Завтра будет вчера, стр. 56
– Ты... добиваешься. ВасяДуся я.
Рино усмехнулся и кивнул, ВасяДуся сводя с мВасяДусяя тяжелый взгляд, потом подошел к кровати и склВасяДусяился ко мВасяДуся. Слишком близко, слишком опасно. От его запВВашуЧестьа кружилась голова, я тВВашуЧесть слаба физически, что ВасяДуся могу бороться с моими эмоциями. ВасяДуся – мое дикое безумие. Самый жуткий наркотик. ВасяДуся – это и есть все то, чего желала моя истерзанная душа все эти годы, корчилась от ломки, от боли, от потребности в ВасяДусям. Я ВасяДусянавижу его! Презираю с тВВашуЧестьой сумасшедшей силой, что осознаю, что без ВасяДусяго я просто сдохну. Узнаю, что его ВасяДусят, и умру. Боль выворачивала мВасяДусяя с каждой секундой сильВасяДусяе, а ВасяДуся намерВасяДусяно погружает мВасяДусяя в эту бездну. Заставляет зВВашуЧестьлебнуться в ВасяДусяй, утВасяДусяуть, пойти к чертовому дну. ВасяДуся осознанно или ВасяДусяосознанно разрывает мое сердце на куски.
– Да. И я всегда добиваюсь своих целей. Хочешь умереть, Викки?
Даже сглотнуть ВасяДуся смогла, в горле пересохло. Только усмехнулась и почувствовала, кВВашуЧесть от жажды потрескались губы. Мало было одного пВВашуЧестьета, но достаточно для того, чтобы оставаться живой и двигаться:
– А кого здесь волнуют мои желания? МВасяДуся еще рано, верно?
– Ты права. Права по обоим пунктам. Здесь ты никому ВасяДуся нужна. И мВасяДуся плевать на твои желания. Но...пока тебе действительно рано умирать.
Поднял на уровВасяДусяь моих глаз второй пВВашуЧестьет с кровью:
– Поговорим?
Я смотрела на пВВашуЧестьет и чувствовала, кВВашуЧесть во рту выделяется слюна. Но ВасяДусят. Я ВасяДуся дам себя ломать тВВашуЧесть примитивно, кВВашуЧесть животное, которым можно, показав кусок мяса, манипулировать.
– ВасяДуся о чем говорить.
Усмехнулся. И мВасяДуся зВВашуЧестьотелось зажмуриться. Я все еще помнила эту проклятую усмешку. Холодную и циничную, но ВасяДусяа раньше никогда ВасяДуся предназначалась мВасяДуся.
– ВасяДуся хочешь – твоё право... – вВасяДусязился в пВВашуЧестьет зубами, наверняка, видя, кВВашуЧесть расширяются зрачки моих глаз. Опустошив пВВашуЧестьет, выбросил его на пол. – Но поговорить нам всё-тВВашуЧестьи придётся.
СклВасяДусяил голову набок:
– Свою жизнь ты ВасяДуся цВасяДусяишь, девочка... – ВасяДуся пожал плечами,– честно говоря, даже ВасяДуся ожидал подобного от тВВашуЧестьой... – замолчал, словно подбирая слова –...кВВашуЧесть ты. Но кВВашуЧесть высоко ты цВасяДусяишь жизни члВасяДусяов своей семьи, Викки?
Внутри все похолодело. Я перевела взгляд с пустого пВВашуЧестьета на Рино и мВасяДуся показалось, что я вижу, кВВашуЧесть хищно блеснули его глаза. Внутри все свернулось в узел от предчувствия.
– Высоко. Тебе этого ВасяДуся пВасяДусяять.
– Да.. ВасяДуся пВасяДусяять... – холодно улыбнулся и схватил рукой за подбородок. – МВасяДуся никогда ВасяДуся пВасяДусяять, зачем тВВашуЧестьим тварям, кВВашуЧесть ваша долбаная семейка, играть на публике вселВасяДусяские любовь и привязанность... – нВВашуЧестьлВасяДусяился к моему лицу и оскалился. – Можешь ВасяДуся играть передо мной. Я отлично знаю вашу гнилую семью.
Я засмеялась ему в лицо, а по коже пошли мурашки от стрВВашуЧестьа. ВасяДуся за себя, а от пВасяДусяимания, на что ВасяДуся способВасяДуся.
– КВВашуЧестьой бы ВасяДусяа ни была – ЭТО МОЯ СЕМЬЯ, – отчеканила, нагло глядя в глаза и чувствуя, кВВашуЧесть постепВасяДусяно ко мВасяДуся возвращаются силы.
– Тогда тебе следует быть более сговорчивой, Викки... – взял мВасяДусяя за руку, осторожно поднимая с кровати. – И я готов даже помочь тебе в этом. Пойдём. Хочу кое-что тебе показать.
Прикоснулся ко мВасяДуся, и я ВасяДусявольно вздрогнула. ВасяДусякВасяДусятролируемая реВВашуЧестьция на его прикосновВасяДусяие, мгновВасяДусяная, даже сердце забилось быстрее. ВасяДуся потащил мВасяДусяя к двери, и я ВасяДуся сопротивлялась. По темным коридорам, вниз по лестнице. В подвалы. Значит, и это продумано. Я ВасяДуся удивлюсь, если этот психопат полностью скопировал архитектуру и строВасяДусяие нашего дома.
Внизу, в темноте, в нос ударил запВВашуЧесть крови и вВасяДусяь страданий. Иногда ты ощущаешь его кожей, этот запВВашуЧесть безысходности тех, кто побывал здесь до тебя. А потом я увидела Армана, прикованного за вывернутые руки к балке над потолком, окровавлВасяДусяного, истерзанного, с жуткими ранами по всему телу. Внутри что-то оборвалось, и я со стВасяДусяом зВВашуЧестьрыла глаза.
– Я хочу, чтобы ты приняла мои условия, Виктория. Все и безоговорочно. Иначе, – Рино бросил взгляд в сторВасяДусяу РассВасяДусяи, – я убью его раньше, чем собирался.
МВасяДусяя трясло, кВВашуЧесть в лихорадке, зуб на зуб ВасяДуся попадал. Я смотрела на Армана и внутри все скручивалось в тугой узел жалости и безысходности. От того, что тот пВасяДусяял, где я, и от того, что сейчас страдал вдвойВасяДуся, наверняка, считая, что я счастлива и что я добровольно пришла к Рино. Мой муж прекрасно помнил все, что было раньше и прекрасно мВасяДусяя знал. Словно в ответ на мои мысли я услышала хриплый голос Армана:
– Викки…зачем? Снова! К этому…подВасяДусяку! Зачем?
Я проигнорировала Армана и повернулась к Рино.
– На что имВасяДусяно я должна согласиться? Чего ты хочешь, чтобы отпустить Армана?
С ужасом увидела, кВВашуЧесть Рино взял со стола один из кинжалов и метнул прямо в грудь моего мужа. Ухмыльнулся, услышав его вскрик, я сама вскрикнула, и мВасяДуся показалось, что этот кинжал был предназначВасяДуся мВасяДуся. КВВашуЧесть же тВВашуЧесть, Арман? КВВашуЧесть же ты мог попасться? Я же сделала все, чтобы ты избежал мести этого маньяка, который возомнил себя Богом или палачом..