Развилка (СИ), стр. 39

"Финские союзники при поддержке немецких горнострелковых дивизий в очередной раз попытались отрезать Мурманск от остальной части СССР. Неудачно. Большевики смогли удержать Петрозаводск и продолжают контролировать основные железнодорожные пути сообщения северных областей. Попытки группы армий "Север" помочь финнам успехом не увенчались, отбито несколько деревень, но Ленинград по-прежнему держится, и выйти к Ладожскому озеру, не получилось"...

"В прибалтийских странах, на Украине и в Белоруссии прошли многочисленные массовые митинги в поддержку присоединения этих территорий к Третьему Рейху. Не обошлось без эксцессов. Часть украинских националистов попыталась разогнать народные сходы в поддержку Германии. Однако они были встречены другими украинскими патриотами и между ними произошли стычки. Имеются жертвы. Виновники беспорядков задержаны"...

"В Латвии, Эстонии и Литве сформированы первые армейские бригады, которые примут участие в штурме Ленинграда. В Белоруссии развернули корпус краевой обороны. В западных областях Украины создается добровольческая моторизованная дивизия"...

"Несмотря на бомбардировки Германии авиацией союзников, благосостояние немцев поддерживается на хорошем уровне, а мощь государства растет. В ответ на варварские бомбежки, которые нарушают все довоенные конвенции, Люфтваффе совершает ответные "акции возмездия". Под ударом Лондон, Бирмингем, Портсмут, Плимут и Дувр"...

Диктор замолчал и заиграл бодрый военный марш. Ваня Сахно поднялся с койки, медленно подошел к раструбу радиоточки и сбавил громкость. После чего он взял табурет, поставил его на проходе, присел и задал вопрос:

- Как дальше будем жить, браты?

- О чем ты? - не вставая, обратился к нему Коля Золотов, очень хороший пулеметчик.

- О том, что первая серьезная операция нас сильно проредила, - Ваня поморщился и добавил: - Еще одна такая и мы все поляжем.

- Это война... - флегматично отозвался Петя Жеронкин, самый старший среди нас, ему уже двадцать шесть лет и где-то на Кубани у него жена и двое детей. - На войне стреляют и убивают... Если есть, что предложить, говори... А нет, лучше помолчи...

- Предложить? - Сахно почесал затылок. - Надо вернуться к нашим, в 1-ю казачью дивизию.

- Как ты это сделаешь? - Жеронкин усмехнулся.

- Нужно выйти на прежних командиров. Тут неподалеку штаб дивизии. Если через забор перемахнуть, а потом среди казаков оказаться, знакомого обязательно встретишь. Весточку послать, мол, вытаскивайте. Глядишь, поможет.

- Это фантазии. Ничего из этого не выйдет.

- Почему?

- Тебя для чего обучали? Для выполнения диверсий. Время потратили и силы. А теперь ты хочешь уйти? Никто тебя не отпустит. А если надоело воевать, молча, продумай, как сделать себе инвалидность, и свободен.

- Не о том речь, надоело или нет. Я воевать не против, а очень даже "за" и мой личный счет к большевикам, которые деда прямо в хате расстреляли, мать сначильничали, а батю повесили, не закрыт. Все помню и ничего не забыл. Но я хочу дожить до конца, посмотреть, что будет после войны, семью завести и свою хату поставить. Чтобы все по-людски было. Как положено. А в этом подразделении наши шансы на выживание невелики. Нас ведь в самое пекло кинули и дальше кидать будут. А командир хоть и боевой, но все время на рожон лезет. Сам по себе я ничего не добьюсь, а если вместе будем, глядишь, все сложится и вернемся в дивизию.

- Нет, - Жеронкин махнул рукой. - Не выйдет. Раз уж Абвер в человека вцепился, не выпустит. Да и вообще, не забивай себе голову лишним. Братов, кто погиб, жаль. Но такова казацкая доля. Так деды-прадеды жили, войной, так, видать, и нам суждено. Не торопись. Время еще есть. Прямо завтра нас в бой не пошлют. Группу обязательно будут пополнять и если повезет, месяц-другой поживем в казарме, откормимся и силушку вернем.

Сахно посмотрел на Золотова:

- Коля, что скажешь?

Золотов ответил сразу:

- Я против. Не надо дергаться. Погоди чутка.

- Андрей? - Ваня посмотрел на меня.

Разумеется, я поддержал Жеронкина. Остальные казаки тоже. А сам идти в самоволку Сахно не решился, успокоился и вернулся на койку.

Наступила тишина и, наконец-то, я заснул. Отдыхал несколько часов, проснулся бодрый и без дурных мыслей в голове. Поужинал сухим пайком, который принес немецкий солдат. А затем появился наш командир, который был в своем лучшем мундире со всеми положенными знаками различия и прежними наградами.

- Смирно! - отдал команду первым заметивший офицера казак.

Все встали.

- Вольно, - махнул рукой Беринг, присел на койку и махнул рукой: - Все сюда!

Мы встали вокруг немца и он, окинув нас взглядом, заговорил:

- Дело сделано. Вы показали, на что способны, и весьма влиятельные чины Абвера и Вермахта вами довольны. Казаки зарекомендовали себя с самой наилучшей стороны, и на поле боя, и в тылу противника, и при охране наших тылов. Следовательно, это скажется на всем: на подчиненности, на важности боевых задач и на том, кому быть хозяином казачьих земель. Про награды говорить пока не стану, всему свое время. А сейчас расклад такой - покидаем эту казарму и перебираемся в частный дом на Большой Садовой. Он станет нашей временной базой. После чего всем увольнительная. Обязательные условия - держаться группами по два-три человека, каждый день появляться в расположении, подтверждать, что вы живы и здоровы. В городе соблюдать дисциплину и порядок. На окраины лучше не соваться. Оружие - пистолеты, они всегда должны быть при вас. Свою принадлежность к Абверу не афишировать. Эти увольнительные моя инициатива. Под мою ответственность. Мой вам подарок и благодарность за службу. Поэтому не подводите меня. Пять дней отдыхаем. Потом начнется новый этап подготовки. Прибудут казаки, такие же, как и вы. Их придется научить всему, что вы умеете и знаете. Когда нас снова пошлют в тыл врага - неизвестно. Вопросы?

- Что с нашими вещами и денежным довольствием? - спросил Золотов. - А то не хочется по городу гулять с пустыми карманами.

- Все решено. Ваши вещи уже на новой базе. Там же, надо полагать, и финансы. Все в целости и сохранности.

- Пределы города покидать можно? - вопрос от Сахно.

- А тебе зачем?

- Родню хочу навестить, она у меня в Старочеркасской станице.

- Думаю, можно. Обсудим это позднее.

Больше вопросов не было и, собрав свои нехитрые пожитки, с рюкзаками и оружием, отряд "Фалширм" покинул казарму артиллерийского училища. На новом месте нас уже ждали два пожилых урядника, которые непонятно каким образом оказались в подчинении у Беринга, видимо, очередные его знакомые по загранице. Вещи, как и обещал командир, уже были здесь. Помыться-побриться недолго, вода есть, и вечером я вышел в город. Справа казачья. На ремне наградной кинжал от командования 102-го Донского казачьего полка, а в кобуре пистолет. Рядом браты и перед нами большой город. После всего, что с нами произошло, можно сказать - мы попали в сказку. Правда, город под немцами и союзниками, на улицах кругом германские, венгерские и румынские мундиры. Но мы надеялись, что это временно, и не обращали на союзников внимания.

26.

Кашира. 01.05.1942.

Пока группа армий "Юг" продолжала свое победоносное наступление и части РОА: 2-я и 3-я пехотные дивизии, 1-я казачья дивизия и Особая казачья бригада; входили в города и станицы Дона и Кубани, на севере происходила битва, о которой ведомство доктора Геббельса предпочитало много не говорить. Советские военачальники, научившись воевать, с учетом прошлогодних ошибок, разработали операцию под кодовым названием "Марс". После чего Красная армия, собрав в кулак немалые силы, перешла в наступление на московском направлении.

На участке Брянского и Западного фронтов советские войска смогли добиться перевеса в авиации, артиллерии и танках. Оставалось дождаться удобного момента, разгромить немецкие армии, 4-ю и 16-ю полевые, а потом освободить столицу, точнее то, что от нее осталось.