Глубина, стр. 51

Но и это не все: корпорация «Трой» протянула свои щупальца на самый верх. Где подкупом, где посулами, а где и угрозами она втянула в заговор многих высокопоставленных чиновников, причём не только в гражданской администрации. Виктор стиснул зубы, когда услышал, что в заговоре участвует несколько генералов, а уж когда узнал, что один из них – тот самый Опод зан Нок, под чьей командой сейчас оказалась майор Мийра зан Коорт, пообещал сам себе, что именно этого гада, эту сволочь, он прикончит лично. При первой же встрече…

Трой тем временем все говорил, разливаясь соловьём. В какой-то момент Афанасьев вдруг понял: глава корпорации, повелитель Вардора всемогущий Ларс Трой просто ужасно трусит перед возможным крахом своих грандиозных планов и теперь пытается замаскировать свой страх словесным водопадом. «Ну-ну, – хмыкнул про себя пограничник. – Давай-давай. Сейчас, поди, ты от ужаса меня ещё и командиром секретной базы назначишь. Или, как минимум, начальником службы безопасности…»

И он не ошибся. Только что бурно вещавший о своих грандиозных возможностях, и расписывавший великолепные перспективы победы Ларс Трой вдруг осёкся буквально на полуслове и, после короткой паузы, бухнул:

– Послушайте, Викт! Вы ведь бывший офицер. Причём не малого ранга. Вот именно такого человека как вы нам и не хватает для окончательной победы! Что, если вместо гонорара я предложу вам принять участие в нашей революции? Только представьте себе…

Теперь он с жаром принялся расписывать блестящее будущее Виктора, если только он окажется на стороне победителей.

– …И вы, Викт, сможете максимально реализовать свой великолепный потенциал. Станете генералом, а то и маршалом. Нет, серьёзно. Кто-то из древних ведь сказал: «Плох тот солдат, у которого в рюкзаке нет генеральских погон» [20], и – черт возьми! – он был совершенно прав!

Захваченный новой идеей, Ларс Трой вскочил и теперь говорил, яростно размахивая руками, словно выступал с трибуны. «Вот усы вам – вылитый Адик Гитлер. Вылитый!» – усмехнулся про себя Афанасьев, подгоняя к существующим обстоятельствам фразу из любимого фильма «Бриллиантовая рука». Троя он слушал, что называется в пол-уха: обещания райской жизни после победы, гарантии высоких наград и заоблачных должностей – все это было пограничнику не интересно. Стандартный набор «предвыборных обещаний» – примерно так Афанасьев определял этот словесный поток. Но вот наконец Трой начал выдыхаться, и теперь следовало закрепиться на достигнутой позиции…

– Все это прекрасно, дуж Трой, – медленно, как бы раздумывая, произнёс Виктор. – Я понял суть вашего предложения. Скажу вам откровенно: не ожидал. Не ожидал и благодарен вам за доверие. Но, как вы верно заметили, я – офицер. Не бывший – бывших офицеров попросту не бывает, – пояснил он, увидев, что Ларс крупно вздрогнул. – Да, я сейчас не в армии. Мне неприятно вспоминать, по каким причинам я вынужден был покинуть своих парней, но если вы пожелаете – обязательно расскажу…

Когда они прибыли в Вардор и остановились у Ларла Этоара, между пограничником и братом Гриен состоялся обстоятельный разговор, позволивший расставить все точки над «i». Этоар вынужденно признался в том, что он – офицер контрразведки подразделения Генерального штаба, занимающегося борьбой с терроризмом. Узнав, что Виктор – его коллега из Внутреннего Контроля, Ларл усмехнулся и сообщил, что до последнего считал странного охотника бывшим полковником Дером, тем самым «убийцей из Кхабры». Афанасьев заинтересовался историей опального полковника, и Этоар охотно поделился с ним всей собранной информацией. Так что, если Трой действительно пожелает узнать о прошлой службе вольного охотника Викта Авана – что ж. Биография полковника Дера к его услугам. Ну, а на более детальную проверку у дужа Троя просто не будет времени…

– Но именно потому, что я офицер, и хороший офицер, смею вас уверить, я не готов принять ваше предложение, – все так раздумчиво сообщил Виктор. Полюбовался и произведённым эффектом и соизволил пояснить: – Не готов, потому что не видел ничего из того, что вы мне рассказали. У меня нет причин не доверять вам, дуж Трой, но я должен увидеть всё своими глазами и пощупать всё своими руками. Я – специалист, – добавил он, поднимая руку в примирительном жесте, – и могу заметить то, что ускользнуло от внимания штатских.

Теперь настала очередь Ларса Троя размышлять и молчать. Но длилось это совсем не долго. Глава корпорации утвердительно тряхнул головой, словно соглашаясь со своими мыслями и сказал:

– Что ж, Викт, ваше желание справедливо. И не бесполезно для наших планов. Давайте сделаем вот как: я сейчас вызову вашего друга Шедона, и он проводит вас на объект «Эрга».

14

Общие объёмы контрабанды высокотехнологичных артефактов погибших кораблей чужих цивилизаций приближается к сумме в восемь – десять миллиардов, и имеет стойкую тенденцию к увеличению, так как к вывозу артефактов преимущественно военного назначения причастны прежде всего орагизованные группы в правительстве республики Океан, и среди крупнейших кланов.

Так же расширяется контрабанда сильнодействующих психоактивных препаратов, и вытяжки из водорослей применяемой для омоложения, для работы нелегальных оздоровительных комплексов на территории Свободных Планет.

Принимаемые Конгрессом СП, решения носят ограниченный характер и не могут остановить поток незаконных перевозок.

Аналитический отдел ИнтерПланетной Полиции полагает, что в деле так же замешаны, как сотрудники Службы Таможенного Контроля, так и Объединённого Флота.

Вместе с тем, хочу особо отметить, что полученный в прошлом цикле меморандум Старых Рас несёт в себе все черты ультиматума, и не может быть проигнорирован, так как радикальное решение вопроса с контрабандой, крайне отрицательно скажется на авторитете Конгресса СП, и Межпланетного Совета, а уничтожение планеты Океан, приведёт сектор к экономической катастрофе.

Маршал ИПП, галактик-командор Уино Шшарос.

Долго ждать Башши не пришлось. Вообще у пограничника создалось ощущение, что его «друг Шедон» прятался где-то в приёмной Троя, с тем, чтобы выпрыгнуть как черт из табакерки по первому же требованию. Не прошло и пяти минут после того, как Ларс Трой отдал приказание вызвать Башши Шедона к себе в кабинет, как тот возник на пороге.

Он внимательно выслушал все, что сообщил ему Трой относительно нового статуса Виктора, и просиял:

– Викт! Дружище! Я знал, что ты не глуп, и был уверен, что ты выберешь правильную сторону!

И с этими словами он, демонстрируя искреннюю радость, хлопнул Афанасьева по плечу. От пограничника, однако, не укрылся короткий изучающе-холодный взгляд, которым наградил его Башши. Поэтому он постарался как можно реальнее изобразить своё удовлетворение от того факта, что его «лучший, надёжный друг Шедон» тоже участвует в этом заговоре, причём не на последних ролях. Когда они вышли из кабинета, Виктор чуть придержал Башши за рукав:

– Слушай, не держи на меня обиды, что я с этими трофеями сразу к самому Трою попёрся, – пограничник вложил столько искренности в свой голос, сколько смог. – Ну я ведь не знал, что ты – тоже в этом деле. Честно, просто испугался. Сам знаешь, что мне с федералами встречаться не с руки. Вот и рванул выяснять.

– Ладно, ладно, – пробурчал тот, но Афанасьев почувствовал: подозрения Башши дают слабину. – На будущее только учти: то, что знает Трой – знаю и я.

– И наоборот? – с невинным видом поддел его Виктор.

– Ну, а вот это – когда как! – расхохотался Шедон. – Ладно, – он снова хлопнул Виктора по плечу, но теперь уже совершенно искренне. – Поехали, покажу тебе наших «малышек».

Небольшой кар на магнитной подушке, вызывавший своей формой в памяти Виктора слово «паланкин», легко переныривая с яруса на ярус, неторопливо плыл по улицам и переходам Вардора. Башши, совсем уже успокоившийся, негромко повествовал Афанасьеву историю подготовки революции на Океане.