Под угрозой уничтожения мира (СИ), стр. 48

— Нелегко, — возразил Виктор. Судя по всему, мои вопросы начали его раздражать. — Но Арлион сам долгое время был придворным архимагом Селендрии, и современная защита дворца наверняка строится на его разработках, так что ему не составило труда разрушить ее. Захоти Арлион открыть портал в любой другой королевский дворец, где есть свой архимаг — и у него бы ничего не получилось.

— Вот именно! А я все не могла понять, как они… — я взволнованно крутанулась на каблуках и наткнулась на взгляд Виктора, который смотрел на меня, как на слабоумную. Это слегка меня отрезвило, и, взяв себя в руки, я невозмутимо спросила:

— Где я могу найти сейчас Адриана?

— Полагаю, в его кабинете, — после паузы ответил Виктор, явно удивившись такому переходу.

— Вы не проводите меня?

Наглеть так наглеть. Но, если его и разозлила моя просьба, он этого никак не показал.

— Прошу вас, — и он открыл передо мной дверь в коридор.

Шли мы довольно долго, и я вначале пыталась запоминать повороты, галереи и лестницы, но потом мысленно махнула рукой. По пути нам встречались изредка придворные и слуги, и все почтительно кланялись мне, на что я едва успевала отвечать вежливыми кивками. Виктор молча шагал впереди, не оборачиваясь ко мне, и мне приходилось идти широким шагом, чтобы не отставать от мага, который вообще-то был заметно ниже меня ростом. Однако я сразу поняла, когда мы пересекли порог королевского крыла, поскольку здесь напрочь отсутствовали праздные аристократы, да и оформление было побогаче. Виктор остановился перед одной из дверей и постучал. Дождавшись разрешения, он открыл дверь и пропустил меня вперед.

Адриан сидел за письменным столом и краем глаза просматривал бумаги перед собой; здесь же сидел герцог фон Некер и негромко что-то говорил. При нашем появлении он поднялся на ноги и коротко поклонился мне; Адриан же перевел взгляд с Виктора на меня.

— В чем дело?

— Прошу прощения за вторжение, — быстро сказала я. — Но я должна тебе кое-что сказать. Помнишь, моя сестра говорила, что перед похищением рядом с ней открыли портал? Я только сейчас поняла — ведь во дворце в Дионе стоит точно такая же защита, как здесь, и Арлион или Раннулф не смогли бы создать портал. А если бы им все же удалось прорваться сквозь защиту, это обязательно заметил бы Мариус и поднял тревогу, однако ничего такого не произошло, и Надю похитили!

Несколько секунд в кабинете было тихо. Не знаю, как восприняли мои слова Виктор и герцог, поскольку я, не отрываясь, смотрела на Адриана. Он задумчиво откинулся на спинку кресла.

— Считаешь, что предатель во дворце в Дионе — это сам Мариус?

Я кивнула.

— Больше некому. Раз Арлион все же открыл портал, а тревогу не подняли, это может означать только то, что Мариус сам снял защиту и позволил похитителям попасть во дворец. Можно предположить, что Надю похитили так быстро, что тревогу подняли уже после, но Арлиону пришлось бы всё равно открывать новый портал, уже из дворца, а на это ушло бы много времени, ведь защита Мариуса бы по-прежнему стояла, и он должен был хоть как-то отреагировать! А это значит, что все произошло с ведома Мариуса. Но, не хочу врать, это странно.

— Почему? — это спросил уже отец Оттилии.

— Потому что Мариус ненавидит Арлиона и всех Этари, — пояснила я. — Он был в ярости, когда узнал, кто я. И если он все же вдруг начал помогать Арлиону, то это либо шантаж, либо ему предложили что-то, от чего он не смог отказаться.

Адриан поднялся на ноги, обошел письменный стол и встал рядом со мной.

— Но если Мариус и в самом деле перешел на сторону Арлиона, то для Валенсии наступает черная полоса, верно? — полуутвердительно заметил он.

Я кивнула.

— У нас нет других магов, — Адриан вздернул вверх одну бровь, услышав, что я машинально сказала про Валенсию «мы», но я не стала сейчас заострять на этом внимание. — И противопоставить Арлиону отец ничего не сможет. А это значит, что Валенсия становится для Арлиона бесплатным источником ресурсов, хоть я не знаю, чем именно она может ему помочь. Если только людьми — они немаги, и максимум, чем они могут послужить, — это пушечным мясом. А что есть в Валенсии, кроме людей?..

Я запнулась и, расширив глаза, посмотрела на Адриана. Внезапная догадка оглушила меня, и я только мысленно удивилась, почему мне раньше это не пришло на ум.

— А еще в Валенсии есть адамантий, — ответила я сама на свой вопрос и физически почувствовала, как в кабинете стало на несколько градусов холоднее. — Арлиону нужен Кэллахил.

Ну конечно. Залежи магического металла, который так хорошо поддается зачаровыванию, могут стать грозным оружием в руках более или менее сильного мага. Если Арлион рано или поздно начнет собирать собственную армию, ему понадобится вооружить ее магическим оружием. И дело не только в вооружении — адамантий можно с неменьшим успехом продавать, и покупатели на такой редкий металл всегда найдутся. Помнится, я удивлялась, что Арлион явно не испытывает проблем с финансированием? Может, в этом все дело? А что для этой цели подойдет лучше, как не горная область на севере Валенсии, из-за которой уже было столько раздоров, и которая уже стала причиной войны между Валенсией и Вереантером?

Глава 20

После моих слов в кабинете несколько секунд царила тишина.

— Возможно, вы правы, — наконец первым нарушил молчание герцог. — Но в таком случае Арлиону в первую очередь стоит подумать о самой армии, и только потом — о ее вооружении, — он посмотрел на Адриана. — Можем ли мы рассматривать версию, что Арлион начал собирать людей? Что в его распоряжении уже не просто несколько некромантов, а гораздо большее количество человек?

Вместо Адриана неожиданно заговорил Виктор. С кривой усмешкой, так что его лицо стало походить на какую-то гротескную маску, архимаг процедил:

— Можем. Если вы помните, и во время Кровавой войны в армии Арлиона было совсем немного живых подчиненных, а основное количество составляли умертвия и зомби.

Я не сразу поняла, к чему клонил Виктор, а Адриан констатировал:

— Вот зачем ему валенсийцы. Он делает из них нежить, которая подчиняется только ему.

Я вздрогнула, представив себе этот ужас, и в который раз подумала о том, как тяжело приходится обычным людям, которые не могут ничего противопоставить магам. Да ведь никто из жителей моей родной страны не может сопротивляться Арлиону, Раннулфу и прочим некромантам! И поделать никто ничего не сможет, даже Мариус, если он все же остается верным короне, не смог бы справиться со всеми сразу! И хорошо, если Кэллахилом и некоторой частью населения все и ограничится, а то ведь выходит, что Арлион сейчас может совершенно безнаказанно творить в Валенсии все, что его душе угодно!

В дверь постучали, и внутрь вошел Дориан. С порога он почтительно кивнул Адриану, затем поклонился мне и с выражением вежливого ожидания посмотрел на короля. Адриан не выглядел хоть сколько-нибудь удивленным его появлением, и я поняла, что он успел связаться с военачальником телепатически и вызвать его на совещание. Я оказалась права — не тратя зря времени, архивампир в двух словах ввел Дориана в курс дела, и я увидела, как по мере повествования менялось лицо высшего вампира — недоверие и удивление сменило выражение отвращения.

— Комментарии будут? — осведомился Адриан, садясь обратно за стол и обращаясь одновременно ко всем присутствующим. — Я готов выслушать любые мысли и идеи.

Я заметила, как Виктор неодобрительно покосился в мою сторону — он явно считал, что моя полезность себя уже исчерпала, и оставлять меня на обсуждение проблемы будет совершенно лишним. Я не могла за это его винить: еще в прошлый раз, после встречи на кладбище с призраком Приама, поняла, что Дориан, Виктор и советник фон Некер — самые доверенные лица Адриана, и все серьезные дела он обсуждает с ними. А тут появляюсь я и рушу такой привычный порядок вещей… На месте Виктора я сама бы злилась из-за вторжения постороннего. Дориан с герцогом тоже вряд ли в восторге, так что, может, не стоит ухудшать мои и без того сложные отношения с вампирами? Адриан всё равно потом мне расскажет, к чему они пришли.