Обречённая на месть. Дилогия (СИ), стр. 70

Говорить о том, что если Дана разденется, из этого кабинета она выйдет уже не девушкой, боевик не стал. И представлять, как она стягивает с себя одежду, тоже. Хватит того, что с каждым днём ему всё сильнее хочется узнать сладость её губ. Проклятое наваждение и не думало отпускать.

— Я могу написать заявление, что не имею к Айе никаких претензий, — тихо предложила брюнетка и наконец-то посмотрела на него. — Господин Вальтормар, я очень благодарна вам за помощь, но, пожалуйста, накажите Айю без отчисления, если это возможно.

— Думаете, она будет вам благодарна за вмешательство? — Атор шагнул к ней, поставил руки по обе стороны от плеч девушки, заключив её в своеобразную «клетку». — А я считаю, что маркиза возненавидит вас ещё сильнее. Вы уверены, что хотите оставить ядовитую змею с невырванными зубами в опасной близости от себя? Я бы советовал давить без жалости.

— Она просто не умеет общаться, — пробормотала девушка. — И не хотела, чтобы мне сильно досталось… Она сама сказала.

— Моя наивная студентка, — боевик говорил тихо, но отчётливо, — вы правда думаете, что те трое ограничились бы двумя-тремя ударами? Сопротивление распаляет, Лидана, а вы бы наверняка сопротивлялись. И кричали. Отчаянно, бессильно. Когда беззащитная жертва так близко, так открыта, удержаться, чтобы не зайти дальше, чем тебя просили, сложно. Слишком велик соблазн. Мягкое, податливое тело так близко — лишь протяни руку. Испуганный взгляд, быстрое, сбившееся дыхание, слегка приоткрытые губы… Как много вы знаете о соблазнах, Дана? И хотите ли узнать больше?

Последние две фразы он произнёс почти шёпотом, не отрывая от брюнетки взгляда. Девушка вжалась в стену, чувствуя странную неловкость от пребывания почти в объятьях куратора.

— Господин Вальтормар, а вы не могли бы отойти? — попросила она дрогнувшим голосом. — Вы меня пугаете.

Атор бесцеремонно взял её за подбородок, заставляя поднять голову и взглянуть в его глаза. Холодный янтарь завораживал.

— Меня вы, значит, боитесь, а госпожу Делавент — нет, — усмехнулся он. — Хотя именно она строит вам козни. Знаете, Лидана, пожалуй, я мог бы пойти вам навстречу и предложить вашей соседке другое наказание, не ставя в известность о её поступке Бриана Лорио. Если она согласится, так и быть, пусть остаётся.

— И что вы за это потребуете? — почти прошептала девушка.

— Будете мне должны, — боевик наконец отпустил её и вернулся за стол. — Хотя лично вам опасно оказываться у меня в должниках: расплату я предпочту получить вполне определённым способом.

— Я вас не понимаю, — нахмурилась Лидана.

— Ваше счастье, — Атор скрестил руки на груди. — Вы сами себя наказываете тем, что оставляете врага за спиной, куда уж больше. Это демонски неосмотрительно, Дана.

— Я знаю, — девушка снова опустила голову. — Но иначе не могу. Понимаете, если Айю отчислят, отец отправит её в закрытый пансионат… До полного совершеннолетия.

— И что? — не проникся боевик. — За свои поступки надо отвечать, а не рассчитывать на чужую жалость. Жизнь и проблемы Айи — не ваша забота.

— Я знаю, — Дана сцепила руки, всё так же изучая пол. — Она мне никто, и она бы за меня не заступилась, и она ни на секунду не задумалась о том, что со мной будет. Я всё это себе уже говорила. И от вас услышала подтверждение. Но господин Вальтормар… — вспомнив предупреждение Мирта, попыталась исправиться: — Атор… господин Атор…

Смутилась, запуталась окончательно и умолкла.

— Так господин Вальтормар, господин Атор или просто Атор? — усмехнулся мужчина. — С кем из этих троих вы сейчас хотите разговаривать?

— Господин куратор… — Дана мучительно покраснела.

— Нет уж, вариант «господин куратор» мы сейчас не рассматриваем, — перебил её хаосит. — Выбирайте из трёх озвученных.

— Господин Атор, — решилась девушка.

— Замечательно, — подбодрил мужчина. — Так ко мне и обращайтесь. О чём вы хотели мне поведать, Лидана?

Он произнёс её имя так, что у девушки мурашки по спине побежали.

— О том, что мне хотелось бы плюнуть на будущую тяжёлую судьбу Айи и оставить её саму разгребать последствия её же гадостей, но я не могу так поступить, — призналась Лидана. — Понимаю, что вы не обязаны меня выслушивать и тем более, действительно проявлять снисхождение к Айе, но не попытаться я не могла.

— Выслушивать, к своему великому сожалению, я как раз обязан, — возразил Атор. — Как куратор группы. К тому же вы — лицо, пострадавшее от нападения. По крайней мере, морально. Понимаю, что толкнуло вас прийти ко мне, но обязан предупредить: вам будет очень стыдно за это решение.

— Перед кем? — девушка непонимающе взглянула на него.

Боевик с минуту внимательно смотрел на неё, решая, стоит ли отвечать на этот вопрос.

— Перед собой, — произнёс он, наконец. — В следующий раз Айя ударит исподтишка. Тогда, когда вы будете меньше всего этого ожидать. А потом вам будет очень стыдно, юная герцогиня, что вы её пожалели. Проявлять снисхождение ко врагу, значит, протянуть второй метательный нож тому, кто не попал в вас с первого раза, да ещё и повернуться к нему спиной.

Брюнетка молчала, не зная, что возразить. Слишком откровенным выходил этот разговор, слишком непростым. Атор вроде бы и согласился дать Айе ещё один шанс, но сказал об этом как-то вскользь, да ещё и намекнул на какую-то расплату.

— И всё-таки, чего вы хотите за то, чтобы дать Айе ещё один шанс? — спросила она.

— Вернёмся к этому разговору через месяц, Лидана, — Атор улыбнулся расслабленно, словно кот, наевшийся сливок. — К этому времени я решу, чего хочу от вас. Передайте соседке, что у неё есть полчаса, чтобы прийти ко мне, если она всё ещё хочет остаться на ФБМ.

— Спасибо, — выдохнула девушка и выскочила за дверь.

Безвольно лежащая на кровати и уставившаяся в одну точку Айя, услышав, что Дана готова забыть неприятный инцидент, а куратор группы может дать ей ещё один шанс остаться на ФБМ, тут же ожила и бросив на бегу: «Спасибо», скрылась за дверью.

— Вызывали? — с надеждой уставилась она на боевика, войдя в кабинет.

— Лидана Льенн решила не предъявлять к вам претензий, но свой урок вы получите, — прозвучало в ответ. — Раз не думали головой, принимая решения, пострадают другие части тела. Почему-то через них всегда доходит быстрее. На выбор, студентка Делавент: отчисление или розги и две недели вечерних дежурств в столовой после ужина.