Денег нет, но ты держись! (СИ), стр. 26
Мои руки и ноги ловко связали, а потом, я услышала звон падающего на пол мешочка с монетами.
- Благодарю Вас, о, щедрый господин! - раздался голос служанки, сопровождающийся шелестом ее платья, - Благодарю Вас, за вашу щедрость...
- Не забудь утром оповестить всех, что принцесса не ночевала у себя! Собери побольше народу, а потом с первыми лучами входите в ее покои! - раздался грубый голос.
Меня закинули на плечо и куда-то несли. Доигралась! Теперь я - ручная кладь. Я пыталась мычать, шевелиться, но все без толку! Вот мерзавка! Убью, если удастся выбраться!
Через минут пять меня бросили на что-то мягкое, а потом я почувствовала, что мы куда-то едем. Меня трясло по кочкам, и я поняла, что я в карете.
- Давай сынок, смелее! Доставай кинжал и простыню! - раздался противный голос какого-то старикана.
Я замычала, протестуя против такого обращения, но тут же почувствовала, как что- то острое надрезало мне ладонь.
- Все! Сейчас мы отвезем ее в замок, а утром, продемонстрируем всем, что принцесса провела ночь с тобой, и ты теперь по традиции считаешься ее мужем! - проскрипел старикан, надрывно кашляя.
По ходу только что меня лишили «девственности». Я злобно сопела, проклиная свою дурость, но сделать ничего не смогла. Сгорая от стыда, я представила дядю, который медленно и с наслаждением отрывает мне голову... В том, что он это сделает, я ничуть не сомневаюсь...
- Стоять! - раздался чей-то окрик. Карета встала как вкопанная. Ну, наконец-то! Кто-то решил спасти меня! Ура! В замке заметили мое отсутствие и бросились в погоню!
- Где принцесса? - раздался гневный голос, - А, вот и она! Надеюсь, что вы ей ничего плохого не сделали?
- Пошел прочь! Принцесса принадлежит моему сыну! - заскрипел старик. Я услышала звон железяк, пару глухих ударов, и почувствовала, как меня, вытаскивают и кладут на землю. Отделалась легким испугом, считай! Слава Богу, меня так быстро спасли! Меня взвалили на плечо, словно Ленин бревно на субботнике, и понесли в неизвестном направлении. Могли бы для начала меня развязать... Но думаю, что они быстро исправят это недоразумение. Снова я почувствовала, как упала на что-то мягкое.
- Эй! Развяжите меня! - хотела крикнуть я, чтобы напомнить спасителям, что я еще связана. Но вместо чего-то членораздельного получилось нечто невразумительное.
- Что она говорит? - спросил кто-то, сидя справа.
- Наверное, развязать просит! - глубокомысленно заявил сидящий слева.
- Может, хоть кляп вытащим и мешок снимем? - поинтересовался правый.
- Отличная мысль, а то вдруг это - не она? А мы тут зря с соседями отношения портим!
Я почувствовала, как с меня стянули мешок, как вытащили изо рта кляп.
- По-моему это - не она... - с сомнением произнес прыщавый юнец, почесывая подбородок с редкой растительностью. Его дородный спутник, дал ему смачную затрещину.
- Она! Я ее сразу узнал! А теперь, сынок, кто из нас будет королем? Ее руку обещали, что тебе, что мне... А простыня у нас одна! И на ней, между прочим, вышиты мои инициалы! - сказал отец, доставая стилет. «А за простыню придется побороться», - промелькнуло у меня в голове.
- Ладно, - смилостивился толстый отец, - Принцем быть не так уж и плохо, сынок!
- Ага! - обрадовался прыщавый.
- Ты попридержи ее, а я ей кровушку пущу! - сказал толстый отец, - Да не за горло! Задушишь! И не за грудь! Это же твоя будущая мачеха! Прояви к ней уважение!
Дело было сделано. И тут я увидела, как в окне промелькнул силуэт на коне.
- Помогите! - что есть мочи заорала я, и тут же услышал грозный окрик: «Стоять! Да как вы смеете! Это же Принцесса!»
После короткой схватки с возмущенным отцом, который успел сделать несколько взмахов шпагой, пока испуганный сынуля, удирал в лес, меня взяли на руки и бросили в другую карету, где сидела какая-то старуха в очень дорогом платье.
- Бедненькая, - прошептала старуха, - Израненная вся... Кровушка все течет и течет. Сейчас я попробую ее остановить! Я действительно чувствовала, как кровь струиться по моим пальцам, и не мешало бы вытереть ее обо что-то.
- Вот, милая, возьми тряпочку... Перевяжи рученьку... - заохала старуха, доставая огромную тряпку. Я осмотрелась по сторонам. Судя по размеру тряпки, где-то здесь должен был умирать от кровопотери слон. Тряпочка ему была бы нужнее.
- И вы туда же? - грустно спросила я, осознавая весь идиотизм ситуации.
- И мы... Сыночек у меня хороший, ласковый, пока трезвый... Правда пьет много, а когда напьется, колотит, но не до смерти, не бойся... Рука, правда, у него тяжелая... Весь в папеньку покойного! - грустно вздохнула старуха, пряча окровавленную простыню.
- А где сыночек? - спросила я, машинально, оглядываясь по сторонам.
- Да вот он, на полу лежит... - вздохнула потенциальная свекровь, - Знаешь, а ведь в детстве, когда он был совсем маленьким, его воспитывали, как будущего короля. Ни в чем ему не отказывали! Во всем потакали...
Выпрыгивать из кареты на полном ходу желания у меня не было, точно так же как и желание слушать биографию потенциального короля. Я сразу представила, как лежу окровавленная на обочине, а надо мной целая очередь с тряпками стоит.
- Эй, вы! - кто-то постучался в дверь кареты, - Тормозите, слышите! Иначе худо будет! Мы вооружены и очень опасны!
- Гони, Карл! - заорала старуха, стуча по стенке кареты кучеру. Тот действительно стал гнать. Бешеная скачка продолжалась минут семь, а потом мы, судя по всему, на что-то наехали и перевернулись. Сынок, словно мешок с картошкой, выполнив акробатический номер в воздухе с закрытыми глазами и без страховки, упал на мать. Хорошо, что не на меня!
Я очнулась первая и выползла из кареты сквозь разбитое стекло, осознавая, что стукнулась я прилично, а на руках уже нет живого места от ссадин и царапин. Мне удалось развязать веревку на ногах, как тут же появились два всадника.
- Сэр Вилламарт, к вашим услугам! - учтиво поклонился какой-то коротышка, слезая с коня и протягивая мне руку, чтобы помочь мне встать, - Это же надо так неучтиво обращаться с принцессой! Завтра, когда Доу протрезвеет, я вызову его на поединок! Мы будет сражаться за Вашу честь, миледи! Эй! Рябой! Дама замерзла! Принеси ей накидку!
- Не нужно, - немного растерялась я, - Я ее испачкаю кровью...
- Ничего страшного! - заверил меня сэр Виллмарт, пока слуга набрасывал мне на плечи накидку. Я, конечно, не ханжа, чтобы перебирать харчами.... но уж больно тонюсенькой она была. И пахла каким-то супом.
Я тут же сдернула ее с себя и увидела, что это никакая не накидка, а самая настоящая скатерть! Причем, заляпанная жирными брызгами!
- Да вы что, с ума посходили! - взвыла я, - Еще скатерти мне не хватало!
Сэр Виллмарт схватил край тряпки, присмотрелся и как заорет:
- Ты что, идиот, скатерть приволок? Я тебя за простыней посылал! Остолоп! Бестолочь! - сэр Виллмарт, отвешивая затрещину слуге, который, чувствуя свой косяк, переминался с ноги на ногу.
- Простите, сэр... Но на ней были ваши инициалы! - возмутился слуга, уклоняясь от следующей затрещины, - Тем более, кто помешал бы вам оприходовать принцессу на столе?
- Ну да... - глубокомысленно вздохнул сэр Виллмарт, сменяя гнев на милость.
И тут мы услышали конский топот. Я снова почувствовала себя переходящим красным знаменем передовиков производства. Воспользовавшись заминкой, я дернулась в сторону леса.
- Сэр, принцесса убегает! - заметил слуга, показывая на меня рукой.
- Пусть бежит! До утра пусть бегает, а там найдется, как миленькая! Тем более, что у нас есть доказательство! - услышала я голос сэра Виллмарта, - Эй! Скатерть верните миледи!
Рябой метнулся за мной и схватил скатерть, сдернув ее с моих плеч. Подавитесь! Больно нужна она мне!
Я бежала, не разбирая дороги. Если бы я знала, что мне придется бегать ночью по заснеженному лесу, то надела бы спортивный костюм и лыжные ботинки. Пробежав достаточно, я прислонилась к дереву и сползла по нему в сугроб, сглатывая и переводя дух. Ничего себе ночка выдалась! Надеюсь, мне удалось уйти от очередных желающих лишить меня «девственности»?