Девочка из провинции (СИ), стр. 25

Борис Георгиевич только покачал головой.

– Ох, Катюша, наплачешься еще ты с ним.

– Почему ты так думаешь? – встрепенулась Катя.

– Слишком уж он смазливый, – ответил дядя, – такие мальчики быстро осознают свою цену, и, уж поверь, никогда не продешевят. Слишком красивых женщин это тоже касается, кстати. Они считают себя драгоценными алмазами в витрине, и цену себе назначают непомерную. Трезвый и разумный человек полюбуется, конечно, но в ущерб себе не заплатит. А те, кого такие камешки лишают разума, как правило, плохо заканчивают. Их ждут большие разочарования. Не входи в раж, Катюша, сгоришь, больно будет.

– Легко сказать, – вздохнула Катя и удалилась в свою комнату.

Димочка позвонил, но вовсе не потому, что захотел оправдаться и объяснить свое ночное отсутствие.

– У телефона батарея села, – были его первые слова, – сегодня его зарядил, смотрю – твои звонки, вот я перезваниваю. Ты хотела что-то сказать?

– Вчера хотела, сегодня уже нет, – ответила Катя, взяв в кулак всю свою волю.

– Тема потеряла актуальность? – весело спросил он. – Ну ладно, тогда я пошел, я с работы звоню.

– Просто хотела тебя навестить, – все-таки ввернула Катя на свой страх и риск (посмотрим, как ты будешь оправдываться), – а тебя дома не было вчера вечером. Так что тема действительно исчерпана.

– Надо же было заранее позвонить, – даже не подумал объясняться Димочка. – Меня в гости пригласили. Не знал о твоих планах.

– Желание возникло спонтанно, извини, что заранее не записалась на прием, – прошипела девушка.

– Я не вижу причин для обиды, – равнодушно заметил Димочка, – меня пригласили, а мы с тобой ни о чем не договаривались на этот день, так что я тебя в ни в чем не обманул, не понимаю, почему ты обижаешься.

– Я вовсе не обижаюсь, это твое личное дело, – холодно проговорила Катя.

– Ну и хорошо, – не заметив ее тона, нежно проворковал он, – раз уж мы с тобой пропустили выходные, может, завтра посидим где-нибудь? Лета осталось – кот наплакал.

– Ладно, давай, только звони сам, чтобы я не отвлекала тебя от важных гостей.

– Прекрати, Кать, тебе это не идет, – фыркнул молодой человек и уже более мягко добавил, – завтра позвоню.

Встреча с бабушкой Шурой прошла более чем прохладно, Катя застала старушку в страдальческой позе с поджатыми тонкими губами, которые совсем спрятались в густых морщинах. Кинув на принесенные журналы жадный взгляд, бабушка вовремя опомнилась, отвернулась, решила не показывать интереса. Стала смотреть в окно.

– Пойдем, я тебя покормлю, – предложила Катя.

– Нету аппетита, – прошамкала Шура.

«Нет, так нет», – подумала Катя, отметив, что куриную лапшу бабушка превосходнейшим образом подчистила до последней капли. Или у нее были гости? Супу-то Катя наварила целую кастрюлю. Предположение на счет гостей ей не понравилось. Ладно, надо варить новый суп и делать второе. Девушка разложила по полкам продукты и принялась разделывать куриное филе, чтобы прокрутить котлеты.

– Так что ты надумала? – раздалось от кухонной двери. – Переедешь ко мне или как?

– Ну, бабуля, мы же с тобой говорили об этом, – ласково проворковала Катя, – если ты будешь болеть, конечно, буду с тобой. Но сейчас ты неплохо себя чувствуешь, зачем я тебе? Сама подумай, ты ложишься спать рано, я в это время только буду приходить домой. Мы с тобой и видеться почти не будем. А так смогу днем к тебе заходить, все делать…

– Опять снова здорово, – буркнула бабка, – значит, квартирку в центре города ты получить хочешь, а помочь пожилому человеку, так это нет. Понятно.

Бабка Шура зло поджала губы, прищурилась на Катю в ожидании, что та ответит. Катя понимала, что надо смолчать, но не удержалась:

– Ты думаешь, я могу сидеть круглые сутки возле тебя? Не работать, не учиться, а только посвятить свою жизнь тому, чтобы подавать тебе на стол? Ты так себе это представляешь?

– Ну и что ж тут такого? – усмехнулась бабка. – Посидишь, что от тебя отвалится?

– Шура, ты свои замашки брось, тоже мне барыня нашлась, – отрезала внучатая племянница, – с сестрой жила, небось, сама по магазинам ходила и на стол накрывала, а теперь все у тебя должны ходить в прислужницах? Не угадала! Хочешь кушать красную рыбку – пожалуйста, и икорочки захочешь, принесу. Но если хочешь, чтобы я за тобой смотрела, не выступай.

– Это ты не выступай, – скривилась Шура, – тут и без тебя найдутся желающие красной рыбки купить.

Бабка развернулась и посеменила к себе, приговаривая на ходу:

– Квартиру им хочется… Да я вас всех, сволочей поганых, переживу… Тоже еще выискалась вертихвостка толстожопая…

За «толстожопую» стало обидно, у Кати прекрасные пропорции! Но больше всего Катю разозлило то, что она поняла, какую бабка выбрала себя диспозицию. Она решил взять ее шантажом. Хочешь квартиру – живи здесь и обслуживай меня как шамаханскую царицу. В противном случае найдутся и другие желающие получить приличную «двушку» в центре города.

Подтверждение своим догадкам Катя получила на следующий же день. Войдя в квартиру, она услышала приглушенный разговор в бабкиной «светелке». Женский голос ласково увещевал:

– Ну что ж, теть Шурочка, неужто я тебя брошу, одну оставлю? Хочешь, я прямо сейчас свои вещи принесу, да и ночевать у тебя останусь?

Сначала Катя застыла как вкопанная, но потом с ней произошло совершенно неожиданное, такое, какого раньше никогда не случалось.

– Это еще что за картина?! – рявкнула она, входя в бабкину комнату. – Ты кто такая?

– Это соседка, Лида, – злорадно объяснила старуха, – пришла меня проведать.

– Да кому ты нужна, проведывать тебя, – выпалила Катя, – охотница за квартирами она! А ну пошла вот отсюда!

– Что ты себе позволяешь! – взвилась соседка. – Какая-то соплячка будет мне тыкать и из квартиры гнать! Это не твоя квартира! Я к бабушке пришла! Не смей на меня орать!

– Я сказала, чтобы ты катилась вон отсюда! – грозно повторила Катя. – Вещи она свои перенесет! Я тебе перенесу! Вместе с вещами по лестнице полетишь. Раскатала губу! Я тебе ее быстро закатаю!

– Это что ж такое! – вскочила соседка. – Это просто хулиганство! Тетя Шура, что ж ты молчишь?

Бабка сидела ни жива, ни мертва, застыла как вкопанная, но глазки живо бегали от одной женщины к другой – лицезреть скандал ей явно пришлось по душе.

– Еще раз здесь увижу, позвоню в полицию, – предупредила Катя, – скажу, что ты бабку отравить хочешь.

– Какие у тебя доказательства?!

– А зачем мне доказательства?! – говорила Катя не своими губами не свои слова, – я просто скажу и все. А ты после попробуй сюда переехать и что-нибудь с бабкой сотворить. Вмиг за решеткой окажешься.

– Хамка, наглая тварь! – соседка рванула кинулась к двери.

– Вали отсюда, и чтоб ноги твоей здесь больше не было, – подытожила Катя.

Когда она обернулась к бабе Шуре, та улыбалась во весь рот, маленькие глазки блестели, сухие ручки были прижаты к груди.

– Ты меня защищаешь, Катенька? Родная моя, – пролепетала бабушка, – думаешь, она и впрямь меня бы отравила?

– Обязательно отравила бы, – выдохнула Катя, до сих пор не верившая в то, что сумела отвадить алчную бабу, – а ты уши развесила, дурочка старая.

В тот день бабка даже не стала заводить разговора на счет переезда, так была впечатлена состоявшимся скандалом. Но Катя понимала, что это ненадолго, через день-другой старуха обязательно возобновит свои песнопения. Что делать – не понятно. Бабкина квартира заворожила Катю. Высокими каштанами во дворе, плющом, который увивал стены дома, видом на уютный дворик, просторным холлом и светлыми квадратными комнатами. Если даже в том убогом состоянии, в каком она находится сейчас – без ремонта и хорошей мебели, – она производила такое впечатление, то можно себе представить, как здесь будет хорошо, когда Катя все обустроит.

С каждым приходом Катины мечты шли все дальше и дальше. Она прикидывала, как красиво будет смотреться узкий высокий комодик у широкого окна, какие светильники повесить в коридоре, который ведет из холла в кухню. А бра там нужны непременно! Это будет так уютно, так красиво! И деньги на все это обустройство у Кати теперь есть. Да Димочка вообще выходить не захочет из этой квартиры!