Король северного ветра (СИ), стр. 59
- Условия более чем великодушные, - признал Тарвел. - Вот только названный вами бунтовщик - является в настоящее время законным правителем нашего государства. Посудите сами, в последнее время нами правило два короля, Кардан и Ретвальд. Ретвальд назначил герцога Артура Айтверна своим первым министром, а значит, в отсутствие Ретвальда именно герцог Айтверн может считаться местоблюстителем трона. Кардан погиб - в честном бою, насколько знаю, и не оставил прямого наследника. Это означает, что достоинство Яблоневого Древа переходит к ближайшим родичам старой династии - к Драконьим Владыкам. Ибо еще дочь основателя Тарнариха Дэглана Кардана, леди Виктория, вышла замуж за сына лорда Эйдана Оливера Айтверна. Таким образом, сэр Артур, как ближайший здравствующий потомок короля Дэглана, является принцем крови и наследником Серебряного Престола. Скажу по чести, сэр Эйтон - я не знаю, чьи притязания, Гледерика или Гайвена, более законны. Здесь впал бы в затруднение даже опытный юрист. Однако к какой стороне ни склоняйся, этот мальчик рядом со мной - сейчас наш регент, а возможно, и король.
- Этот мальчик убил короля Гледерика, а значит - лишен любых прав на трон. Именно поэтому в Тимлейнском замке сидит сейчас Айна Первая, а не он.
- Этот мальчик, - возразил Тарвел любезно, - просто оказался чуть менее сговорчив, нежели его сестра, и не поддался на ваши посулы. Нет такого закона, по какому убийство им Гледерика Кардана делало бы его изменником. Как такой же потомок монаршего дома, сэр Артур был как минимум равен лорду Гледерику своим рангом и званием, а возможно - и превосходил его. Ибо не имел среди своих предков бастардов. Два человека королевской крови сошлись в честном поединке, только и всего. Старые обычаи допускали такой способ разрешения прений. Еще принц Кристофер, в 4605, кажется, году от пришествия нашего Господа, победил на дуэли своего старшего брата Элиота, и наследовал через два года своему отцу королю Томасу. Что бой Гледерика и Артура был честен, охотно подтвердит присутствующий здесь рыцарь, лейтенант малерионской гвардии сэр Блейр Джайлс. Сэр Блейр прежде состоял на службе у графа Гальса, и думаю, у вас нет оснований усомниться в достоверности его слов.
- Это все крючкотворство и сотрясение воздуха, - вступил в разговор граф Ардерон. - У нас семь тысяч солдат, у вас в вашем форте сколько? Едва две? Две с половиной? Не ломайте комедию, Тарвел. Сейчас мы вас окружим со всех сторон, а к ночи подойдут еще войска. Завтра в обед привезут пять осадных башен, а если надо - и десять. Поэтому отдавайте нам Айтверна и поехали в столицу. Другого выхода у вас нет.
- Мой кузен Ричард прямолинеен и прав, - улыбнулся Брэдли. - Решайте, герцог.
- Я уже решил, - ответил Тарвел упрямо, - за меня решит мой король.
"Как смешно, - подумалось Артуру, - и суток не прошло с момента, как Гайвен исчез, но уже нашлись люди, что называют меня королем, а Айну - королевой. Не будь мы братом и сестрой, распрю бы решил династический брак. А так ее решат три фута острой стали в чье-то сердце".
- Лорд Брэдли, - сказал Артур, пряча кривую усмешку. Он все еще смотрел на предводителя вражеского отряда в упор, и кони их стояли в футе друг от друга. - Давайте поступим, как рыцари прошлых лет. Я вызываю вас на поединок, ибо прятаться за спины солдат не хочу. Побеждаете вы - поступаем, как вы сказали. Побеждаю я - вы отводите войска на десять миль к северу и ближайшие сутки не подходите к нашим позициям, а также не пытаетесь нас преследовать в случае нашего отступления.
- Герцог Айтверн, - Брэдли впервые назвал его герцогом, как называл до переворота, раньше, каких-то два дня назад. Почему-то казалось, прошло уже два года, не два дня. - Я не дурак, герцог Айтверн. Мне минуло уже пятьдесят зим, а вы - молоды и полны сил. Мне приказали исполнить возложенную на меня миссию, а не меряться молодецкой удалью. Вы победите меня, если сойдетесь в бою. Поэтому такой возможности я вам не предоставлю.
- Вы ошибаетесь, - сказал Артур бесцветно. - Уже предоставили.
Подавшись вперед в седле, Айтверн выхватил левой рукой длинную дагу, что висела до того в чехле у него на поясе. Перехватил правой рукой запястье сэра Эйтона, не дав тому вытащить свое оружие, и вонзил клинок тану под ребра - проворачивая вверх и доводя до самого сердца. Брэдли вскрикнул, выпучил глаза - кровь запузырилась на его губах. "Где теперь ваше самообладание, милорд?" В тот же самый миг Блейр Джайлс выхватил из-под плаща небольшой арбалет, взятый им перед выездом из лагеря у тарвеловского стрелка, и разрядил графу Ардерону в грудь. Тот вскрикнул и завалился на бок, выпадая из стремян.
Не знавший о замысле Артуре, Данкан Тарвел потрясенно выругался - а граф Манетерли и двое шоненгемских рыцарей обнажили мечи. Выхватил свой клинок и Артур. Дага его так и осталась в груди у Эйтона Брэдли, что бездыханный повалился на землю, но нужды в ней уже не было. Артур вскинул клинок, отбил нанесенный Остином Манетерли удар.
- Вы негодяй и болтаться вам на виселице вскоре, - сказал Манетерли.
Айтверн не ответил. Выставил свой меч вперед, парируя сделанный сэром Остином выпад. В седле особенно не пофехтуешь, но сейчас этого и не требовалось. Все равно дело стоило решать быстро. Манетерли не был особенно искусным воином, и серьезного противника Артур в нем не видел. Юноша размахнулся, отбил еще один удар, и вогнал свой меч сэру Остину промеж пластин доспеха. Подъехавший ближе Блейр решил дело рубящим ударом по голове. Айтверн чуть отстранился, высвобождая оружие, но хлынувшая во все стороны кровь все равно забрызгала его плащ.
Оставшиеся двое рыцарей уже развернули своих жеребцов, поскакали прочь - в направлении основного отряда. Там уже заметили случившееся - раздался бешеный крик, заиграли горны. Вскинули луки стрелки. Артур развернул своего коня, ударил по бокам, пуская в бешеный галоп к распахнувшимся уже по чьей-то своевременной команде воротам лагеря. Тарвел и Джайлс последовали его примеру. Засвистели, прошивая воздух, первые стрелы. Артур припал к конскому крупу, стараясь уберечься от вражеского залпа. Как никогда он сожалел сейчас, что оставил в Тимлейне своего дарнейского жеребца, резвого, словно ветер. Теперь все могли решить только удача и провидение Господне - при условии, конечно, что Бог еще не отвернулся от него.
Айтверн и его спутники на полном скаку влетели под защиту лагерных укреплений, оставшись невредимы. Лишь две стрелы скользнули по латам Блейра да еще одна сломалась об прочную кирасу, надетую лордом Данканом. Когда дубовые ворота закрылись и Артур, тяжело дыша, спешился, герцог Тарвел, с белым от гнева лицом, закованными в латную перчатку пальцами схватил его за плечо:
- Будь ты проклят, щенок. Что ты творишь?
Испытывая сам сейчас гнев не менее сильный, чем овладевший его бывшим наставником, Артур вытащил меч и направил его Данкану Тарвела в грудь:
- Довольно меня отчитывать, сэр, - сказал Айтверн, не помня себя от ярости. - Вы сами сказали, что признаете меня регентом и могли бы признать королем. Я себя королем не считаю. Я верен Гайвену и верю, что он вернется. Однако для вас - я правая его рука и его голос. А потому прекратите говорить со мной, как со своим оруженосцем. Я герцог Запада, я первый министр короны и я, черт побери, я, а не вы, командую здесь.
- И до чего ж ты докомандуешься здесь, хотел бы я знать, - тяжело сказал Тарвел.
- Я вам скажу. Мы с Блейром сейчас сделали полезное дело. Мы убили троих из пяти главных вражеских офицеров. Теперь противник ослаблен и уже не так резво пойдет на приступ. И согласованности меж их отрядами будет меньше.
- Артур прав, - подал голос Блейр. - Герцог Тарвел, простите, но эти люди не церемонились с нами никогда. Мы с ними тоже церемониться теперь не обязаны. Я исполнил приказ своего командира, и требую, чтоб вы тоже не перечили ему.
- Требуешь, значит, - сказал Тарвел. - Видел бы тебя твой лорд. Настоящий.
Блейр пошатнулся, сделал шаг вперед с потемневшим от гнева лицом - но остановился, когда Артур схватил его за руку. Удерживая Блейра, Айтверн оглядел собравшуюся вокруг толпу. Клифф Рэдгар лишь усмехнулся и пожал плечами, а по виду Кэмерон и вовсе ничего нельзя было сказать. Неожиданно подал голос капитан Паттерс - рослого вида солдат с жесткими чертами лица: