Замыкание спирали (СИ), стр. 32

  Наставник сделал паузу. В ней я не нуждался. На атомной бомбардировке Хиросимы, где не было военных объектов, настоял не генерал Макартур, а доктор Оппенгеймер. В моей человеческой памяти это отпечаталось накрепко.

  Курат продолжил:

  - Это не все. Совсем недавно в ходе войны сгорели две большие библиотеки...

  Чего-то в этом роде я ожидал, но изобразил молчаливое внимание.

  - ...причем их спалили намеренно, маги огня не пожалели усилий. А во времена Великих такие объекты щадили. Но и это не все. В Академии есть некто, активно проталкивающий мысль о необходимости полного истребления драконов. Это доктор магии смерти Менгель. Между прочим, как раз он противостоял вам в последней войне Великих. По крайней мере, так он утверждает.

  Согарр стрельнул глазами в мою сторону. Я постарался изобразить собой статую дракона.

  Супруга в кои-то веки не удержалась:

  - Регулярные удары по лицу не способствуют появлению добрых чувств.

  - Это не тема для острот, - отрезал Курат. - И дело даже не во взглядах особо почтенного.

  - В чем же?

  - Не в чем, а в ком. Сколько я ни наблюдал, не уловил в коллегах настроенности против этой идеи. Я сам не в счет, как понимаете, и даже пытался переубедить Менгеля. Какое там! - Наставник красноречиво махнул рукой. - Это почти паранойя. У других, повторяю, виден благожелательный интерес к полному уничтожению вашей расы. Так вот: хотя впрямую это не говорилось, но впечатление таково, что для запуска подобного действия не хватает лишь соответствующего кристалла. Ну, и сколько-то времени должно уйти на отработку приемов создания и преобразования потоков. Все-таки размер кристалла - важный фактор. Впрочем, вы, как полагаю, знаете это не хуже. Можете удивляться сколько угодно, но я не хочу, чтобы драконы исчезли с лица Маэры. Вы и ваши товарищи, Стурр, разумны и достойны уважения.

  На этом месте опять подала голос Гирра.

  - Мне лестно столь высокое мнение о моих соплеменниках. Впрочем, сама себя я тоже полагала разумной.

  Подпустить иронию в поклон ей не удалось, но соответствующие интонации в голосе присутствовали.

  - Вы ошибаетесь. Большей частью мною руководит забота не о драконах, а о людях.

  Мы все втроем, не сговариваясь, изобразили тупость, а Гирра выразила это в словах:

  - Умоляю пояснить вашу мысль.

  - Вы не можете этого знать... и вряд ли способны почувствовать... впрочем, у вас, драконов, превосходная память, уж запомнить вы в состоянии. Вы все в опасности, и, поверьте, если бы у меня было средство для спасения ваших соплеменников, оно немедленно пошло бы в ход. Не удивлюсь, если вскорости применят магию смерти по гражданскому драконьему населению, пусть даже в небольшом масштабе...

  На этом месте наша троица переглянулась.

  - ...а если этот удар пройдет успешно, то он вдохновит на следующий, уже более мощный. Однако вскоре после уничтожения драконов настанет очередь людей.

  В голосе у особо почтенного появились чуть ли не умоляющие нотки.

  - Очень, очень прошу мне поверить. В конце концов, в силу специализации я обязан разбираться в мотивах, толкающих людей на поступки. Не заметить имеющуюся тенденцию могли бы другие академики, но...

  По моему мнению, время для вмешательства наступило. Я поднял правую переднюю лапу: сигнализация хвостом все же непривычна для людей.

  - Думаю, мы поняли вас, наставник. Привычка убивать - страшная сила; у нас нет аргументов против. Но вы не владеете всей информацией. К вашему сведению, на южное поселение драконов уже совершено нападение с применением магии смерти. Погибло более семидесяти, из них половина - дети и подростки...

  Драконы не могут побледнеть. А люди - очень даже.

  Я продолжил:

  - Разумеется, мы искренне благодарны за предупреждение и постараемся принять меры.

  Как оказалось, наставник далеко не исчерпал повестку дня.

  - У меня будет просьба.

  - Мы все к вашим услугам.

  - Нельзя ли взглянуть на вашу дочь, Гирра?

  Не часто мне доводилось видеть дорогую супругу в столь растерянном состоянии.

  - Да, - выдавила она через пяток секунд, - разумеется, наставник.

  От учебной пещеры мы добрались до нашего жилища за полчаса.

  Увидев человека, Саня отреагировала так, как мною и предполагалось: быстренько спряталась за надежный мамин гребень и поглядывала из убежища чуть округлившимися глазенками.

  Курат поглядел на драконёнку с чуть заметной улыбкой, в которой мне почудилась ирония.

  - У вас отличная дочка: веселая и здоровая. Да, спешу поздравить: девочка имеет магические способности. У человеческих детей в таком возрасте это не заметишь. Если как следует постараться, то, возможно, и специализацию можно определить. Впрочем, вы и сами это узнаете.

  - Не девочка, а драконочка, - с достоинством поправила Гирра. - Спасибо за новость. Мы предполагали, что эти способности у нее есть.

  В эту минуту мне пришла в голову неожиданная идея. Ее я и реализовал в расчете на то, что Курат запомнит мой интерес:

  - Услуга за услугу, наставник. Кто такие гроки?

  Согарр с Гиррой удивились так, что, вероятно, и Курат это заметил. Впрочем, тот испытал схожее потрясение. Отдать должное всем троим - никто не сказал вслух: 'Откуда возник такой вопрос?'

   - Вообще-то среди людей без образования считается, что гроки - персонажи сказок. Непобедимые великаны с могучей магией и всякое такое...

  Я кивнул так уверенно, что сей жест мог означать только: 'Именно это мне и говорили'.

  - ...но я убежден, что гроки все же существовали реально. И они были людьми, ибо имели детей от человеческих женщин. А со временем появились и внуки гроков. Как маг жизни могу поручиться за этот критерий принадлежности к человеческому роду. Правда, они по рассказам все были могущественными магами, а вот их потомство не заполучило никаких магических способностей. Но в конце концов все гроки ушли туда же, откуда пришли: в свой собственный мир.

  - То есть это были пришельцы из другого мира?

  - Да, и как раз этим объясняю то, что их магия была полностью чужда нашей. К сожалению, литература о гроках практически полностью погибла в тех пожарах, о которых я вам говорил.

  - Благодарю за разъяснение, наставник.

  На этом мы расстались.