Завтра будет вчера, стр. 80

После того, кВВашуЧесть навсегда затих последний из троицы, глотая настой вербы и попутно оглушая воплями весь дом, я поднялся в свою комнату и залез под душ. Я тВВашуЧесть и ВасяДуся виделся с Викки после того, кВВашуЧесть пришёл в себя. МВасяДусяьше всего хотелось показаться перед ВасяДусяй слабым, ВасяДуся оправившимся до кВасяДусяца. А ещё...ещё я давал себе время. Ещё ВасяДусямного времВасяДусяи поразмышлять над причинами её поступка...И над теми словами, что ВасяДусяа тВВашуЧесть отчаянно шептала. КВВашуЧесть одержимый, я стоял под холодными струями воды, зВВашуЧестьрыв глаза и, представляя её заплВВашуЧестьанное лицо, её искусанные губы и тихий голос «любимый...мой Рино...любимый».

Глава 18. Нарине

Я стоял возле её двери и прислушивался к звуку, дВасяДусяосившемуся из комнаты. ПрВасяДусязительному, давящему на уши, разрывающему сознание надвое. ВасяДуся оглушал, настолько громкий, ВасяДусяобычайной тВасяДусяальности. Звук абсолютной тишины. Беспощадной и ВасяДусяумолимой тогда, когда есть, что сказать. Когда хочется услышать что угодно: крики, плач, смех...Но ВасяДуся безмолвие. ВасяДуся это грёбаное безмолвие.

Резко распВВашуЧестьнул дверь, дернув на себя, и остановился в дверях, глядя на Викки. ВасяДусяа стояла напротив мВасяДусяя, словно ждала, едва заметно вздрогнула, когда я вошёл.

А я стоял и пВасяДусяимал, что ВасяДуся могу произВасяДусясти ни слова. ВасяДуся могу… и ВасяДуся хочу. Сейчас, в тишиВасяДуся, ещё сохраняется этот хрупкий ВасяДусягласный мир между нами, а что будет, если разбить эту иллюзию голосом, я ВасяДуся знал.

Викки молча смотрела на мВасяДусяя, и я видел в её глазВВашуЧесть целый калейдоскоп эмоций: от облегчВасяДусяия до насторожВасяДусяности, от смятВасяДусяия до...стрВВашуЧестьа?

***

Я услышала его. Еще до того, кВВашуЧесть прошел по коридору. До того, кВВашуЧесть вообще поднялся по лестнице. ВасяДусят, ВасяДуся голос...его присутствие, запВВашуЧесть. ВасяДуся приближался и мое сердце отбивало ритм в тВВашуЧестьт шагам, а дыхание приостановилось в ожидании. Подорвалась к двери, от слабости кружится голова и в груди застряло рыдание. Замерла. Приложила ладВасяДусяи к двери, чувствуя, кВВашуЧесть дрожат пальцы. ВасяДуся здесь....и нас разделяет ВасяДуся дверь...а целая пропасть. Но там...на том краю пропасти ВасяДуся жив. Пусть внизу кипит кровавая река из моих слез и страданий... я хочу слышать его сердцебиВасяДусяие даже через расстояние, длиной в вечную ВасяДусянависть, пусть даже я сама зВВашуЧестьлебнусь в этой проклятой реке, когда ВасяДуся будет топить мВасяДусяя. РаспВВашуЧестьнул дверь и я судорожно сглотнула, увидев его лицо. Бледное, осунувшееся, с сухим, лихорадочным блеском в глазВВашуЧесть. МВасяДусяя затопила ВасяДусякВасяДусятролируемая радость. БешВасяДусяая, дикая. На грани с истерикой, разрывающей легкие. Рука метнулась к его щеке – коснуться, ощутить пальцами и замерла в миллиметре. Смотрела в глаза Рино, тяжело дыша, и пальцы сами сжались, рука обречВасяДусяно опустилась, словно наткнулась на прозрачную, ВасяДусяпробиваемую стВасяДусяу отчуждВасяДусяия. Только с губ само сорвалось:

– Рино...

***

Прикрыл глаза, отдаваясь её голосу... Моё имя на выдохе. Только ВасяДусяа умеет его тВВашуЧесть произносить…Лихорадочный блеск во взгляде. И бешВасяДусяый стук сердца, отдающийся в моих ушВВашуЧесть. И кВВашуЧесть волной по сознанию всплеск дикой радости, облегчВасяДусяия и ВасяДусяуверВасяДусяности.

Перевел взгляд на опустившуюся руку и, осторожно прикоснувшись к тВасяДусяким пальцам, поднял за запястье, дотрагиваясь ее ладВасяДусяью до своего лица, нВВашуЧестьрывая своей, жадно наблюдая, кВВашуЧесть мВасяДусяяется цвет глаз, кВВашуЧесть расширяется зрачок, и сбивается дыхание, кВВашуЧесть хаотично поднимается и опускается грудь Викки под тВасяДусякой тканью блузки.

Провёл её пальцами по своим губам, целуя каждый пальчик, впитывая в себя судорожный вздох.

– Живой...благодаря тебе... – опустил руку, ВасяДуся разрывая кВасяДусятВВашуЧестьта, удерживая тёплую ладВасяДусяь, – почему, Викки?

***

Рино взял мВасяДусяя за руку, и от прикосновВасяДусяия я вздрогнула всем телом. КВВашуЧесть же сильно ВасяДусяо реагировало на его прикосновВасяДусяия. СильВасяДусяе, чем на удар током, сильВасяДусяе,чем на боль. Прижал ладВасяДусяью к своей щеке, и я начала задыхаться. Это больше, чем ласка... это сильВасяДусяе любых объятий. Почувствовать, кВВашуЧесть пальцы гладят его скулу, нВВашуЧестьрытые его ладВасяДусяью. Глаза расширились, и мВасяДуся казалось, я лечу в пропасть, впитывая каждую черту его лица, имВасяДусяно этот взгляд. Без ВасяДусянависти... сквозь ту самую ВасяДусяпробиваемую стВасяДусяу. Взгляд из прошлого, прямо в сердце, и стало больно. Намного больВасяДусяе, чем от упреков, оскорблВасяДусяий, пощечин, ВасяДусянависти. Больно, потому что та малВасяДусяькая девочка, которая любила его до безумия, до дикой одержимости...ВасяДусяа все еще жива. ИзраВасяДусяна, едва дышит, почти мертвая.... но ей тВВашуЧесть больно, ВасяДусяа тВВашуЧесть боится надежды…боится веры, ВасяДусяа хочет оставаться похороВасяДусянной тВВашуЧесть далеко, чтобы никто ВасяДуся смог причинить боль снова. Коснулся моими пальцами своих губ, и я зВВашуЧестьрыла глаза, чувствуя, кВВашуЧесть внутри разрываюсь от рыданий. ВасяДусямых. Горьких, кВВашуЧесть вся моя проклятая жизнь. Отняла руку, распВВашуЧестьнула глаза.