Добро пожаловать в сказку! (СИ), стр. 84

Больше всего разногласий у нас с Ароном возникло, когда я поднимала вопрос о продолжении обучения. Если поначалу он был против, мотивируя тем, что отцу еще тяжело справляться со своими обязанностями, а отпускать меня одну, даже с охраной, он не намерен, то потом смирился, соглашаясь с моими доводами. А в один из дней вообще преподнес сюрприз. Оказалось, что он связался с деканом и упросил Альери взять его на работу. Гаер Арросати после смерти Тариона возглавил факультет боевой магии, освободив тем самым должность преподавателя боевых искусств, которую теперь и занимает мой муж. Когда он мне сообщал приятные известия, что через неделю мы возвращаемся в академию, я еще не предполагала, какой ад меня ожидает.

Вернувшись в академию, мы поселились в домике для преподавателей. Мне пришлось быстро наверстывать упущенное время. Профессор Капитан гордился моими успехами и буквально через месяц, я уже нагнала основную программу. Тут- то меня и ждал подвох. Если до этого Арон помогал мне разбираться в учебе, то теперь в моем расписании, с его легкой подачи, появились другие дополнительные предметы. Муж лично взялся за мою физическую подготовку, нещадно гоняя по полигону с препятствиями, а потом, заставляя отрабатывать приемы самообороны. Еще он договорился с Арросати, чтобы тот три раза в неделю проводил со мной занятия по боевой магии. Теперь моя загруженность учебой составляла не менее шестнадцати часов в день. Через пару недель я была готова взвыть, плюнуть на все и вернуться домой, становясь вновь любимой малышкой, а не студенткой ДеРодман, но я не сдалась.

Пять лет спустя

Обучение уже подошло к завершению. Вскоре я должна получить диплом. Арон ждет не дождется, когда же я мы окажемся дома. Всё обещает приковать меня к кровати и ни на миг не отпускать. Он при этом еще и нашептывает о том, чем он в этой кровати будет со мной заниматься. Вроде как уже и привыкла, но каждый раз вновь и вновь на щеках проступает румянец, уши начинают гореть, а по телу растекается сладкая истома.

Кастор, после возвращения от орков, решил продолжить обучение в Талосе. В Рамир он заглядывал лишь по праздникам, утягивая меня из под носа у мужа. Я и поверить не могла, что между ними разыграется нешуточная борьба за мое внимание. Иной раз приходилось даже разнимать. Ну, прям мальчишки.

Нельзя не заметить, что после поездки к степным оркам Кастор остепенился, повзрослел, даже возмужал. И куда только подевался рыжеволосый прохвост? До сих пор в голове не укладывается, как он подписал мирный и торговый договоры на драконьих условиях, при этом еще умудрился сплавить навязываемую ему невесту одному эльфу, который тоже приезжал с дипломатической миссией в степь. Еще ни одно упоминание о его приключениях не обошлось без смеха и слез. Мне казалось, что я никогда в жизни так не смеялась, даже живот потом болел еще пару дней.

Я часто вспоминала своих родителей и близких, ведь никто не сможет заменить мне их, но и вернуться на землю теперь уж не смогу. Хотя точно знаю, что у них все хорошо - видела. Я долго не решалась пройти сквозь барьер, как это сделала в первый раз попав в Рамир. Боялась, что увиденное может ранить меня в самое сердце. Как говорила моя бабуля: «Блаженно неведение», но Арон уговорил, тем более знаний и сил у меня стало гораздо больше.

Когда я вернулась домой на Землю, мое сердце наполнилось радостью и светлой грустью. Умело бы мое ментальное тело плакать, то я точно бы разрыдалась. По квартире бегали подружки невесты, на стенах расклеены плакаты, сердечки и шарики. Я двинулась в родительскую спальню. Знала, что найду мое семейство именно там.

Светка стояла около большого зеркала. Она была настоящей принцессой. Белоснежное платье струилось по точеной фигурке, а моя милая мамочка, тайком смахивая слезы счастья, поправляла ей фату. В дверь комнаты вбежала маленькая девочка в розовом платьице. На вид ей было не больше трех лет. Она выглядела словно ангелок. Румяные щечки с ямочками, чуть завитые в легкие кудряшки каштановые локоны, подхваченные по бокам от висков заколками с бабочками. Пухленькие губки бантиком и сияющий взгляд голубых глаз. Следом за ней в комнату вошел Костик. Поймав пробегавшего мимо ребенка, он пару раз подкинул ее, от чего девчушка радостно засмеялась.

— Пусти внучку к деду.

Я и не заметила, как на пороге появился отец. Голова его была вся седая, а в уголках залегли глубокие морщины, которые будто разглаживались, когда его взгляд был обращен на малютку.

— Деда-а-а... — комнату огласил радостный крик.

Это милое создание, ни секунды не раздумывая, слезла с отцовских рук и побежала в другие объятия.

— Смотри, что у меня есть. — Отец вынул из кармана «Алёнку».

Я помню, как он раньше баловал нас со Светкой этим шоколадом. Даже когда мы уже выросли.

— Пап! — Костик грозно посмотрел. — Она же вся сейчас перемажется.

— Не беда, отмоешь, — Отец лучисто улыбнулся, отпуская малышку и подталкивая ее к кровати. — А это вам мои девочки. — Он достал из кармана еще по одной плитке шоколада, протягивая маме и сестренке.

Господи! Если бы хоть кто-нибудь знал, как мне хотелось их сейчас обнять и расцеловать. Сказать, что со мной все хорошо, поведать о своей жизни за семейным столом, с кружечкой горячего шоколада. Но мне оставалось быть лишь незримым наблюдателем.

— Ну что, готова? — Папа, слегка нахмурившись, очень серьезно обратился к Светке.

В ответ она лишь улыбнулась и кивнула.

— Ну, раз так, — голос его опять стал веселым — тогда иди, спасай жениха, пока его твои подружки на выкупе не обобрали как липку. Он раскрыл дверь, жестом приглашая всех в коридор.

Света сделала пару шагов, а потом остановилась и с такой тоской посмотрела на мать. Та все поняла без слов.

— Нам тоже ее не хватает. Даша бы гордилась увидев тебя сегодня. Ты стала такой красавицей.

Мои любимые. Я вместе с ними разделила сегодня и радость и печаль. Я знаю, они тоже это почувствовали. Мужчины, как по команде, подошли и обняли сестренку и маму с двух сторон.

— Все! Хватит унывать, сегодня такой праздник. — Мама вытерла выступившие слезы.

Они уже почти вышли из комнаты, когда Костик обернулся.

— Дарина, идешь? — Он протянул девчушке руку.

— А тётя с нами не идет? — малышка повернулась в мою сторону. В ее глазах зажглись искорки.

— Какая тётя? — мои родственники замерли наблюдая за ребенком.

— Вот эта... — Дарина, с детской непосредредственностью показывала в мою сторону тоненьким пальчиком, и хлопала ресничками переводя взгляд с меня на них.

— А как выглядит тётя? — Костик присел на корточки перед дочерью.

— Как на той фотографии. — Она показала на стену, где висела семейное фото, которые мы сделали на море за четыре месяца до моего исчезновения.

Мама зажала ладошкой рот, пытаясь разглядеть того, на кого указала внучка, но перед ее взором была лишь пустая комната. Я подплыла к ней, пальцем проведя по мокрой дорожке, будто стирая ее, от чего мамулечка вздрогнула, прислонив руку к щеке.

— Дарина, скажи им, что я их люблю. Я хочу, что бы они были счастливы. — Я по- доброму улыбнулась ребенку, а она кивнула мне в ответ.

— Тётя говорит, что любит вас и хочет чтоб вы были сья-ща— запнувшись, она нахмурилась, пытаясь выговорить сложное для нее слово.

— Счастливы? — помог ей отец.

— Да, сясливы!

На задворках сознания я слышала голос Арона, который просил меня вернуться. Беспокоится, что я так надолго задержалась. Еще раз улыбнувшись племяннице, я помахала ей на прощание рукой.

— До свидания Дарина. Мне пора уходить.

— Пока, — она помахала своей маленькой ручкой в ответ.

В последний раз взглянув на семью, я не увидела в их глазах боли. Они улыбались, обнимая и поддерживая друг друга. Это наверное наш семейный рок. Уходит одна ведьма, чтоб на ее место пришла другая.

— Я еще вернусь, будь хорошей девочкой.

Я подмигнула племяшке, после чего стремительно покинула дом, уж больно настойчивым становился зов мужа.