Мир Цитадели, стр. 79

Мину еще поставить? У Лины в рюкзаке есть, она в нашей группе, хоть и на связи сидела, так что экипировалась как все. На стену наклеить и направить вниз по лестнице? Черт, это возня, отвлекаться придется, а эти придурки снизу в любой момент ломануться могут.

Что они сейчас сделают? Сунутся к реактору все же?

— «Фирма», проезд, где засаду устроили, наблюдаешь?

— Да, постоянно.

— Они могут попытаться прорваться к реактору.

— Я жду.

— Маркин, ты как?

— Шевелиться могу, — ответил он почти сразу.

— К окну, чтобы проезд у реактора видеть, добраться сможешь?

— Смогу.

— Бери машинку и жди там. Оставшиеся фугасы на первой кнопке. «Фирма», у тебя еще одна мина не задействована, так?

— Так точно.

— Тогда не забудь про нее, случись чего.

Снизу трындят о чем-то, разговор нервный, кто-то даже ругается визгливо. Похоже, что в растерянности. То есть сейчас попробуют предпринять что-то еще. И очень может быть, что не здесь, просто выход перекроют.

Есть, снова шаги снизу, осторожные. Додумались до чего-то. Прямо подо мной встали, похоже, площадкой ниже. Что-то мне это не нравится, если честно. А вот если так?

Еще граната полетела вниз, как раз по тому пролету и на ту самую площадку. Крик, топот, взрыв, ругань, причем такая, что никаких сомнений в том, что кому-то еще досталось. Что они хотели сделать? Явно же придумали что-то… Так, позицию надо менять, идти на площадку выше. Можно считать предчувствием, но на самом деле трезвая оценка ситуации — если не уходят, то могут что-то придумать. Что? Да хотя бы способ направленный заряд прилепить к потолку и попытаться пробить перекрытие. И что тогда со мной будет?

Выпустил три быстрых коротких очереди просто вниз, для отвлечения внимания, а сам, стараясь ступать как можно тише и продолжая постреливать, чтобы заглушить шаги, забежал на пролет, к Лине. И палец к губам прижал, мол, тихо. Она поняла, кивнула. Заодно передала мне еще гранату.

Жестом показал ей, чтобы поднялась выше. Она замотала головой, сделала страшные глаза и изобразила рукой что-то вроде когтей. Я недоуменно вытаращил глаза, и тогда она одними губами совершенно беззвучно прошептала: «Гоблин. Боюсь».

Ну да… там же у нас бешеная тварюга за дверью. А я о ней за всей этой суетой и нервами и забыл вовсе.

Кстати… да, кстати…

Я чуть хлопнул Лину по плечу, приказывая идти вверх, и поднялся с колена сам. «Давай, давай», — так же, одними губами. Она подчинилась, тихо пошла вперед, а я следом за ней, оглядываясь и не отводя ствол ручника от лестницы.

Третий этаж, вот дверь, за которой гоблин, почуяв нас, запыхтел и засвистел, снова качнулась дверь — скотина опять попробовала ее на прочность. Жестом показал своей напарнице, чтобы она поднялась еще выше и контролировала лестницу, сам же присел у перил, вытащив из поуча хлопушку и керамический нож. Так, теперь все сделать по порядку и не напутать.

У Лины вид испуганный, к слову. Врага не боится, а вот от соседства гоблина нервы разгулялись. У меня тоже, кстати, но я это старательно скрываю, даже от себя самого.

Твари пугаются громких разрывов. Подозреваю даже, что их так программировали, есть такая мысль. Чтобы можно было отгонять, не убивая. Недаром в том сарайчике возле «двери» даже запас хлопушек хранился и инструкция, как ими от хищников отбиваться.

Пулемет на ремень, в левую руку гранату, в правую нож, сначала режем, затем отбегаем, затем кидаем. В таком вот порядке.

Тварь, чувствую мою близость, занервничала, заскребла пол когтями, кажется, затем издала свой фирменный «насосный» звук. Нормально, таким ты мне и нужен, активным и нервным.

Нож перехватил удерживающую створки стяжку двумя движениями, и не успела она упасть на пол, как я уже метнулся по лестнице вверх, оттолкнув Лину в сторону и почти полностью укрывшись за следующим пролетом. Я ожидал того, что гоблин пронесется сквозь двери ядерным тараном, но тварь просто раздвинула освободившиеся створки собой и неторопливо, водя уродливой головой из стороны в сторону, вышла на лестницу.

И тогда я просто выждал секунду, сокращая жизнь замедлителя, и катанул хлопушку вниз по ступенькам. В последний момент успел заметить, как гоблин, взвизгнув, посмотрел в мою сторону — да, он на движение наводится, однозначно, а затем я укрылся за лестницей, чтобы не ослепнуть, там грохнуло, визг мгновенно перешел в самый верхний регистр, а затем тварь со всей скоростью ломанулась вниз по лестнице.

— Давай, беги, там хорошо, — прошептал я вслед, после чего сам быстро спустился на пролет, где и устроился снова с пулеметом наизготовку. — Тебе понравится.

Гоблину долго бежать не пришлось, дальше все слилось в какофонию звуков: визг твари, которую специально конструировали для того, чтобы она могла всех в клочья рвать в тесных пространствах, крики хавийя, заполошная стрельба. Гоблин все же нашел для себя множественные цели и атаковал их со всей яростью, что скопилась в нем за время сидения взаперти. И тогда я решил внести свою лепту во весь этот праздник жизни и кинулся, уже не маскируясь, вниз по лестнице, выхватывая на ходу следующую гранату.

Пролет, второй, еще не вижу, но уже слышу, что все творится прямо вот здесь, на несколько ступенек ниже. Даже не выглядывая, кинул гранату туда, в кучу, отскочил назад, перехватывая ручник, дождался взрыва, стеганувшего осколками по стенам, чуть высунулся и опорожнил одной длинной очередью весь магазин до дна, по мечущимся фигурам, гоблину, не пойму даже живому еще или нет, но лужу крови разглядеть успел. И тут же, перезаряжаясь на ходу, понесся наверх. Сейчас, пока там все заняты, еще и мину наклеим на стенку. Пойдут, и еще сюрприз будет.

Снова по лестнице хавийя не пошли, откатились назад. Спускаться и проверять я не стал, понятное дело, но ничего не было слышно. То есть закрыли выход, и все. Что дальше? Шутихин замечал пару людей в здании напротив, обстреливал, проявляя активность. С крыши пытались стрелять из подствольников в окна, но пластик трескался, ломался, в нем разрывами пробивались дыры, и не осыпался, как случилось бы со стеклом, так что внутрь ничего так и не залетело. В конце концов я вынужден был оставить Лину дежурить на лестнице с подрывной машинкой, приказав взорвать и отступать, а сам вернулся в склад на четвертом этаже.

Маркин выглядел плоховато, но держался, глядел в окно. Разглядел и «Фирму», позицию они не меняли, стоя за углом. По проезду, в котором мы выбили первую группу, никто прорваться не пытался до сих пор.

— «Овраг», как слышишь?

— В канале, — откликнулся Власов.

— Могут пойти в объезд, с поля, чтобы наши окна взять под контроль, будь готов, не подставься. У них один крупняк есть.

— Крупняк — это плохо, — высказал он очевидное. — Ладно, придумаю что-то.

Забор вокруг территории реактора серьезный, его броневиком не завалишь, как тот, что перед нами, это сразу видно. И ветер все дует, все несет песок, хотя вроде бы стихать начал. А может, мне и кажется. Плохо, что мы вторую крышу, с которой по нас тоже вели огонь, отсюда не просматриваем, с той стороны глухая стена. А вот если с того направления к зданию склада кто-то выдвинется, то его группа Басова засечет. Впрочем, для них все равно путь один — лестница, даже если они через окна проникнут.

С боекомплектом у нас пока порядок, забросили мы тогда много. Нет, как Дом Павлова не продержимся, но пока достаточно. Сомневаюсь, что у противника боеприпасов больше.

Что-то надолго хавики затихли. Не отступили? Запросят свою базу, база затребует подкреплений из анклава. Хотя… шторм сейчас, я же видел. Не думаю, что эти самоходные баржи такие уж мореходные, не похожи. И долететь они не смогут, опять же по погоде.

19

Папа-пара-па-парара, папара-па-парара… Сидим уже почти два часа, от противника никакой активности, в районе порта они тоже не появлялись. Но минимум один наблюдатель в здании напротив есть, пару раз замечали. Это напрягает больше, чем если бы они в драку лезли. Пытаются что-то придумать, и плохо будет, если все же придумают. Пытаюсь прикинуть все возможные для них варианты, но кроме прорыва к реактору с той стороны территории, ничего в голову не приходит. Стену броневиком не свалишь, а подорвать можно, проблема небольшая. Нет, мы оттуда прикрыты, там засадный полк наш, но хавийя этого знать не должны. Или все же разведали?