Под угрозой уничтожения мира (СИ), стр. 22

Но больше всего меня беспокоило то, что случилось с остальными в Лорене. Ну, Оттилия и Кейн вроде живы, а как же остальные, включая родственников Эра? А Адриан?

В комнате открылся еще один портал, и из него вышло сразу несколько человек — магистры, которых я не знала, а впереди всех — мой знаменитый предок, принесший всему миру вообще и моей семье в частности столько бед. Темный эльф передвигался с непринужденной грацией, которой позавидовал бы любой танцор; на вид ему можно было дать не больше тридцати пяти лет. Вот только было в его лице что-то, что выдавало его настоящий возраст; это я заметила, когда архимаг увидел меня и быстро изучил с ног до головы. Суть не в том, что его глаза «светились мудростью», или что-то в этом духе, но при взгляде на эльфа у меня возникала отчетливая ассоциация с выжженной пустыней. В Арлионе Этари уже давно не осталось ничего человеческого, и любые свойственные человеку чувства, не связанные с ненавистью и злобой, были ему уже недоступны. А вспомнив о бойне во дворце, я окончательно поняла, что эльф все же безумен. Просто это безумие не бросается в глаза и оттого становится еще опаснее.

— Где Танатос? — коротко спросил он хорошо знакомым мне по моим снам голосом.

— Остался, — мрачно ответил Раннулф. — Его не убили, а только ранили.

Арлион слегка наклонил голову.

— Какая досада. Что ж, тогда не будем терять время.

С этими словами он открыл в комнате новый портал, в котором стали по очереди исчезать маги. Тассел слегка подтолкнул меня вперед, и я была вынуждена снова шагнуть вперед, чтобы опять перенестись демон пойми куда. На этот раз мы очутились в каком-то длинном коридоре, освещенном магическими светильниками. Там было несколько дверей, но все были закрыты, так что я даже примерно не представляла, где мы очутились. Арлион вышел из портала последним, и никто из магов не посмел сказать ни слова, пока тот не объявил:

— Через полчаса жду всех у себя в кабинете, а до той поры все свободны.

Только после этого присутствующие слегка расслабились и начали расходиться в разные стороны, не обращая на меня никакого внимания. Раннулф тоже исчез, а Арлион распахнул одну из дверей и кивком предложил мне войти. В этот момент я остро пожалела, что маги разошлись и оставили меня наедине с родственником, но деваться было некуда, и я, стараясь не показывать испуг, высоко подняла голову и зашла внутрь.

Комната была обставлена как кабинет, но было очевидно, что так было не всегда — разномастная мебель и обшарпанные голые стены свидетельствовали о том, что помещение много лет было заброшено. Где бы мы ни находились, я не могла разглядеть в единственном окне никаких опознавательных знаков, поскольку на дворе была ночь, и не могла определить, был ли это город, или же мы перенеслись куда-то еще.

Поскольку обстановка комнаты не могла мне ничего рассказать, я снова посмотрела на темного эльфа и спросила первое, что пришло мне на ум:

— Почему вы считаете досадным тот факт, что Танатос выжил? Вы настолько равнодушно относитесь к своим союзникам?

— Нет, — спокойно отозвался он, нисколько не задетый. — Как раз наоборот — я ценю своих соратников, и у них был приказ не бросать раненых. Но, учитывая присутствие архивампира, можно с уверенностью сказать, что Танатоса в ближайшее время обратят в вампира, и тот расскажет все, что знает, включая местоположение убежища. Жаль, конечно, но, по большому счету, свою полезность Танатос исчерпал, когда закончил шпионить за Кирианом в Академии. Так что пришлось сейчас сразу переносить всех сюда — а об этом месте известно только Раннулфу и мне.

Значит, вот в чем был смысл этого перехода из одного места в другое.

— Итак, — голос Арлиона стал деловым. Я молчала. — Полагаю, мне можно не представляться; кто ты такая, мне тоже хорошо известно. Раннулф и Танатос рассказывали мне о тебе, о чем-то я сам могу догадаться. Твой побег из-под ареста меня впечатлил.

— Я не буду вам помогать, — перебила его я, не дожидаясь конца фразы и вспомнив, о чем говорил мне Адриан.

Уж лучше сразу обозначить свою позицию. И какая разница, когда меня убьют за отказ — сейчас или десятью минутами позже?

Но Арлиона мои слова почему-то не рассердили.

— Почему? — с любопытством спросил он. — Насколько я могу судить, ты натура независимая. Я мог бы помочь тебе обрести свободу ото всех, отомстить всем тем, кто так несправедливо обошелся с тобой два года назад.

— Мне не нравятся способы, которыми вы обычно добиваетесь своего, — сухо сказала я.

— На войне все средства хороши, — пожал плечами Арлион. — Да и в мести, я полагаю, тоже.

— Мести? — переспросила я и понимающие усмехнулась. — Полагаю, предлагая мне месть, вы говорите об Адриане, а не о моих родных, оставшихся в Валенсии. Вы хотите убить его?

— Да, — согласился Арлион. — И, насколько мне известно, все твои беды начались именно с него, так что я не понимаю причин твоей… — он поискал слово. — … пассивности.

Проклятье, сколько же всех он успел обо мне узнать?!

— А насколько мне известно, он еще сын вашей возлюбленной, — резко ответила я, не сдержавшись. — Мне известно, как сильно вы ненавидите вампиров, но я не понимаю причин, почему вы так хотите убить того, кто в Кровавой войне вообще не участвовал!

Напоминание об Исабеле не разозлило архимага, но в нем что-то все же изменилось — словно в пустом, остывшем очаге внезапно затлели угли. Он пугал меня — по-настоящему пугал. Ведь за все это время Арлион даже не упомянул о том, что произошло в Лорене, хотя он только что попытался вырезать весь королевский двор! Выходит, подобные мероприятия с массовыми убийствами для него не событие, а просто какая-то ежедневная рутина!

Несколько секунд он задумчиво смотрел на меня, а потом протянул:

— Понимаю… Любовь, — он произнес это слово так, словно оно было ругательством, а я вздрогнула. — Как трогательно. А с учетом того, как Адриан пытается тебя защитить, полагаю, его чувства к тебе тоже далеки от враждебных, верно?

Я молчала, чувствуя себя удивительно беззащитной из-за того, что темный эльф сразу понял, что к чему, а Арлион улыбнулся, и от этой улыбки у меня волоски на руках встали дыбом.

— Магнус бы в гробу перевернулся, если бы узнал… Что же, жаль, что мне не удастся тебя уговорить, — темный эльф задумчиво прошелся по комнате, продолжая улыбаться своим мыслям. — Но я прекрасно знаю, что невозможно заставить влюбленную женщину отвернуться от возлюбленного, так что не будем больше терять время.

— И за то, что я не одобряю ваших методов, вы теперь убьете меня? — иронично спросила я, хотя на самом деле меня медленно поглощал страх.

— И как, интересно, я это сделаю, если на тебе защита архивампира? — недовольно осведомился Арлион. — На то, чтобы снять ее, у меня уйдет масса времени, которого у меня сейчас нет. Да и интересно будет узнать, на что готов пойти Адриан, чтобы спасти тебя.

Он выглянул на секунду в коридор, и на пороге почти сразу же возник очередной магистр-некромант.

— Запри ее внизу, — Арлион кивнул на меня. — Только учти, что на ней мощная защита.

Тот кивнул, и я торопливо вышла из кабинета, мечтая оказаться как можно дальше от архимага.

Глава 9

Некромант отвел меня вниз. Пока мы шли, нам по дороге никто не встретился, но я не делала попыток оглушить конвоира и сбежать. К чему, если здесь полное здание магов, с которыми я при всем желании не справлюсь? И пусть серьезного вреда они мне причинить не в состоянии, не сомневаюсь, Арлиону известна еще масса заклинаний, против которых я буду абсолютно бессильна.

Здание, в котором мы находились, напоминало старый заброшенный склад — голые стены без окон, просторные помещения, в которых не было никакой мебели, освещенные лишь тусклым светом свечей, на полу валялись рассохшиеся ящики и пыльные мешки. Подвал, в который мы спустились, тоже не выглядел гостеприимным, и я, оглядев каменные стены и вдохнув затхлый воздух, приуныла. Хорошо еще, что здесь не было сыро, и ручейки воды по всем наклонным поверхностям не стекали, так что можно было надеяться, что ревматизм у меня в ближайшее время не разовьется. Подвал находился целиком под землей, и здесь не было даже совсем маленьких оконец, которые могли бы находиться прямо под потолком и обязательно были бы забраны решетками.