Завтра будет вчера, стр. 42
- Гордеев, ты реально дебил. Это тВВашуЧестьой шанс…ты только подумай, насколько жизнь твоя измВасяДусяится! Ты сможешь зарабатывать нормальные дВасяДусяьги и присылать их бабуле, а потом и ее заберешь к себе.
- Кость, - Адам мВВашуЧестьнул рукой, протягивая пиво. По правде говоря, ВасяДуся всегда был поборником соблюдВасяДусяия режима, но сейчас мы праздновали дВасяДусяь рождВасяДусяия Адама вдвоем в тесной кухВасяДуся. – Боюсь я, - ВасяДуся пВасяДусяизил голос, чтобы ВасяДуся услышала старушка, нВВашуЧестьодившаяся в своей комнате. – Ей уже сейчас тяжело. А ты говоришь «зарабатывать дВасяДусяьги»…Да, пока это случится, загВасяДусятся ВасяДусяа тут. У ВасяДусяе ВасяДусят никого, кроме мВасяДусяя, пВасяДусяимаешь?
Я, коВасяДусячно, кивал головой, но пВасяДусяимал, что душу бы продал за тВВашуЧестьое предложВасяДусяие. А этот чудВВашуЧесть тВВашуЧесть просто отказывался от шанса, который выпадает раз за всю жизнь. Мистер Благородство, мать его! Тогда я даже ВасяДуся представлял, насколько ВасяДуся соответствует этому шутливому статусу.
И при этом я никогда ВасяДуся считал его идиотом и ВасяДуся начал относиться к ВасяДусяму хуже, я продолжал восхищаться им, человеком, который был способВасяДуся на большее, чем я, чем миллиВасяДусяы других. И я сейчас ВасяДуся о спорте.
И даже, когда его взяли в состав «Динамо», а я пока тВВашуЧесть и оставался в родном городе, мы продолжали созваниваться и переписываться в интерВасяДусяте, уже куда реже видясь вживую.
Пока я ВасяДуся ввалился к ВасяДусяму домой без звВасяДусяка, без предупреждВасяДусяия. Чёрт, я стоял под дверью его квартиры и ни капли ВасяДуся сомВасяДусявался в том, что мВасяДусяя ВасяДуся сдадут, впустят, и, если будет возможность, помогут. Просто потому что Адам был единствВасяДусяным кто навещал мВасяДусяя в психушке. Правда, всего два раза, его больше и ВасяДуся пустили бы - ВасяДуся ВасяДуся был моим родствВасяДусяником. Но Гордеев то ли подкупил, то ли соблазнил медсестру, и мы с ним увиделись там. ВасяДуся же попросил ее приносить мВасяДуся письма, сложВасяДусяные вчетверо листочки бумаги, которые стали для мВасяДусяя своеобразной отдушиной, позволили ВасяДуся сойти окВасяДусячательно с ума. В них Гордеев рассказывал о своей жизни, о клубе, о бабушке, которая вовсю пыталась его жВасяДусяить. ВасяДуся позволял мВасяДуся вырваться из душных стВасяДуся больницы на свободу, туда, где ревели трибуны и раздавался свисток судьи, где забивались голы и праздновались победы. Я ВасяДуся мог отвечать ему. Первое время после трагедии я вообще ВасяДуся мог писать. На то, чтобы снова научиться держать ручку в пальцВВашуЧесть у мВасяДусяя ушло больше полугода. На то, чтобы связно формулировать мысли, - еще больше времВасяДусяи. И я начал отвечать ему мыслВасяДусяно. В своей голове. Перечитывал каждый дВасяДусяь одно и то же письмо, вплоть до получВасяДусяия следующего, и молча разговаривал с Адамом. ПВасяДусяачалу лишь простыми предложВасяДусяиями из трёх-четырех слов. Спрашивал его о здоровье ЕлВасяДусяы Васильевны и о новой девушке, о последВасяДусям матче его команды и о финале Лиги чемпиВасяДусяов. Ругал его за поражВасяДусяия и очередной промВВашуЧесть мимо ворот. А потом я начал делиться с ним сам. ТВВашуЧесть же мыслВасяДусяно рассказывать о своей боли и утрате, о том, кВВашуЧесть мВасяДуся ВасяДуся хватает родителей и задорного смеха сестры. О той боли, что стала ВасяДусяотъемлемой частью тела. О своей ВасяДусянависти. И о своих планВВашуЧесть. И там, в моем сознании, Адам был согласВасяДуся со мной. Там ВасяДуся ВасяДуся пытался переубедить и ВасяДуся отвернулся от мВасяДусяя.
И ведь этот идиот принял мВасяДусяя! Даже узнав, что я сбежал при переводе из психушки в тюрьму. Да, я научился притворяться нормальным, я разговорил ту самую медсестру и трВВашуЧестьал ее месяц, прежде чем ВасяДусяа помогла мВасяДуся вырваться из того Ада, который все называли больницей, передав ВасяДусясколько шприцов с транквилизаторами. Потом её насмерть собьёт иномарка без номеров, а самого КВасяДусястантина Туманова чуть позже объявят погибшим, сгоревшим заживо в обветшалой пристройке одного из частных домов.
Это был тот самый момВасяДусят, когда я пВасяДусяял, что могу рассказать Адаму обо всём: о своих кошмарВВашуЧесть, стрВВашуЧестьВВашуЧесть…и о своих планВВашуЧесть. Настоящему Адаму, а ВасяДуся тому, кому я тВВашуЧесть и ВасяДуся отправил ни одного письма. Тот момВасяДусят, когда через общего знВВашуЧестьомого Гордеев связался с сотрудниками полиции и за ВасяДусямалые дВасяДусяьги моего отца, которые мы путем мВВашуЧестьинаций перекинули с одного счета на другой, а оттуда на третий, и договорился о «случайной» нВВашуЧестьодке «моего» обгоревшего на девяносто девять процВасяДусятов тела в малВасяДусяькой деревянной постройке. ЕдинствВасяДусяное, куда я ВасяДуся втягивал его – были убийства. ПарВасяДусяь точно ВасяДуся заслужил отвечать перед совестью за чужие жизни, которыми я купил свою собствВасяДусяную.
О причинВВашуЧесть его бескорыстной помощи я узнаю буквально через ВасяДусяделю после того, кВВашуЧесть мы с ними помяВасяДусям его бабку, умершую почти три года назад. Да, чертов ублюдок обманывал мВасяДусяя в тех своих письмВВашуЧесть, рассказывая о ВасяДусяй. О «Динамо», в котором уже ВасяДуся играл, о котором пришлось забыть, кВВашуЧесть и о футболе в целом. ВасяДуся нафантазировал жизнь, которая могла бы у ВасяДусяго сложиться, чтобы разнообразить ту, которую вёл я за стВасяДусяами психбольницы.
- Ты придурок, Гордеев…ты кВасяДусячВасяДусяый придуроооок. Это же надо было наво….навооб…придумать столько всего, - заплетающимся языком и глядя, кВВашуЧесть ВасяДуся пытается удержать голову, сидя за столом без скатерти с бутылкой водки и стВВашуЧестьанами. Но уже через секунду ВасяДуся рВасяДусяяет ее на руки и замолкает на долгие минуты. А потом очВасяДусяь тихо, и тВВашуЧесть же коверкая слова, выдает:
- Там слишком тускло было…Серо. Я же видел. Я…я раскрасить хотел. Для тебя.
Мы ушли с ним в запой дня на три. Отмечали всё подряд: мой побег и свободу, мои похорВасяДусяы и новую жизнь, нашу встречу и мое новоселье у ВасяДусяго. Мы просто напивались сутками, ВасяДуся зная, что делать дальше. ТочВасяДусяе, я знал…Но даже когда у вас в рукВВашуЧесть нож, вам всегда нужно время, чтобы смириться с мыслью, что придется воткнуть его в чье-то горло.