро: — И не спорь сейчас, ладно?

— Когда я спорил? — для виду насупился Дайг, но, заметив, как ожидающе посматривает на него замерший неподалеку Гарат, нехотя побрел следом за ним.

Лучник успел отойти на полсотни шагов, как вдруг на руинах перед ним заиграли отсветы бушующего позади пламени, и в спину ударил жар близкого огня. Дайг неверяще оглянулся и тотчас прищурился, спасая глаза от бьющего в лицо неистового света. И тут же дернулся назад, бежать искать в этом чудовищном горниле сумасшедшего друга и его не менее безумного ученика.