Темный договор. Опасные решения (СИ), стр. 37

— Сама ты бес! — обиженно пропищала нечисть. — Я демон! Чистокровный.

— Разговаривает! — умилилась я, жадно изучая пленника банки.

Демонёнок был размером с хорошую крысу, имел кожу насыщенно-тёмного синего цвета, даже с лёгким фиолетовым отливом, синюю же шерсть, растрёпанную копну рыжих волос, длинные, острые, как иглы, зубы и огромные янтарные глаза. Крылья тоже были голубоватого оттенка, как и кожа.

— Сама ты голубоватого оттенка, — возмутился тем временем объект изучения, поймав мой взгляд. — Я, между прочим, цвета индиго. И не демонёнок, а полноценный демон!

— Это импиксар, — пояснил мне Айлин. — Низший демон, помесь импа болотного и пикси. От первого — склочный характер и янтарные глаза, от второго — крылья и рыжая шевелюра. Как ты уже заметила, при непосредственном зрительном контакте читает мысли. Умеет плеваться огнём. Кусается. В отличие от импа, плотояден. Хотя отрицательные эмоции тоже любит, они действуют на него опьяняюще. Стая импиксаров обескровливает жертву, а затем обгладывает до костей.

— Поживи в болоте, тоже кусаться начнёшь! — вякнул из банки пленник, возмущённо расправив крылья и упираясь ими в стенки стеклянной тюрьмы. — И вообще, сам ты низший. Нормальный я.

— Распылю, — будничным тоном произнёс князь.

Демон тут же заткнулся и горестно опустил полупрозрачные крылья.

— А тебе в глаза он почему не смотрит и мысли не читает? — заметив, что импиксар избегает встречаться взглядом с Айлином, поинтересовалась я. — Боится?

— В отличие от некоторых, я не только говорящий, но ещё и разумный, — не стерпел демон, встрепенувшись. — И не сошёл с ума, чтобы лезть в мысли к князю и тёмному магу, да ещё такой силы! Узнаю что-нибудь не то, и буду до скончания времён храниться в виде порошка в красивой колбе под крышкой. Мне ещё жить хочется.

Он снова опустил крылья и скорчил такую несчастную физиономию, что я не удержалась от улыбки.

— Чего лыбишься? — тут же возмутился импиксар, справедливо рассудив, что от меня всяко меньше опасности, чем от тёмного мага. — Тебя бы в банку, я бы посмотрел, как бы тебе весело было, визгопряха глазопялковая! — покосился на меня и расплылся в ехидной улыбке: — Аааа, так ты сама княжеская собственность? Ну-ка, что тут у нас? — снова поймал мой взгляд и с напускным негодованием покачал головой: — Сама на шею к нему вешалась, да с поцелуями, тьфу, срамница! Так, а почему до дела не дошло? Аааа, вот оно как, боишься, потому что…

— Слышишь, ты, комар-переросток! — возмутилась я, обрывая болтливого импиксара, вознамерившегося выдать мой маленький секрет: — Зубы поломанными руками собирать не приходилось? Так я мигом устрою, захухря болотная!

Демон замолк на полуслове, выпучив на меня янтарные глаза. Опасливо покосился на князя. Обиделся окончательно, отвернулся от нас и накрылся крыльями, как шалашиком.

— Быстро вы нашли общий язык, — усмехнулся Айлин. — Но хорошего понемножку. Возвращайся в лабораторию, светлая. Не нужно тебе видеть, что будет дальше.

Демон в банке вновь встрепенулся, с ужасом наблюдая, как маг раскладывает на краю стола скальпели, кюретки, небольшие пилы, зажимы, расширители, иглы и прочий медицинский инструментарий, не сулящий подопытному ничего хорошего.

— А может, не надо его убивать? — попросила я.

— Брысь, — коротко ответил Айлин, и меня буквально снесло плотной воздушной волной, протащившей сквозь стену и исчезнувшей лишь у стола с лежавшей на нём гитарой.

— Ну и ладно! — обиженно фыркнула я.

Прошлась по лаборатории, рассматривая стоявшие за стеклянными дверцами баночки с различного цвета порошками и жидкостями. Понаблюдала за всё так же висевшей над проекцией тучей, подставила ладонь под дождь. Настоящий, мокрый и холодный. Вздохнула, снова взяла гитару и, подражая хриплому голосу одного из солистов «Эпохи» Мака Лауда, спела пару песен из их альбома «Молот ведьм».

«За иноверие сжигают на кострах,

Всех, преданно хранящих свой секрет,

И распинают на неправильных крестах

Под рев толпы и лунный свет…» — старательно выводила я.

Не сразу заметила, что уже не одна в помещении. Айлин стоял в полуметре от меня. Оборвала песню на полуслове, отложила гитару, выжидающе взглянула на мужчину. Про судьбу демона на всякий случай решила не спрашивать. А вот мага интересовала совсем другая тема.

— Где ты сегодня ночевала, Алина? — спокойно спросил князь.

— В кровати, — глядя на него честными глазами, заявила я.

— В чьей? — последовал вполне ожидаемый мной вопрос.

— Учитывая, что замок и всё имущество в нём принадлежат тебе, то в твоей, как бы странно это не звучало, — эффектно заявила я.

— Ты знаешь, о чём я спрашиваю! — в голосе мага прозвучали раздражённые нотки.

— А в чём, собственно, дело? — совершенно не желала вдаваться в подробности я.

Мужчина одним рывком сдёрнул меня со стола и припечатал к шкафу.

— Я задал вопрос, — холодно напомнил он.

— А вот не скажу! — уперлась я, чувствуя, как металлическая ручка шкафа больно упирается в бок. — Тебе какая печаль? Где хочу, там и ночую!

Пальцы мага сильно сжали мои плечи. Я еле сдержала вскрик.

— Хочешь по-плохому, будет по-плохому, — спокойно заявил он, впиваясь в меня взглядом.

Чужая воля рвалась в моё сознание, вспыхивая болью в висках. Я пыталась защититься, подсовывая то картинку поляны с ромашками, то уже проверенных баранов. Но они разлетались в клочья через считанные секунды. Отвести взгляд и даже хотя бы моргнуть тоже не удавалось. Боль нарастала, грозя затопить сознание целиком. Казалось, голова сейчас взорвётся.

— Прекрати, — чуть слышно прошептала я непослушными губами, особо не рассчитывая на милосердие.

Боль исчезла. Князь продолжал внимательно смотреть на меня. Я прикрыла глаза, чувствуя, как пульсирует кровь в висках.

— Моё терпение не безгранично, Алина, — раздался его ледяной голос.

— Я была в покоях принца Кристиэля, — неохотно ответила я. — В гостевой спальне. И у нас ничего не было.

— Я об этом не спрашивал, — Айлин наконец отпустил меня, но продолжал стоять опасно близко. — Какого чёрта, светлая?

— А ты никак ревнуешь? — деланно изумилась я.

В следующий миг кулак мага с грохотом впечатался в дверцу шкафа рядом со мной. Я испуганно вздрогнула.

— Следующий удар будет не по шкафу, — сообщил он как бы между прочим.

— Что-то я не припоминаю запрета общаться с князем Кристиэлем! — зло заявила я.

— Никаких запретов не было, — он внезапно потерял ко мне интерес и отошёл к проекции.

Я перевела дыхание, подхватила гитару и направилась к выходу из лаборатории. Дернула за ручку. Та не поддавалась.

— Я не давал тебе разрешения уйти, — судя по голосу, Айлин стоял прямо у меня за спиной.

— Ещё скажи, что виза нужна! — я ещё раз рванула дверь.

Результат оказался вполне предсказуемым, то есть, никаким. Я глубоко вздохнула, аккуратно прислонила гитару к стене и с полуоборота развернулась к князю, выбросив вперёд правую руку. Он легко перехватил её. А левую не успел, получив чувствительный тычок под рёбра. В следующее мгновение я вновь оказалась прижата к стене. Тёмно-фиолетовые глаза полыхнули яростью.

— Ну давай, ударь в ответ, как и грозился! — прошипела я.

— У меня есть идея получше, — князь усмехнулся и провёл ладонью по моей щеке. — Рассказать о ней, светлая?

Я дёрнулась, пытаясь высвободиться из его хватки. Жестокая улыбка не сходила с губ мага. Он провёл тёплыми пальцами по моей шее, по ключице, по границе выреза майки.

— Такая нежная, бархатистая кожа, — негромко произнёс он, продолжая без труда удерживать меня. — И так много скрывающей её одежды.

— Отпусти меня, животное! — истерично взвыла я, трепыхаясь в его руках, словно пойманная в силок птица. — Сгинь!

Он ещё раз погладил меня по щеке и, внезапно отпустив, отступил на шаг. Я глубоко дышала, с ненавистью и страхом смотря на него.

— Ты в моей власти, — ледяным тоном напомнил он.