Развилка (СИ), стр. 49
- А если немцы решат вас прижать?
- Они могут, - согласился Краснов. - Но тогда они потеряют поддержку казачьего народа, а русские сделают выводы. А это уже серьезно. У нас на фронте больше двадцати тысяч казаков, которые хорошо вооружены и знают, ради чего дерутся. И в тылу еще десять. Просто так нас уже не задавить, а за себя мне не страшно. Если придется пострадать за общее дело - значит, Господь так рассудил и посылает мне очередное испытание.
Трухин осмотрел помещение и спросил:
- Нас точно не подслушивают?
- Точно, - Краснов кивнул.
Командующий РОА немного помолчал, обдумал слова атамана и посмотрел ему в глаза:
- Что посоветуете, Петр Николаевич?
- Тянуть время и давить на немцев, в первую очередь на Розенберга и высший генералитет Вермахта. Не распылять силы РОА, подтягивать их поближе к югу и беречь людей. Еще год и немцы выдохнутся. Вот тогда вы сможете диктовать условия, а казаки помогут. Подбирайте людей для будущего правительства, Федор Иванович, и не подставляйтесь.
- Считаете, немцы не выиграют войну? - помрачнел Трухин.
- Да. И вы, между прочим, тоже. Разве я не прав?
- Правы, Петр Николаевич. Хотя... Вскоре в войну вступит Турция...
- Мне это известно, - Краснов усмехнулся. - Но сейчас турки вояки слабые и отстали в военно-техническом развитии. Они будут прикладывать усилия на Кавказе и Ближнем Востоке. Поэтому на Восточный фронт влияние окажут незначительное.
- Тем не менее, у большевиков на Кавказе восемь стрелковых армий и две воздушных. Это помимо Черноморского флота и Каспийской флотилии. Да еще в Персии пара-тройка дивизий.
- Все эти армии по мощи как корпуса, в каждой по двадцать-тридцать тысяч бойцов. В дивизиях огромный некомплект в личном составе, не хватает вооружения, техники и боеприпасов. При нашей помощи немцы могли бы расправиться с ними самостоятельно. Но, честно говоря, у казаков нет никакого желания сражаться за Грузию, Армению и Азербайджан. Главное - родная земля. Повторюсь - турки на ситуацию Восточного фронта повлияют незначительно. Главные битвы идут, и будут идти в районе Петрограда (Ленинграда), под Москвой и Царицыным.
- Соглашусь с вами, - Трухин поднялся из-за стола. - Мы один другого поняли. Надеюсь, у вас, а затем у нас, все получится.
Генералы сделали перерыв, и после него прошел военный совет, на котором штабисты РОА сделали доклад о положении дел на восточных фронтах, с севера на юг, а затем были приняты некоторые решения.
Обстановка на фронтах следующая:
Усиленная немецкими горными стрелками финская армия в очередной раз попыталась перейти в наступление. Но успехи оказались незначительными. 20-я горная немецкая армия смогла дойти до Мурманска, а затем была отброшена 14-й советской армией обратно на исходные позиции. Финны вели обстрел Петрозаводска и на решительный штурм не решались. Перерезать железную дорогу, которая связывала Мурманск с Большой землей, не вышло и цели наступательной операции достигнуты не были. Это в то время, когда северные конвои из Англии продолжали доставку в СССР через Архангельск танков, самолетов, топлива, амуниции и боеприпасов. А немецкие ВМС хоть и докладывали о новых победах на море, заблокировать северные порты Советского Союза не смогли и сами несли потери.
Группа армий "Север" и финская оперативная группировка "Карельский перешеек", продолжали топтаться под Ленинградом. Обе стороны завязли в позиционной борьбе и все глубже закапывались в землю. Против немцев на этом участке большевики держали войска Ленинградского и Волховского фронтов, Ладожскую флотилию и Краснознаменный Балтийский флот, достаточное количество авиации и артиллерии.
Группа армий "Центр" стояла на развалинах Москвы и прилегающих к столице районах. Немцы хотели продвинуться дальше на восток, к Иваново, Владимиру и Мурому. А советские войска пытались отбить Москву и отогнать противника на запад. Столица есть столица - святое и сакральное место для миллионов людей. Поэтому битва за нее, несмотря на отступление Красной армии, не прекращалась. В этой мясорубке ежедневно погибали и получали ранения тысячи людей. Бои шли круглые сутки без перерывов и немцы стали бояться отправки под Москву. Одно это название уже вгоняло их в дрожь, и командование Вермахта было вынуждено просить о помощи союзников, и бросало в пекло вассалов. Под союзниками подразумевались русские и казаки, венгры, итальянцы, чехи, румыны и прочие европейцы. А под вассалами прибалты, украинцы и белорусы. Но желающих умирать за развалины древней русской столицы было немного, и основная тяжесть сражений по-прежнему лежала на немцах. Силы советских войск на этом направлении, тем временем, постоянно увеличивались, и мощь Красной армии росла на глазах. Дивизии Северо-Западного, Западного и Брянского фронтов снабжались лучше других. Поэтому успехи немцев на этом направлении были скромными, и существовала опасность, что в ближайшее время Красная армия перейдет в массированное наступление.
Группа армий "Юг" отделила часть своих сил на создание группы армий "А". Однако она сохранила мощь, сражалась и продвигалась вперед. На левом фланге сдерживала контратаки Воронежского и Юго-Западного фронтов. А основной удар направила на Сталинград. Немцы рвались к Волге, теснили на восток дивизии Донского и Сталинградского фронтов, и надеялись очень быстро захватить Сталинград, а затем форсировать великую русскую реку.
Группа армий "А", в которой сражались русские и казачьи подразделения, в это самое время покоряла Северный Кавказ. Против нее сражались войска Закавказского фронта и двух армейских групп: Черноморской и Северной. Фронт проходил по линии Гагры - Клухорский перевал - Кисловодск - Моздок - Буденновск (Святой Крест). Советские войска сражались храбро. Но сила была на стороне немцев и союзников. А в самом скором времени (это уже не было секретом) в войну вступит Турция и Кавказ перестанет быть советским.
Таково положение дел на фронтах, а что касательно решений командования РОА, из главных можно выделить три:
Первое - лагерь по формированию войск РОА необходимо перевести из-под Киева в район Новочеркасска. А помимо того развернуть еще один вблизи Орла или Курска. Это при условии, что будет получено разрешение немцев.
Второе - на просьбу командования группы "Центр", которая была поддержана Генштабом, отправить на Московское направление две пехотные дивизии: переформированную и воссозданную 1-ю, а так же новую 5-ю. Возражать все равно бессмысленно - просьба немцев равносильна приказу и выступить против, значит взбунтоваться.
Третье - передать под командование Управления Казачьих Формирований полки 2-й казачьей кавалерийской дивизии и разрешить полковнику (уже полковнику) Кононову развернуть свой 102-й Донской казачий полк в бригаду.
Военный совет длился три часа. А после его окончания генерал Трухин встретился с народом, который ждал его возле штаба, и главнокомандующий с удовольствием фотографировался с местными жителями и детьми. После чего он отправился на аэродром и его кортеж был обстрелян советскими диверсантами. Засада была устроена грамотно, на одной из улочек на окраине города. Пять машин в хлам, их посекли из пулеметов и автоматов. Погибло полтора десятка штабных офицеров, двадцать солдат охраны и несколько горожан, которые попали под огонь случайно. Но сам Трухин уцелел и отделался ранением в плечо.
33.
Святой Крест. 15.07.1942.
В Святой Крест, бывший Буденновск, которому вернули прежнее название, я въехал после полудня. Машина, которую мне выдали в штабе Казачьих Формирований, потрепанный советский ГАЗ М-1 "эмка", часто ломалась, дороги были разбиты, и водитель, пожилой урядник Семенов, постоянно бухтел и выражал свое недовольство. Это напрягало, и я одергивал его. Он на время затихал, а потом снова начинал проклинать дорогу, автомобиль и немцев на блокпостах, которые нас тормозили. Надоел. Настолько, что хотелось вытащить его из машины, затащить в кусты и дать по морде. Однако приходилось себя сдерживать. Свой человек - казак. А на своих, тем более старших по возрасту, бросаться с кулаками нельзя. Это против всех казачьих правил, заветов и адатов. Стычки между казаками случались, не без этого. Но гораздо реже, чем в других частях РОА, Вермахта или Красной армии, и каждое подобное происшествие служило поводом для сбора казачьего круга той части, в которой оно произошло.
