Ученики Ворона. Огни над волнами (СИ), стр. 22

— И я сейчас, фон Рут, оказываю тебе немалую услугу, — Ворон махнул вилкой. — Я фактически спасаю тебя как мага. Я съел твое мясо, я пожертвовал собой для того, чтобы твой разум был чист и готов к работе. Вот я какой наставник, на все готов ради учеников. Жакоб, еще пива, что ты мне налил, как девчонке?

Было видно, что он не в духе, и на то были причины, я тому свидетель. Его заставили поступить так, как он не желал — и это Ворона очень разозлило. Мы, его подмастерья, уже давно поняли — наш наставник, при всех его достоинствах, обладает одним серьезным недостатком — он не терпит, если ему говорят, что делать или, того хуже, заставляют поступать так, как он сам того не хочет. Разумеется, никто из нас о подобном и помыслить не мог, но из его рассказов о своем прошлом и случайных обмолвок, кое о чем мы смогли догадаться.

Впрочем — кто любит, когда его гнут под себя? Да никто. Взять хотя бы меня — я мастера Гая ненавижу всей душой, и во многом именно за то, что он заставил меня поступать так, как нужно ему. Хотя, если по совести — я ему благодарен должен быть. Если бы не это его решение, то я давно бы уже летал в виде пепла над городом Раймиллом. А так — он дал мне все: наставника, друзей, дело. Он подарил мне новую жизнь, и по-правильному мне надо бы называть его «папа». А я его ненавижу, ничего с собой поделать не могу. Вот такая странная штука жизнь.

— Окорока есть, — подошел к нашему столу Литке. — А за коржиками я поваренка послал, скоро будут. Милсдарь Ворон, мое почтение!

И корчмарь изобразил что-то вроде поклона, насколько ему позволил сделать это объемный живот.

— Здравствуй, Иоганн, — доброжелательно произнес наставник, снова берясь за ручку кружки. — Как желудок, не беспокоит больше?

— Нет-нет, — заверил его Литке. — Как вы тогда вылечили меня — так ничего не болит. Золотые у вас руки, милсдарь Ворон.

— Есть такое, — наставник отпил пива. — А что ты там про окорока говорил?

— Так вот, ученик ваш два окорока заказал на вынос, — показал на меня пальцем корчмарь. — Свиных.

— Молодец, — одобрил наставник, глядя на меня. — Не только о себе думаешь, но и о тех, кто в замке. Растешь в моих глазах, фон Рут, еще год-другой — и совсем человеком станешь. Мало человеком — магом. Если этот год-другой у тебя будет, разумеется. Одно плохо — пары окороков на всех не хватит. И что получится? Кто-то будет свининку кушать, а кто-то на них смотреть? Неправильно так, а?

Сказал и снова приложился к кружке.

Корчмарь был мужчиной понятливым, и потихоньку отошел от стола, я последовал за ним.

— Иоганн, надо еще два окорока, — я сунул ему пару серебряных монет.

— Надо — будут, — корчмарь, несомненно, только порадовался данному сообщению. — Лишь бы на пользу!

В общем, в замок я вернулся довольно злым, поскольку сначала на подводу пришлось грузить не только окорока, но еще и мешки, в которых было зерно и всякий другой провиант, продрогшим, так как небо нахмурилось и просыпалось на землю мокрым снегом, и голодным. Не прогулка — мечта. В следующий раз вообще никуда не пойду. Это девочкам хорошо, им много не надо — они чуть поклевали заказанные им Жакобом блюда, пощебетали, повосторгались огромными снежинками — все. А мне этого недостаточно. Да еще мысли, от которых никуда не деться, по поводу того, что я увидел и услышал — они тоже внесли свою лепту в мой душевный настрой.

Единственная радость — это то, что, придя в замок, я поделился новостями с ближними своими. Не все мне одному догадки строить и нервы трепать.

— Вот теперь и думай — что эта дружная компания от Ворона хотела, — завершил я рассказ, многозначительно поглядывая на Монброна, де Лакруа и Фалька. — Того и гляди, завтра замок штурмовать будут. Наставник тогда шутил, но каждая шутка может стать правдой.

Разговор происходил в одной из пустых комнат замка, тут таких хватало. В прошлом году Ворон не приветствовал подобное, но в этом подобрел и разрешил нам в них заниматься.

— Не будут, — прочавкал Фальк, который пришел сюда с преизрядным куском копченого мяса, лежащем на деревянной тарелке. — О таких вещах заранее не сообщают. Если замок хотят взять на меч, то к нему просто приходят и делают то, что задумано. А вот так, с предварительными разговорами…

— Полностью согласен, — поддержал его Гарольд. — Тем более что этот замок взять проще простого, подобное можно проделать с полусотней хорошо обученных бойцов за какие-то полчаса, а после наши трупы свалят грудой у одной из стен, если повезет. Если нет — возьмут в плен, отвезут в Центральные королевства и сожгут на площади под улюлюканье толпы. Ты сам посуди — рва здесь нет, подъемного моста, соответственно, тоже, стены старые, пальцем ткни — развалятся, единственная надежда — сам Ворон, но его на все стены не хватит. Так что наш замок не атаковать замучаешься, его защищать устанешь. Нет, это что-то другое. А ты герб рыцаря не рассмотрел?

— Птица какая-то, — подумав, ответил я. — Но не хищная, скорее — лесная. Небольшая такая. По-моему, сойка. Хотя, возможно и не она. Я хоть и из Лесного Края, но в птицах не разбираюсь.

— И три маленькие короны сверху? — тут же уточнил де Лакруа. — А снизу надпись: «Честь в служении»?

— Короны были, — я задумался. — И надпись была, но такая или нет — не знаю.

— Это герб Шеппардов, — уверенно сказал Робер. — Монброн, ты ведь должен знать Шеппардов, они твоей фамилии родня?

— Да, по отцовской линии, — Гарольд потер лоб. — Рослый и лысый, говоришь? Это Стэнли, капитан королевской гвардии Айронта, я с ним немного знаком. Только что он делает тут? Шеппарды возглавляют гвардию со времен Линдуса Первого, но где Миклайт, столица Айронта — и где занюханная деревенька на краю континента?

— Если я все верно помню, то Линдусы, заняв трон, принесли клятву, что во веки вечные будут стараться соблюсти мир и порядок в Рагеллоне и сделают все, чтобы их сберечь, — медленно, словно пережевывая каждое слово, произнес де Лакруа. — Когда Стефан Кри поднял восстание в Восточных королевствах лет семьдесят назад, то Линдусы отправили туда своих гвардейцев, и именно они в битве у Стага смогли перебить хребет повстанцам. А их об этом никто не просил, они пришли сами. Понимаешь, о чем я?

— Да нет, — Монброн отмахнулся. — Мы совсем недавно были на побережье — если там и есть какое-то немирье, то не такое, чтобы сюда пожаловал капитан гвардии самого могущественного королевства на континенте. Львы не ловят мышей.

Мозаика сложилась. Все не просто плохо, все очень плохо.

— А если не мышей? — криво улыбнулся я. — Просто я вам не все рассказал.

И выложил им все то, что узнал от Иоганна, в мельчайших подробностях.

— Это все? — помрачнев, спросил у меня Гарольд. — Просто ты кусками новости нам рассказываешь, может, есть еще что-то, что ты оставил про запас?

— На этот раз — все, — немного обиделся я. — Просто я раньше связи особой не усматривал между этими событиями, вот и решил отделить одно от другого. Последовательность соблюсти хотел.

— Считай, что соблюл, — Гарольд невесело засмеялся. — Скажу вам так, друзья — это война, и нас собираются на нее отправить.

В принципе, я и сам до этого додумался, просто хотел убедиться в том, что не ошибся и не дую на воду. Не ошибся, но этот факт меня не радует.

— Даже не знаю — к добру это или к худу, — сообщил Карл, довольно отдуваясь и отодвигая от себя пустую миску. — С одной стороны — учиться надо. С другой, война — это весело. Опять же — кормежка там всяко лучше будет, чем здесь.

— Кто о чем, ты все о еде, — Гарольд потер щеки руками. — На самом деле невесело это все, Карл. Война — это ладно, она не первая и не последняя. Другое худо — там Орден Истины и другие маги. Одним нужна голова нашего наставника, другие тоже не подарок. Я так думаю, что сцепимся мы с ними в любом случае, и не на жизнь, а насмерть. Наслышан я о том, как дружат ученики магов, только успевай тела в сторону отволакивать.

— Орден Истины — это да, а остальное — мелочи, — с легкой насмешкой сказал Карл. — Кто на нас только глянет криво, тому шею сразу свернем, без всякой магии. Велика сложность.