Кровь дракона. Остаться в живых (СИ), стр. 110

В прошлый раз, в замке барона Кайла, когда охватившая его ярость ушла, она выжгла из Глеба все эмоции, все воспоминания о произошедших с ним изменениях. Сейчас он помнил все. Это было страшно. И непонятно... Все непонятное страшно.

Волков увидел бледные, испуганные лица своих офицеров и растерялся. Он не знал как им объяснить случившееся. Он и себе не мог объяснить! Но делать что-то нужно. Глеб не хотел, чтоб при каждой встрече с ним офицеры испуганно дрожжали. Страх порождает ненависть. Он не гнался за всеобщей любовью, поставив себе задачу вернуть в Амели как можно больше живых солдат, но как это сделать не имея единомышленников, тех, кто всей душой примет его нововведения, воплотить их на практике? Такими единомышленниками, верными соратниками должны были стать офицеры создаваемого войска, те на кого он может опереться, кому сможет доверять, так, как доверяет Раону, как доверяет Сувору, Каплю, Крангу, Нанту, Гроху... Но станут ли после всего случившегося? Какие могут получиться соратники из тех, кто тебя боится до дрожи в коленках?

Объяснять ничего не потребовалось. Он до сих пор в душе оставался чужаком и то, что для всех остальных было понятно, оставалось для него тайной за семью печатями.

- Господин, прошу меня простить за мое самовольство. Больше такого не повторится. - свернувшийся на земле в клубочек сэр Або встал на одно колено и покаянно склонил голову.

- Господин... господин... господин... - эхом донеслось со стороны свиты. Один за другим ликторы преклоняли колено. Их примеру последовали простые солдаты.

Для простых фароссцев воля крылатых правителей - а Волков своим преображением напомнил им, что, не смотря на простоту нравов и отсутствие присущего большинству благородных высокомерия, принадлежит к правящему дому, - была превыше всего, ведь, именно драконы защищали и оберегали свою страну на протяжении сотен лет. Иностранцы-наемники не испытывали перед драконами такого пиитета, но переходя на службу Фароссу, они преносили присягу верности престолу, а честь наемника зачастую не уступала чести рыцаря - правда, большинство дворян не спешило это признавать.

И то, что перед яростью Данхельта пасовали даже бывалые, не раз смотревшие в глаза смерти бойцы, тоже никого не удивляло. Известно же, что перед гневом фаросских владык случалось склоняли головы даже гордые и независимые правители соседних государств, что уж говорить про простых людей. Нужно просто сделать правильный вывод из случившегося и больше не забывать, что Данхельт Фаросс не обычный приятель-собутыльник-соратник, а наследник престола. Дракон. А пытаться манипулировать драконом... Можно найти менее болезненный способ покончить с собой.

Волков не понимал многого, но в одном был уверен, бросив взгляд на лица своих бойцов - случившееся не оттолкнет от него соратников, наоборот, они станут еще более рьяными помощниками во всех начинаниях, ведь, окружающие лично убедились, что в Данхельте пробудился дракон, та его сущность, что составляет саму основу крылатых владык неба. Тех из них, что не отгородились от людских бед, удалившись на окраины мира, а связали свою судьбу с родом человеческим - фаросских драконов.

Для себя же Глеб нашел довольно логичное объяснение произошедшему. Есть же примеры, как некоторые люди в стрессовой ситуации, испугавшись или, наоборот, разозлившись демонстрируют необычные способности, например, перепрыгивают двухметровый забор, спасаясь от опасности, падают с десятого этажа и остаются невредимыми, поднимают неподъемный для обычного человека груз, выручая близкого человека. Используют так называемые скрытые резервы. Наверное, и он непроизвольно задействовал эти самые скрытые возможности доставшегося ему от Данхельта тела. А что логично: Данхельт - дракон и способности у него - драконьи. Хороший бонус если научиться осознанному их использованию, а не только спонтанным, неконтролируемым проявлением в состоянии ярости. Так он скорее напоминает бомбу с неисправным часовым механизмом. Толи взорвется, толи нет и неизвестно когда это произойдет.

Волков не знал, что то, что с ним происходит у Младших называется инициацией, пробуждением истинной сущности дракона. И неизвестно сколько еще таких неполных преображений ему придется пройти, чтоб воспринять свою - теперь уже свою! - вторую ипостась.

Позже Глеб попытается прояснить ситуацию, выясняя у Тханга по поводу необычных способностей своего нового тела, но ничего вразумительного от него не добьется, будет вынужден отступить, сделав себе заметку на будующее: поговорить по поводу произошедших с ним изменений с Эрно или Эливьеттой - уж они то должны знать, что с ним происходит...

А пока нужно лучше контролировать свои эмоции, чтобы гнев не брал верх над рассудком. Иногда такие вспышки ярости могут помочь, но не стоит использовать их слишком часто. Войску нужен хладнокровный, рассудительный командир, а не безумец с маниакальной страстью к убийству.

...Отправляться на поиски отряда Раона Волкову не пришлось. На следующий день его помощник сам объявился в лагере. А судя по сопровождающему Раона отряду наемников и немаленькому обозу, миссия префекта была успешной.

Когда Раон въехал в лагерь, сопровождаемый радостными криками высыпавших навстречу солдат, он почувствовал, как давивший на него все дни груз ответственности упал с плеч. Он вернулся, выполнив приказ своего командира!

Разместив новоприбывших, Раон прихватил с собой Густава Брэя, Кранга, Линса - командира самого крупного из присоединившихся отрядов наемников, численностью около шестидесяти человек, мастера Гольбрейна с его учеником, и Сола, отправившись на доклад к Данхельту. Несомненно, маркизу уже доложили о прибытии отряда, но командир должен получать информацию из первых рук, а не из гуляющих по лагерю сплетен. И такую информацию Раон собирался предоставить Данхельту, подготовив полный отчет о достигнутых договоренностях с торговым домом Никсов, список закупленного и численность нанятых бойцов. Лишь тогда полученный от наследника престола приказ будет считаться полностью выполненным.

Однако, по пути Раон с грустью убедился, что судя по всему добраться до наследника престола целым и невредимым ему не суждено. Если большинство встреченных солдат и офицеров приветствовали его радостными криками, то старые товарищи не собирались ограничиваться одними сотрясающими воздух воплями. Нант, неожиданно выскочивший из-за шалашей, так, что чуть не столкнулся лбом с возглавляющим процессию Раоном, резко затормозил, собираясь обругать недоумков так лезущих под ноги, но, узнав приятеля, так и застыл, лицо его с растянувшейся от уха до уха улыбкой приобрело несколько глуповатый вид.

- Раон, дружище! - взревел Нант, когда к нему вернулся дар речи, качнувшись вперед, сжал не успевшего увернуться префекта в объятиях так, что суставы заскрипели. - Рад! Как же я рад тебя видеть! Вернулся! Мы уже, признаться, заждались!

Раон тоже был рад встрече, но попытался скрыть обуревавшие его эмоции под недовольным бурчанием:

- Рад он, как же? Судя по тому, как ты отощал за время моего отсутствия, то не столько мне рад, сколько тому, что наконец-то сможешь набить свое ненасытное брюхо.

Его напускное недовольство не обмануло Нанта. Хохотнув, он выпустил полузадушенного друга из своих объятий и ответил:

- Кто отощал, я? Просто растопил накопившийся жирок... А если и отощал, - с некоторым вызовом сказал он. - то это не от плохой кормежки, а только от беспокоства за одного балбеса невесть куда запропастившегося.

- Но-но-но! Что за оскорбления старшего по званию, давно в караулах не стоял? Так могу устроить. - с наигранной строгостью заявил Раон. - Совсем тут без меня распустились. Пользуетесь в мое отсутствие добротой командира.

- Воспользуешься ей, ага. Наш командир и без тебя шороху навести может. - поддразнил его Нант, но Раон внезапно построжел, не поддержав шутливого тона дружеской перебранки:

- Что-то случилось? - голос его выражал нешуточное беспокойство.