Обречённая на месть. Дилогия (СИ), стр. 178

— Лучше всего знания усваиваются на практике, — мужчина понизил голос до шёпота. — Готовься, я буду тебя соблазнять.

Его руки снова легли на бёдра девушки, чуть сжали их и неторопливо поползли вверх. Дана вздрогнула от неожиданности, замерла, прислушиваясь к собственным ощущениям. Ладони Атора поднимались по её талии очень, очень медленно, и при этом он почти невесомо поглаживал кончиками пальцев живот девушки. И не пытался прижать её к себе или удержать. Дана могла отстраниться. Если бы захотела. Но она не хотела. Слышала дыхание боевика, ровное, размеренное, пыталась дышать так же, но то и дело сбивалась, чувствуя, как падающая из душа вода ласкает плечи, а руки мужчины с каждым мгновением приближаются к груди. Не выдержав, качнулась назад, прижалась к Атору спиной. Всего на секунду, чтобы ощутить биение сердца в его груди. И тут же отстранилась.

Боевик никак не отреагировал на это, молча продолжая медленно ласкать её тело. Пальцы скользнули под грудь, на миг застыли там, ласково касаясь чувствительной кожи. Дана задохнулась от этой нежности, тем более неожиданной после яростного, страстного поцелуя, от которого до сих пор ныли губы. Вода была тёплой, но когда ладони Атора наконец поднялись ещё выше, а подушечки пальцев легонько задели враз затвердевшие соски, по телу девушки прокатилась дрожь, как от озноба. Пресветлый, как он это делает? И почему медлит? Она ведь не станет сопротивляться его страсти…

— Для чего ты это делаешь? — тихо шепнула она, скорее, для себя, а не для него.

Но Атор услышал. Привлёк её к себе, всё так же неспешно и ласково, оставив одну руку на груди, а вторую опустив на талию. Рисуя кончиками пальцев неведомые узоры на животе, ответил:

— Тебе нравится. Почему бы нет?

Оставшаяся на груди ладонь бережно поглаживала аккуратные холмики, по очереди обводя круги вокруг сосков. Рука с талии опустилась на бедро.

— Но… — Дана совершенно запуталась. И томительно неспешные ласки разобраться совершенно не помогали. — Но ты же вёл себя иначе…

— Хочешь страсти? — спокойно поинтересовался Атор, опустив обе руки на ягодицы девушки. — Позже. Тебе нравится, что я не тороплюсь, верно? Верно. Вот и наслаждайся. Я же обещал тебя соблазнить.

Лидана почувствовала, как ослабли колени. От прикосновений боевика томно ныло «там», и хотелось, чтобы он снова погладил животик, вернул одну руку на грудь, а ещё…

— О-ох, — не удержала она тихого стона, когда ладонь мужчины скользнула по внутренней стороне бедра, а пальцы дотронулись до пульсирующего бугорка. Неосознанно выгнулась, чтобы боевику было удобнее ласкать её. — Перестань…

— Успокойся, — Атор действительно убрал руку. — Ты права, я совершенно забыл, для чего мы здесь.

— Что? — Дана непонимающе нахмурилась. — О чём ты?

— Об этом, солнышко, — боевик взял мочалку и кусок мыльного корня. Взбив пену, развернул девушку к себе, взял за руку и прошёлся мочалкой от ладони к плечу. Аккуратно, и очень чувственно. — Мы же пришли сюда, чтобы вымыть тебя, так?

— Д-да, — обескуражено кивнула Дана, пытаясь поймать взгляд мужчины.

Но янтарные глаза были серьёзными. Атор не шутил. Он действительно собирался её вымыть. Более того, именно этим сейчас и занимался. Осторожно провёл мочалкой по груди, задевая чувствительные вершинки жестковатой люфой, опустился к животу. И всё это с таким сосредоточенным выражением лица, словно не было в мире дела важнее. Взяв девушку за плечи, развернул, намылил спину, ягодицы. Снова повернул к себе, опустился на корточки. Бесцеремонно поставил правую стопу Даны на колено, и девушка была вынуждена схватиться за плечи боевика, чтобы не упасть. Несколько раз провёл мочалкой от лодыжки до бедра и обратно, аккуратно вернул ногу обратно в воду. Точно так вымыл левую.

Дана не понимала, как на всё это реагировать. Ситуация была — пикантней не придумаешь. Но поведение Атора сбивало с толку. Смущаться, когда он так естественно и непринуждённо намывал её, словно занимался этим ежедневно, не получалось. Хотелось, и разум вопил, что надо, особенно когда люфа прошлась по внутренней стороне бедра, но не выходило. И нереальность происходящего не отпускала. Не может самый свирепый и опасный из императорских наёмников вот так запросто мыть её, да ещё и так бережно, стараясь не царапать жёсткой мочалкой кожу. Взгляд девушки скользнул по плечам мужчины, в которые она сейчас вцепилась мёртвой хваткой, скользнул по мокрой груди, рельефному животу и уткнулся… Боги, да как же это в неё поместилось?

Атор тем временем отложил мочалку, снова взял в ладони мыльный корень. Поднялся, чуть иронично улыбнувшись в ответ на испуганный взгляд Даны. Так же сдержанно, как и прежде, произнёс:

— Люфа слишком жёсткая. Придётся дальше так.

И провёл скользкими от мыльного корня руками по бокам девушки, мягко массируя кожу. Ладони у него были шершавые, с грубыми застарелыми мозолями от оружия, но Дана едва сдержала очередной стон удовольствия, когда он прикоснулся к груди. И с трудом заставила себя не выгнуться следом, когда боевик убрал руку.

— Ты надо мной издеваешься, — пытаясь поймать его взгляд, произнесла она.

— Разве? — продолжая водить мыльной ладонью по её телу, Атор поднял бровь. — А мне казалось, мы оба получаем удовольствие. Хочешь вернуться к активному соблазнению? Не проблема.

«А это какое?» — едва не спросила девушка. Но удержалась, промолчала.

— Так на чём мы остановились? — задумчиво спросил мужчина. Его ладони замерли, обхватив ягодицы Лиданы. — Верно, на том, что ещё не вымыли голову. Закрой глаза. Мыльный корень попадёт и будет щипать.

— Ты издеваешься, — повторила герцогиня, уже уверенней.

— Я развлекаюсь, — губы мужчины тронула лёгкая улыбка. — Издеваться буду потом. Или не буду. Ещё не решил. Так будем мыть голову?

Дана кивнула, подозревая, что банально сошла с ума. Такого просто не может быть. Потому что просто не может. Никогда и ни при каких обстоятельствах. А раз так… Как Атор говорил ночью? В некоторые игры можно играть и вдвоём. Протянула ладонь, молчаливо затребовав кусок мыльного корня. Закрыла глаза. Пусть это бред взбесившегося воображения, но когда глаза не видят, чем заняты руки, как-то проще. Провела ладонями по груди боевика, коснулась плоских сосков и даже легонько царапнула, будто бы случайно. Мужчина шумно выдохнул сквозь зубы. Быстро, но аккуратно намылил её волосы, смыл пену и выключил душ. Нежные шаловливые ладошки тем временем опустились на живот Атора.