Под угрозой уничтожения мира (СИ), стр. 32

— Но ты можешь вернуться! — недоумение в голубых глазищах было практически осязаемым.

— Я не хочу возвращаться, — просто ответила я и наконец-то отвернулась от зеркала, поворачиваясь к Наде лицом. Та смотрела на меня, явно не веря собственным ушам. — Я не жду, что ты поймешь меня, но сейчас я намного счастливее, чем была раньше. И мне нравится моя нынешняя жизнь.

— Скитания? — недоверчиво спросила она. — Но ты совершенно одна. У тебя есть друзья, но это не то же самое, что родные. А твой странный альянс с архивампиром — я никогда не поверю, что ты начала помогать ему по собственной воле после всего того зла, которое вампиры принесли Валенсии! Или… — тут красивое личико нахмурилось, и Надя посмотрела на меня с подозрением. — …ты помогаешь ему, чтобы отомстить нам?

— Делать мне больше нечего, — скучающе фыркнула я и с любопытством прищурилась. — Надя, а почему ты так из-за меня беспокоишься? В Дионе ты всегда избегала меня, а тут вдруг предлагаешь вернуться?

Надя пожала плечами.

— Ты изменилась, — наконец после паузы сказала она. — В Дионе ты была… другой. Злой, — уточнила она, и я удивленно моргнула. — Да-да, именно! С тобой было невозможно разговаривать, потому что у тебя на лице всегда было написано, как ты презираешь нас с Фредерикой. А здесь ты… совсем другая. Ты любишь своих друзей, волнуешься за них, и ты очень дорога им. Мне непривычно видеть тебя такой… человечной.

Теперь настала моя очередь недоуменно смотреть на собеседницу. Я их презирала? Мы никогда не были друзьями, и к сестрам я всегда относилась несколько свысока, но презрение? Или мне только казалось, что я выгляжу спокойной, а на самом деле это было именно высокомерие?

В дверь нетерпеливо заколотили, так что мы с Надей даже подпрыгнули от неожиданности, а затем внутрь заглянул Фрост.

— Корделия, ты готова?.. Хотя нет, — сам ответил он на свой вопрос, заметив, что я все еще была одета так же, как и на завтраке.

— Еще десять минут, — попросила я, повернулась к зеркалу и принялась торопливо доплетать косу.

— Ваше Высочество, — тем временем поприветствовал светлый эльф и церемонно поклонился Наде. — А вы с нами не поедете?

— Я? — растерялась та, смущенно кашлянула и вдруг снова покраснела. Я наблюдала за ее отражением в зеркале удивленно, поскольку раньше общение с окружающими у сестры никогда не вызывало проблем. — Ну… Я даже не знаю…

Она беспомощно посмотрела на меня. У меня возражений не было, и я непринужденно заметила:

— Ты же в Лорене никогда раньше не была.

— А… ну да, — неуверенно согласилась она, еще несколько секунд колебалась, а потом решилась. — Я тогда пойду переоденусь.

И выскочила за дверь прежде, чем Фрост успел в очередной раз ей поклониться. Я проводила ее взглядом, а затем взглянула на Фроста, но тот ответил мне жизнерадостной улыбкой — на фоне загорелой кожи белые зубы смотрелись особенно ослепительно — и вышел за дверь.

Ну и дела. Не хватало еще, чтобы у нас тут очередная сложная любовь началась.

Впрочем, сама прогулка прошла очень приятно и весело, и присутствие Нади никому не доставило неудобств. Сама принцесса, правда, старалась держаться подальше от Оттилии, да и вообще говорила мало, но не выглядела напуганной или зажатой. Остальные отнеслись к ней ровно-дружелюбно, и в их отношении по-прежнему не было ни враждебности, ни демонстративной почтительности.

За полдня мы успели объездить все кварталы знати в Лорене, в которых заслуживали внимания дома аристократов, издалека посмотрели на королевский дворец, а затем отправились в торговые ряды. Больше всего меня заинтересовала архитектура зданий, у которой были характерные черты и в богатой части города, и у торговцев и ремесленников — высокие дома в несколько этажей венчались остроконечными крышами, а окна в большинстве своем были вытянутыми и стрельчатыми. В таком стиле были построены и жилые дома, и ратуша на главной площади, и даже храм Тринадцати Богов. Конечно, огромное количество темных эльфов тоже все еще бросалось в глаза. По отношению к нам местные вели себя вежливо-нейтрально, не враждебно, но и радушия в них я тоже не заметила.

В середине дня мы решили заехать в трактир пообедать, а затем погулять еще, но от этой задумки нам в итоге пришлось отказаться — выйдя на улицу, мы обнаружили, что небо затянулось тучами, и начал накрапывать дождь, грозивший в скором времени перерасти в ливень. Так что единогласным решением мы вернулись к ди Вестенра, а там разбрелись по дому, пережидая непогоду. Я решила найти себе какое-нибудь легкое чтение и с этой целью направилась в библиотеку. За окном уже вовсю поливал дождь, из-за которого начались ранние сумерки, и по всему дому, включая занимавшую половину третьего этажа библиотеку, уже зажгли светильники. Решив не мучить себя очередными историческими трудами, я нашла полки с приключенческими романами и принялась перебирать их, когда в помещении раздались шаги, заглушаемые пушистым ковром, постеленным на пол.

— «Тайны и любовь леди Катрин», — прочел за моей спиной знакомый голос название на обложке книги, которую я как раз собиралась ставить обратно на полку. Под названием был изображен кинжал, который оплетала шипастая ярко-красная роза. — Серьезно?

Я торопливо впихнула книгу в ряд таких же и, чувствуя, что начинаю улыбаться, развернулась.

— А что? По-твоему, история леди Катрин не может оказаться весьма интересной, поучительной, наставительной… — на последнем слове я не выдержала и прыснула.

— Честно? — спросил Адриан, пробегая глазами по корешкам остальных книг на полке, где все названия были примерно одинаковыми, и фыркнул. — Не может.

— Ты откуда? — поинтересовалась я, вспомнив, что не видела его со вчерашнего вечера, и обращая внимание на то, как он был одет — поверх рубахи на нем был черный жилет, украшенный серебристой вышивкой и перехваченный дорогим поясом, на котором поблескивали драгоценные камни. И вообще возникало ощущение, что архивампир снял с себя корону ровно за секунду до того, как вошел в библиотеку.

— Из Бэллимора, — подтвердил мои догадки Адриан. — Арлион Арлионом, а про государственные дела тоже забывать нельзя. Вот и приходится ежедневно переноситься порталами туда-сюда.

— Это из-за меня? — осторожно уточнила я. — Из-за меня ты не можешь спокойно заниматься делами в Вереантере?

Адриан отрицательно качнул головой.

— Нет. После появления твоего родственника на балу темные эльфы попросили помощи у Вереантера, и последние несколько дней мы вели переговоры с селендрийским королем здесь, в Лорене. Ну и в Бэллиморе надо было решить кое-какие вопросы… а еще я сообщил своим приближенным о нашей с тобой помолвке.

Я почувствовала, как сердце пропустило удар.

— И что? — убрать целиком дрожь из голоса мне не удалось.

— Ну… — задумчиво протянул Адриан, решив, видимо, не врать. — Не то что бы они были в восторге, но им придется смириться. В ближайшее время об этом станет известно всему Вереантеру, и тогда, конечно, будет веселее…

Я тихо застонала, и Адриан успокаивающе обнял меня. Я уткнулась носом ему в шею, стараясь отмахнуться от мыслей о вампирской знати, с которой мне наверняка в скором времени предстоит познакомиться, и которая уж точно не отнесется ко мне благосклонно.

— И, раз уж мы заговорили о помолвке, — продолжил Адриан, и я отстранилась от него. — Я предлагаю все же сделать все по правилам.

Он взял меня за правую руку и надел мне на безымянный палец изящное золотое кольцо с крупным изумрудом в окружении мелких бриллиантов. Я недоверчиво поднесла ладонь к глазам, с любопытством рассматривая украшение. Грани камня, который был размером с мой ноготь, вспыхивали в ярком свете зелеными искрами; оправа была немассивной, и кольцо смотрелось очень… благородно.

— Спасибо, — выдохнула я, любуясь блеском. — Красота!

Адриан довольно улыбнулся, а затем спросил:

— Ты пока никому не говорила?

— Сама — нет, но Оттилия и так догадалась, — сообщила я. — Кстати, она была рада. Но надо, конечно, рассказать, хотя вопросов будет… Кстати, — тут я посерьезнела. — Что ты собираешься делать дальше с Арлионом? Есть идеи?