Я заберу тебя у смерти (СИ), стр. 57

— Мрак…　

— Нет, меня зовут Максим, — с восторгом выдал он и чмокнул меня в макушку.　

Я откинула голову на его грудь и тихо выдавила:　

— Расскажешь, что здесь твориться?

— Всё расскажем.　

— А пить?　

— Что?　

— Я пить хочу. Очень. И давно уже.　

Кто-то протянул мне флягу и дрожащими пальцами я принялась отвинчивать тугую крышку.　

— А на что ты готова ради воды, куколка? — издевательски усмехнулся парень с рваной чёлкой, прикрывающий поллица.　

— Разорвать тебе глотку, — злобно прошипела я, не задумываясь как это прозвучит, наконец вскрыв флягу и жадно припала к горлышку.　

Вода только что не зашипела, катясь в горло и сбегая каплями мимо рта по подбородку к груди. Когда ёмкость опустела, я утёрлась ладонью, только тогда обратив внимание на оглушительную тишину вокруг. На меня смотрели настороженно. Отмокшая кровь на коже и платье вновь стала яркой и я содрогнулась, представив какое зрелище собой являю. Оглянувшись на Максима в поисках поддержки, наткнулась на его испытующий взгляд.　

— Как ты сюда попала помнишь?　

Я растерянно пожала плечами и, поняв, что отвечать придётся села ближе к огню.　

— Я спешила на свадьбу…　

— Свою?　

— Что? Нет, подруга замуж выходила. И вот я глаза открыла и оказалась на камнях, там, — махнула рукой в сторону выхода. — Вся в крови, в руках нож, всё болит словно под каток попала и… страшно.　

Я обхватила себя руками и ощутимо задрожала.　

— Потом пошла на юг, зачем-то. Увидела мужиков…ну и… — смущённо поёжилась, — испугалась…　

Позади кто-то хохотнул и раздался шлепок похожий на подзатыльник и недовольное ворчание.　

— Забралась на скалу и затаилась, чтобы понаблюдать за вами. А что? — возмущённо вскинулась я, услышав глумливые смешки. — Может вы террористы! Или сектанты!　

Ржали уже в голос и я обиженно насупилась, отвернувшись. Когда все успокоились и расселись вокруг костра мне всучили чашку с ароматным едва тёплым мясом и я блаженно закрыла глаза.　

— Ешь, Верочка, — ласково пробурчал наречённый Максимом.　

— Когда собаки появились я сильнее испугалась. Да вообще-то тогда уже мало соображала, — рассуждала я, некультурно чавкая, прижатая к сдерживающему смех татуированному. — Я тогда даже Храма бы позвала если…　

Он сдавил мне плечи.　

— Кого?　

— Храма, — потерянно повторила я и громко сглотнула, как воочию увидев мужика сплошь в рисованных куполах.　

— Ты его знаешь? — напряженно допытовался Максим.　

— Да, — выдохнула я, закрывая лицо ладонями, пытаясь отгородиться ото всех. — Не пойму… Этого не было… Макс…　

Меня выгнуло дугой. Несколько рук не позволили мне оказаться в костре. Меня прижали животом к земле и придавили чьим-то телом. Судороги катились по позвоночнику, лёгкие разрывали хрипы и боль — всепоглощающая, помрачающая рассудок нитями обхватила каждую мышцу. Мой собственный вой огушил меня, разрывая нервные волокна. Нервы скрутило веретеном, кости тянулись и сворачивались в узлы. Между зубов кто-то догадался вставить моток ткани и я стискивала его до боли в дёснах. Когда мозг казалось раскалился добела, сознание выключилось с громким хлопком разорванной вены в носу. Вспоминать всегда больно…　

52.

Было тепло. Ровное дыхание опаляло висок и широкая ладонь стискивала моё бедро, закинутое поверх обнаженного мужского торса. Я рассматривала мужчину сквозь ресницы, боясь потревожить его сон. Просто я банально не знала, как меня с ним вести. Наверно я была очень пьяна, раз не знаю с кем проснулась в одной постели. Такого ещё со мною не было, но это не повод сходить с ума. Стоило признать, что он был привлекателен опасной и немного дикой красотой неприрученного самца. Короткие седые волосы, грубовато очерченное лицо, тёмные штрихи бровей над широко расставленными глазами, обветренные, губы слегка приоткрытые во сне. Оценила я и кельтский рисунок, покрывающий его руки и грудь. Переплетение гармонично прорисованных линий стекало и на спину, но увидеть мне это предстояло чуть позже. Если доживу. Эта мысль была абсурдной, но заставила меня оглядеться и замереть от страха.　

Я была в подземелье. Вокруг возвышались каменные стены с провалами проходов и в центре распологался очаг с настоящим костром. Понимание, что мой кошмар оказался не сном, а явью, обрушилось волною. Наверно я застонала вслух, потому что мой визави распахнул глаза, одновременно крепче обхватывая меня. Нервно хихикнув, я упираласьладонями ему в грудь.　

— Раздавишь.　

— Прости, — сонный голос с приятной хрипотцой, вызвал лёгкую вибрацию за грудиной, — Ты как?　

— Странный вопрос, — смутилась я, пытаясь отстраниться от твердеющей части его тела внизу его живота. — Может обьяснишь почему мы лежим почти голые в обнимку в… кстати где мы?　

Покрутив головой, я нахмурилась, к собственному удивлению, узнавая каменный мешок. Однако решила до поры не признаваться в этом.　

— Здесь ты в безопасности, — словно забывшись, он поглаживал большими пальцами мою шею. — У тебя был приступ. Что-то вроде эпилепсии. Я решил проконтролировать…　

— Контроль больше не нужен, — ядовито улыбнулась я, приподняв брови.　

Максим сделал вид, что не понял намёка и перевернулся на спину, укладывая меня сверху. Я остро ощутила, что под широкой рубахой абсолютно голоя.　

— Кто меня раздел?　

— Ты была в крови.　

— Ты!　

Я попыталась освободиться, но мужчина позволил только сесть ему на живот, крепко держа меня за талию. Продолжая извиваться, я упёрлась ягодицами в его напряжённую плоть и, истерично пискнув, отодвинулась.　

— Нам надо поговорить, — суровым тоном произнёс он, что не очень то вязалось с жадным выражением на его лице.　

— Ты не мог бы отпустить меня…　

— Нет, — категорично заявил он.　

Закусив губу, я жалобно вздохнула и затравлено огляделась.　

— Насиловать будешь?　

— Что?!　

Я как можно натуральнее всхлипнула. С тщательно скрываемым торжеством ощутила как он содрогнулся и, мягко ссадив меня на кровать слегка, приобнял за плечи, устраиваясь рядом.　

— Не бойся, Верочка, милая. Я тебя не обижу. Просто боюсь, что ты глупостей наделаешь. Убежишь. А здесь много разных людей и кто-то может причинить тебе вред.　

Подняла на него удивлённые глаза, — прохладно поинтересовалась:　

— А по какой причине ты относишься ко мне как к обделённой интеллектом?　

— Эээээ…　

— Не смей делать из меня убогую. И приказывать мне не стоит. И вообще… У меня муж есть! — зачем-то выпалила я.　

Он изучающе смотрел на моё смущённое лицо.　

— Врёшь, — безапеляционно заявил он, наклонившись к уху.　

— Ну, то есть жених, — продолжала тонуть я.　

— Как зовут?　

— Мммм…　

— Опять врёшь, — со сдерживаемым весельем констатировал он.　

— Есть любимый мужчина, — чуть не плача, добавила я и уронила голову, сама понимая как жалко звучит моя ложь. — Я люблю…　

— Потом раскажешь, — пробормотал Макс, склонился к моему лицу, надавливая на подбородок, заставив приоткрыть рот и скользнул языком внутрь.　

Трепыхнувшись в обхвативших меня руках, я замерла от ощущения дежавю. Сама не заметила, что отвечаю ему и, обхватив за шею, притянула к себе. Он сдавленно стонал, стискивая меня крепче. Но внезапно отстранился и, тяжело дыша, уперся лбом в мой лоб. Закрытые веки подрагивали от напряжения.　

— Прости… У меня несколько месяцев не было…Я не должен был пользоваться твоей беспомощностью…　

Я разозлилась. На эту ситуацию, на то, что он считает меня слабой и недалёкой, что на моём месте могла быть любая. Ловко пробежав пальцами по его шее, я откинула от себя обмякшее тело.

— Задолбал, — я встала с кровати и потянулась всем телом, с удовольствием наблюдая за ошарашенным взглядом мужчины, — Когда целуешь девушку и она тебе отвечает- благодари, а не извиняйся. Вместо того, чтобы сделать её довольной, своими соплями ты делаешь её жалкой.