Шпионские страсти, стр. 53

До резиденции Нольди добрались за четверть часа. Слово «дом», конечно, было слишком скромным. Из-за железного, выкрашенного в чёрный цвет забора на нас взирал самый настоящий особняк. Стоя в тени раскидистого вяза, я внимательно изучала внутренний двор и стены, благо что, без сомнения, прочные, но узкие прутья не слишком препятствовали обзору. Через решётчатую ограду, кстати сказать, и перелезть с моими навыками проще, чем через сплошную, и даже острые верхушки, венчающие прутья, тут не помеха.

Я вжалась в ствол, пережидая, пока мимо скучающей походкой пройдёт стражник. Потом тихонько возвратилась к остальным, поджидавшим немного поодаль.

Действовали без лишних слов, по-деловому, в соответствии с полученными в лагере указаниями. Всё-таки ребят Таггарт подобрал неплохо. В его банду явно не принимали кого попало.

Волк помог мне влезть на забор. Спрыгнув с той стороны, я пригнулась и пару секунд постояла, оценивая обстановку. Потом, всё так же пригнувшись, метнулась к яблоне, которая росла примерно посередине между оградой и собственно особняком. Фруктовым садом здесь и не пахло. С этой стороны от дома растительности вообще было мало, не считая обыкновенной травы. Скорее всего, яблочное семечко попало сюда в своё время случайно и проросло благодаря обильным дождям, а уж дальше садовник или хозяин дома решил ухаживать за ростком, пусть тот и пробился в непредназначенном для этого месте. Теперь яблоня немало мне помогла, давая передышку на полпути.

Удостоверившись, что стражник в зоне видимости пока не появился, я бросилась дальше. Схватилась за ветку плюща, здесь, внизу, достаточно крепкого, поставила ногу на камень, чуть выступавший вперёд, подтянулась. Ставень на первом этаже, карниз, очередная неровность стены, при должной сноровке позволяющая упереть ногу… До нужного окна я добралась быстро, хотя и выложиться к тому моменту, как мои ботинки коснулись нужного подоконника, успела по полной. На пол спрыгнула, уже держа в руке нож…

Обстановку оценила лишь вскользь. Мебель из орехового дерева, тёмно-коричневые гардины, канделябр на письменном столе и небольшая люстра под потолком… Но главным образом моё внимание привлекли люди. Их было отнюдь не двое, как обещал Таггарт, а целых пятеро. Впрочем, наиболее неожиданным было не это, а скорее тот факт, что прогнозы Нарцисса также не оправдались. Я была достаточно хорошо знакома с изображениями принца Освальда Эркландского, также называемого в народе Вороном, чтобы опознать сидящего в кресле мужчину с орлиным носом, густыми бровями и чёрными как смоль волосами. Надо же, всё-таки пришёл.

Не один, конечно. По обе стороны от принца расположились вооружённые до зубов телохранители. Двое справа, один слева. Пятый человек, находившийся в кабинете, был моим соотечественником. И я готова была поставить сто золотых, что это вовсе не хозяин дома, а представитель моего ведомства. Прибывший сюда специально, дабы проследить за моими действиями и удостовериться, что я не провалю задание, а также не займусь отсебятиной.

Принц с места, ясное дело, не поднялся, однако же упрекнуть его в отсутствии внимания к моей персоне тоже было нельзя. Напротив, он рассматривал эту самую персону с огромным и нескрываемым интересом.

— В первый раз в жизни вижу настоящего иностранного агента на задании, — заметил он, должно быть, посчитав нужным объяснить причину своего любопытства.

Я хотела было сказать, что тоже впервые вижу живого иностранного принца, но решила от комментария воздержаться. Сочтут чрезмерной дерзостью, а то и вовсе сделают из моего высказывания вывод, что раньше я видела принцев исключительно мёртвыми.

— Тем более такого красивого агента, — добавил принц.

Ну всё, теперь мне остаётся растаять окончательно. Но таять я не спешила, вместо этого покрепче перехватив рукоять ножа. Телохранители напряглись, а вот его высочество и бровью не повёл.

— Продолжайте свою работу, — сказал он с полуулыбкой. — Полагаю, промедление не в ваших интересах.

Я благодарно склонила голову.

— Действуйте, Кобра. — Человек из моего ведомства, по-видимому, счёл нужным отметить, что Эрталия в его лице солидарна в данном конкретном случае с иностранным принцем. — Я уполномочен сообщить вам, что никаких изменений в переданных ранее указаниях нет. Продолжайте действовать в соответствии с инструкциями.

Я с трудом преодолела желание поморщиться. Подлинный профессионал своего дела никогда не станет тратить время на такие вот ничего не значащие сообщения. Тем не менее я послушно кивнула, после чего метнула нож. Клинок благополучно вонзился в стену прямо у эрталийца над головой.

— Какого демона?! — гневно воскликнул он, мгновенно побледнев.

— Действую в соответствии с указаниями, — бодро отрапортовала я. — Бросаю нож для максимальной достоверности. Моё движение могли видеть те, кто следит за окном.

— Но какого чёрта было бросать его сюда? — возмущённо проворчал эрталиец, уже понимая, что придраться к моим действиям на официальном уровне не удастся.

Но я уже прытко выбиралась из окна, действуя в соответствии с легендой. И потому мне не пришлось объяснять, что, дескать, не в сторону же принца швыряться ножами! В этом случае телохранители могли бы понять мои действия превратно. И разбираться, что к чему, они бы не стали. Просто изрешетили бы меня такими же ножами или болтами, прежде чем предоставить возможность объяснить мой конспиративный ход.

Агент Джозеф Кантри, больше известный в профессиональной среде как Нарцисс, сидел у окна на втором этаже предоставленного в его распоряжение дома и нервно постукивал костяшками пальцев по подоконнику. Он предпочёл бы находиться сейчас не здесь, а в резиденции Просперо Нольди, где в самое ближайшее время предстояло выполнить непростое задание его коллеге. Однако эркландцы, ответственные за безопасность своего принца, заявили, что с них хватает и эрталийских шпионов, крутящихся сейчас вокруг его высочества. Добавлять к этой компании ещё и шпиона ристонийского они не желали. Прямым текстом всё это, конечно, сказано не было, однако подразумевалось, и Нарцисс был слишком умён и опытен, чтобы настаивать. Оставалось ждать и праздно смотреть в окно — тот вариант поведения, который агент любил меньше всего. Однако о личных предпочтениях на королевской службе не спрашивают, и единственное, что мог себе позволить Нарцисс в данном отношении, — время от времени отправлять во вселенную не слишком цензурные отзывы о происходящем.

Его одиночество было нарушено появлением Такки, помощника, прибывшего вместе с ним из Ристонии. Такки, коренастый мужчина с рано пробивающейся сединой, сложных заданий не выполнял, а помогал скорее в мелких поручениях: получал и отправлял почту, просматривал местные газеты в поисках нужной информации, собирал слухи на базаре. Чем был весьма полезен Нарциссу, поскольку позволял ему сэкономить драгоценное время.

— Есть новости от нашего человека с границы, — с места в карьер сообщил он.

— Какие? — Не так чтобы Нарцисс считал эти новости неважными, но непосредственно сейчас всё его внимание было посвящено совершенно другим вещам. Вернее, так казалось молодому человеку до тех пор, пока Такки не озвучил суть пришедшего с границы сообщения:

— Сегодня на территорию Эрталии въехал Грегори Уолфорд. Я подумал, что, возможно, тебе будет важно это знать.

Нарцисс подскочил со стула, больно ударившись о раму открытого окна.

— Когда?! — почти закричал он.

— Здесь точное время не указано, — огорчённо ответил Такки, на всякий случай ещё раз заглядывая в письмо. — Но, думаю, послание нам отправили без промедления, так что, наверное, Грегори Уолфорд как раз сейчас въезжает в город. Если, конечно, он вообще направляется сюда.

— Ещё бы не сюда, — процедил сквозь зубы агент.

— А что, это… сильно плохие новости? — решился уточнить помощник.

Нарцисс рассмеялся в бессильной злобе:

— Хуже некуда.

Перед его глазами проскочили не так давно виденные картины. Будуар принцессы Леммы, обставленный точно так, как и положено личным покоям молодой дамы знатного происхождения. Падающие на стол кости. И серо-зелёные всполохи в чреве сонного шара, разрывающие обеспеченную плотными гардинами полутьму.