Золотой Бог. Дилогия (СИ), стр. 74

Алиэль знал, что из окон дома за ним сейчас наблюдают скрытые камеры. Их не обманет маскировка, да он и так уже давно ее сбросил. Расправив плечи, он тряхнул шевелюрой, приобретшей золотистый цвет, и направился к зданию. На его губах играла легкая улыбка. Он уже предчувствовал фурор, который произведет его появление.

***

Сегодня настал черед Дмитрия Баренцева дежурить на пульте охраны. Он с тоской смотрел на экран, передающий изображения с камер. Да кому вообще взбредет в голову соваться сюда? Разве что бомжи какие-нибудь забредут, да и то вряд ли. Здание располагалось далеко от обитаемых мест. Раньше здесь находился музей, но он был уже давно разрушен и никого не интересовал. Все, что оставалось тут ценного, давно вывезли. Но порядок есть порядок. Их осталось не так много. Всего двадцать с лишним. Даже самым высокопоставленным вардокам, исключая Гелаэллу и Крилона, приходилось нести вахту на посту.

Дмитрий с трудом скрывал неприязнь к новому начальничку. Лабораторная крыса стала диктовать всем свои порядки, обойдя особ, более подходящих на эту роль. Уж лучше бы Сверра поставили начальником. Дмитрия поражало, что обычно хамоватый и агрессивный Эллингсен легко смирился с новым положением. Более того, Крилон внушал ему искреннее уважение, особенно с тех пор, как изобрел вакцину. Когда Дмитрий пытался говорить с другом на эту тему, тот сразу пресекал недовольство начальником. Да и Гелаэлла ни во что не вмешивалась, словно ей вообще на все плевать. Не раз уже Дмитрий думал, что нужно делать ноги отсюда, прихватив побольше вакцины, искать оставшихся вардоков и пытаться вернуть власть. И на этот раз именно он стал бы во главе планеты. А почему, собственно, нет. Он больше достоин этого, чем белобрысая выскочка. Крайне неприятный субъект, а от его взгляда мурашки по коже. Раньше только наместник производил на него такое впечатление. Но если Алиэль занимал свое место по праву, то с властью Крилона мириться не хотелось.

Интересно, что там сейчас творится в большом мире? Они совсем здесь отстали от жизни. Нужно бы заслать лазутчиков, но вардокам и полукровкам опасно туда соваться. Их тут же схватят и разорвут на части. А верные люди вероятно где-то и остались, но как до них добраться? Можно, конечно, послать в качестве шпионки любовницу Сергея Суморокова, но она вряд ли на это пойдет. А вардок ее в обиду не даст. Девчонка почти носу не кажет из своей комнаты, прекрасно понимая, что для остальных она − бутылочка с едой. Они тут лишены естественной пищи, приходится питаться запасами консервированной крови. Дмитрий уже готов выть от подобного ограничения. Да и заняться тут совершенно нечем, работа в лаборатории хоть и занимала много времени, но успела достать монотонностью. Дмитрий чувствовал себя, как в тюрьме. Даже развлечений никаких нет. Нужно было хотя бы Валентина с собой прихватить, но пришлось бежать в жуткой спешке, прямо из дворца.

Как быстро все произошло. Еще недавно мир казался твердым и надежным, Дмитрий уверенно продвигался по служебной лестнице, чувствуя себя хозяином жизни. Все начало рушиться с появлением роскошного красавчика, Виктора Уланова, которого он считал очередной игрушкой. А ведь Дмитрий всерьез им увлекся, такого он еще не испытывал ни к кому и никогда. Может, эта страсть и помешала ему увидеть правду. А ведь сколько необъяснимых событий происходило вокруг Виктора, которые должны были бы насторожить. Взять хотя бы расследование смерти Надежды Ланской, когда каким-то непостижимым способом Виктор узнал обо всем, что произошло на месте убийства. Тогда ему удалось убедить Дмитрия, что он лишь подключил логику и умело использовал блеф с подозреваемым полукровкой. И Дмитрий закрыл глаза на эту странность и даже на реакцию арестованного, который отнесся к Виктору, как к сверхсуществу. Он, в отличие от остальных, смог уловить его необычность. А случай в клубе «Сумеречный мир», когда горделивая вардонка Эмира Адахази сбежала от одного лишь прикосновения Виктора. Ну, как он мог быть таким слепым, не сопоставить все это? Дмитрий ударил кулаком по столу, отгоняя терзающие сердце воспоминания.

Что проку корить себя? Прошлого не вернешь. Красивая игрушка оказалась существом, легендой о котором пугали маленьких вардоков. Виктор Уланов – Золотой Бог. Это до сих пор не укладывалось в голове Дмитрия. Он ведь не раз прикасался к нему, весь трепеща от возбуждения, грезил о нем по ночам. Играл с огнем, не догадываясь, как велика возможность обжечься. До сих пор в кошмарных снах видел стоящего в огне Виктора, мановением руки превращающего полукровок в живые факелы…

На мгновение Дмитрию показалось, что его кошмар воплотился в реальность. Широко раскрыв глаза, он смотрел на экран, с которого прямо на него смотрел ухмыляющийся Золотой Бог. Дмитрий зажмурился, потом снова разлепил веки – изображение не исчезло. Виктор Уланов, правильнее сказать, Арнорд, помахал ему рукой и скрылся из виду, войдя внутрь здания.

Дмитрий завопил, вскочил с места и ринулся из комнаты видеонаблюдения. На его крики выглядывали остальные члены маленького сообщества, не занятые сегодня в лаборатории или на других постах. Не отдавая себе отчета, он бежал к тому, кого так не хотел воспринимать вожаком. Остановившись на пороге лаборатории, он визгливо воскликнул:

– Он здесь! Он нашел нас!

Холодный взгляд светлых, как речная вода, глаз Крилона уставился на него с легким презрением.

– Кто?

– Золотой Бог! Он здесь…

За его спиной раздался издевательский смех.

– Рад видеть проявление подобной смелости со стороны начальника Особого департамента.

Едва не теряя сознание от ужаса, Дмитрий обернулся к говорившему. Прямо за ним стоял Арнорд, криво ухмыляясь.

Глава 7

Алиэль с почти болезненным удовольствием наблюдал за реакцией, вызванной его появлением. Большинство, как и Дмитрий Баренцев, отскочили в дальний конец помещения, откуда наблюдали за ним с явным ужасом. Но никто не делал попыток бежать или нападать – казалось, страх парализовал их. Алиэль не сомневался, что история на поле, когда Арнорд живьем сжег отряд полукровок, обросла еще более пикантными подробностями. Появление Золотого Бога воочию стало для присутствующих чем-то сродни Апокалипсиса. Только Крилон, к его чести, стоял впереди всех, не пытаясь спрятаться. Похоже, он прирожденный вожак. Когда возникла необходимость, лидерские качества в нем проявились в полной мере. Алиэль даже порадовался, что не ошибся в нем. Только вот его предательство уязвляло больше, чем двуличие остальных. Не так сильно, как предательство Гелаэллы, но все же достаточно. Кстати, где же сама повелительница?

Алиэль внимательно разглядывал знакомые лица. Помимо Дмитрия Баренцева и Крилона, здесь находились Сверр Эллингсен, Сергей Сумороков и еще восемь вардоков из ближайшего окружения Гелаэллы. Это не считая полукровок, трусливо поблескивающих на него красными глазками. Алиэль с интересом наблюдал за колебаниями энергии. У вардоков – угольно-черная, у полукровок – алая. У всех явственно примешивались оттенки фиолетового, выдавая страх. Крилон тоже боялся, несмотря на внешнюю невозмутимость, но Алиэлю понравилось, как он держится.

– Что ж, рад приветствовать почтенную компанию, – ухмыльнулся он, прерывая вязкое молчание. – Но общество кажется не в полном сборе. Где же величайшая?

Крилон шагнул вперед, сжимая кулаки, хотя Алиэль отчетливо видел возросшую концентрацию фиолетового в его ауре.

– Прежде, чем ты доберешься до нее, тебе придется уничтожить всех нас!

Судя по вытянувшимся лицам остальных, они вовсе не разделяли его настроя, но видимо, пример Крилона устыдил их. Сверр Эллингсен тоже шагнул вперед и встал рядом с Крилоном. За ним мало-помалу преодолевали оцепенение другие. Алиэль слегка приподнял брови, затем удовлетворенно хмыкнул.