Когда разбиваются мечты, стр. 52
И он указал ножом ей под подбородок. Она знала, что он собирается сделать. Он собирался вскрыть её от челюстей до паха. Он собирался разделать её, как белку — снять её кожу так же элегантно и грациозно, как помог бы леди снять пальто на званом ужине.
«Позволю ли я этому закончиться вот так?» — думала она.
Позволит ли она отцу проделать с ней это?
Позволит ли она доктору Пулу выполнить своё грязное дело?
Позволит ли она этому мерзкому миру, в котором царит насилие и эксплуатация, лишить её всего, чем она являлась и кем надеялась быть?
Райли с трудом вернулась в неповинующееся сознание. Она быстро и сильно изогнула тело. Она почувствовала, что вес Пула сверху исчез, когда он завалился вбок. Она почувствовала, что наспех завязанные верёвки на её запястьях ослабились, а её руки освободились.
Она сняла пакет с головы, и её горло и лёгкие заболели от поступившего воздуха. Она взобралась на ноги и обернулась.
Доктор Горди стоял, глядя на неё, сжимая в руках пистолет. Пистолет Билла.
Она попыталась заговорить, спросить его, что он сделал с Биллом. Но после удушения слова не могли выйти из её горла.
Дрожащими руками он поднял пистолет, стоя в неподходящей для стрельбы позе. С одного взгляда было понятно, что он ни разу в жизни не держал в руках пистолет. Но с такого близкого расстояния он был не менее опасен, чем человек, который каждый день ходил на полигон.
Она сделала к нему выпад и он выстрелил. Но он опоздал всего на одну секунду и она уже успела отклонить его руку. Она услышала, как пуля ударилась о плитку в ванной, не причинив ей вреда. Оружие выпало из рук доктора и прокатилось по полу.
Она сделала шаг назад и ударила его кулаком в живот. С громким стоном он согнулся пополам. Другим кулаком она сильно ударила его по голове. Его голова стукнулась о косяк, и он без чувств соскользнул на пол.
Райли затрясла рукой. Она чертовски болела, но, скорей всего, не была сломана. Она достала свои наручники и надела их на доктора, продев их через трубу в ванной, чтобы он не мог никуда уйти.
Подобрав пистолет, она вышла из ванной, а затем через спальню вышла в коридор.
Теперь наконец-то у неё получилось закричать.
— Билл! Билл!
Ответа не было.
Силы Райли возвращались. Она вбежала в гостиную и увидела, что Билл лежит на ковре, истекая кровью от раны в голове. Рядом на ковре лежала каминная кочерга.
Райли встала на колени рядом с партнёром. Он едва дышал, пульс у него был слабым. Её переполнила горечь, сожаление, вина. Что, если он погиб? Человек, которого она знала лучше всех на этой планете?
Она позвонила по телефону аварийной линии ФБР.
— Агент ранен. Нужна медицинская помощь.
— Принято, — ответил голос и дважды проверил адрес.
— Скорей, — сказала Райли и повесила трубку. Она снова проверила Билла, но знала, что ей не нужно пытаться двигать его. Нужно дождаться скорую.
Райли встала и оглядела гостиную. Она знала, что если девочка ещё жива, она скорей всего где-то в доме. Она вернулась в коридор и стала проверять все двери, мимо которых проходила в поисках лекарств. За одной из них оказалась лестничная площадка и ведущая в темноту лестница.
Райли включила свет и побежала по ступеням вниз.
В центре хорошо обставленной комнаты отдыха в подвале находилась худенькая девочка, скотчем привязанная к стулу. Она опрокинула стул и теперь лежала на боку. Её рот не был заклеен, но по её глазам Райли поняла, что она находится под действием сильного успокоительного.
Райли охватила радость. Девочка жива.
Она подбежала к Сандре Вутке и стала развязывать её.
Девочка, казалось, начала понимать, что происходит. Она заплакала.
— Он хотел убить меня, — пробормотала она.
Райли обняла девочку.
— Всё в порядке, — сказала она. — Он больше не обидит тебя. Теперь всё хорошо.
По лицу Райли бежали слёзы. Девочка была ещё моложе Эприл, и её жизнь едва не прервалась. Ей казалось, что она обнимает Эприл, которую только что спасла от Петерсона.
— У него был пластиковый пакет, — плакала Сандра. — Он бы убил меня.
Райли погладила её по голове.
— Ты храбрая девочка, — сказала она. — У тебя всё будет хорошо. Всё будет хорошо.
Она услышала в отдалении рёв сирен — скорая, и, скорей всего, машина ФБР.
Райли лишь надеялась, что они ещё успеют спасти Билла.
Глава сорок один
Билл и Райли заканчивали свой отчёт Бренту Мередиту в его офисе в Квантико. Голова Билла всё ещё была перевязана, а сам он страдал от последствий лёгкого сотрясения мозга, но Райли уже видела, что он в порядке. В целом она была удовлетворена раскрытием дела в Фениксе.
— Вы оба хорошо поработали, — сказал Мередит. Затем, слегка улыбнувшись Райли уголком рта, он добавил: — Даже агент Морлей так считает.
Райли слабо улыбнулась в ответ. Да, Морлей поблагодарил их на аэродроме в Фениксе, прежде чем они полетели назад. Но в его благодарности не было особой теплоты. Особенно холоден он был к Райли. И она этому не удивлялась и не могла винить его.
Мередит качался на своём офисном кресле взад-вперёд. Райли узнала в этом сигнал шефа к окончанию собрания. Он посмотрел на Райли и немного покачал головой.
— Агент Пейдж, в вашем следующем расследовании, я надеюсь, вы не заставите меня столько потеть. Мне приходилось постоянно прикрывать вас. И на будущее: наш джет не предназначен для вашего личного пользования.
Теперь Райли покраснела.
— Я в долгу перед вами, — сказала она.
— Это так, — сказал Мередит.
Она действительно была перед ним в долгу. Если бы не Мередит, её бы сняли с дела — а заодно и выпнули бы из Бюро. О чём она думала, отправляясь в самовольную отлучку посреди расследования?
Но, конечно, она знала, о чём она думала. Она думала об Эприл. В тот момент её дочь на самом деле значила для неё больше, чем её работа. Считает ли она так же до сих пор?
Да, считает.
«Всё-таки, я не мой папа», — поняла она.
Мередит спросил:
— Ваша вторая поездка, в Синг-Синг — помогла ли она вообще?
Райли на минуту задумалась над вопросом. Сомнений не было, Хэтчер угадал убийцу, хотя и сказал об этом загадками. И всё-таки, мысль о дальнейших их встречах казалась Райли невыносимой.
— Я больше не собираюсь с ним сотрудничать, сэр, — сказала она.
Мередит поднялся из-за стола, давая понять, что собрание окончено.
Билл с Райли вышли из здания. Несколько минут они шли молча. Большая часть их полёта назад прошла точно так же.
— Я могу отвезти тебя домой, — предложил Билл.
— Не волнуйся, моя машина здесь, — сказала Райли. Она оставила в Квантико свой собственный автомобиль, когда они только отправлялись в Феникс. Теперь казалось, что с тех прошла вечность.
— Может быть заедем куда-нибудь перекусить? — спросил Билл.
Райли не совсем понимала, что нужно Биллу. Неужели он ещё пытается высечь между ними искру после своего неловкого заигрывания с ней на прошлой неделе? Наверное, нет. Наверное, он всего лишь хочет провести время в приятной компании друга и коллеги.
Так или иначе, Райли сейчас не совсем в настроении.
— Мы хорошо поработали вместе в Фениксе, — сказала она. — Но на сегодня хватит.
— Хорошо, — ответил Билл немного огорчённо.
Билл пошёл прочь.
Райли крикнула ему вслед:
— Билл. Мне нравится работать с тобой.
Билл крикнул в ответ:
— Взаимно.
Они с Биллом пошли в разных направлениях. По пути домой Райли размышляла, какие у них на самом деле отношения. Она была рада, что они снова работают вместе, как одна команда. Но между ними по-прежнему была неразрешённая неловкость.
Дело было в том, что Райли теперь не понимала, как относиться к мужчинам в целом после своего горького опыта в Фениксе. Сутенёры типа Джейбёрда и богатые женоненавистники типа Кельвина Раббе подорвали её доверие к мужскому полу. Добавил к этому и Гаррет Хольбрук, который настолько не хотел отказываться от беззаботной холостяцкой жизни, что бросил в беде свою собственную сестру. Даже Билл внушил ей омерзение, когда его завёл её наряд проститутки.