Наместник, стр. 39

Пилот вывернул штурвал, острый угол падения резко сменился пологим спуском, и через несколько секунд шасси ударились о покрытие взлетно-посадочной полосы. Хм, наверное, мы далеко от моря и крупных рек. Иначе сели бы на воду.

— Это не резиденция хозяина, — Саан гаденько ухмыльнулся. — Он здесь всего на несколько часов, встречается кое с кем. Но у вас будет достаточно времени пообщаться, и задать свои вопросы.

— Непонятно только, зачем нужно было меня тащить в такую даль, — прошипела Марра, которой полёт явно дался нелегко. — Передай пилоту — ещё одна такая поездочка, и может забыть о сексуальной жизни до конца дней.

Трап опустился на землю, и снаружи пахнуло жарким сухим воздухом. Спускаясь вслед за ганьшийцем я думал о том, что координаты, в сущности, не важны. Всё равно передать их мы не сможем. И доберись один из нас до средств связи — джет хранителей не успеет доставить сюда Ингрид. Мы в пустыне. Небольшая долина, прячущаяся между скал. Не видно даже дороги, которая вела бы во внешний мир. Похоже, сюда можно добраться лишь по воздуху. В середине долины — дворец, стилизованный под гигантский камень. Взлетно-посадочную полосу спешно закрывают маскировочной сеткой, похожую накидывают на самолет, присоединившийся к четырем ждущим в сторонке собратьям.

— Спутник, — бормочет Джим, и я согласно киваю головой.

Теперь понятно, почему мы столько времени провели в воздухе. Ждали появления окна — когда над объектом не будет проходить один из бесчисленных спутников-шпионов на орбите. Вряд ли у Кастора не было средств изменить их траектории, или подчистить результаты съемки. Но постоянное вмешательство привлекает внимание — проще немного помариновать гостей в полёте. Команде Стоцкого ни за что сюда не добраться. Разве что сбросить Ингрид с парашютом. Интересное, наверное, получилось бы зрелище. Где мы? Юго-запад США, север Мексики, Средняя Азия, Ближний Восток?

— Без нужды из дома не выходить, — предупредил Саан, пока мы шли к входу. — Там есть всё необходимое. И кондиционеры. Снаружи адская жара, сейчас ещё утро, сами увидите. Совещание у хозяина продлится ещё час или два. Потом вы познакомитесь с его гостями. Это большая честь, и большой знак доверия с его стороны. Он встречается со сливками своей организации. С людьми, которые на самом деле правят вашей планетой, а не клоунами, которых вы именуете «президентами».

Они неплохо потратились, если сооружение предназначалось лишь для эпизодических встреч Кастора с верхушкой его секты. Огромный холл с мраморными колоннами и хрустальными люстрами, по всем углами — наёмники в штатском, но с армейскими автоматами в руках, услужливо улыбающиеся из-за стоек девушки-консьержи модельной внешности.

Но моё внимание привлекли не они. При нашем появлении из удобных кресел дружно встали две рыжеволосых красотки в облегающих платьях, и направились к Марре. Здесь они не считали нужным прятать за очками пронзительно-зеленые глаза.

— Сестрёнки! — радостно взвизгнула наша спутница, и холл сразу наполнился весёлым щебетанием трёх ведьм.

Я с грустью подумал, что сейчас идеальный момент для осуществления моего с Джимом замысла. Вот только наше секретное оружие находится за несколько тысяч километров.

Глава 24

— Надо попробовать, — Джим повторил фразу уже пятый раз за последние полчаса, заставив меня заскрипеть зубами от едва сдерживаемого раздражения.

— Это бутафория, — я старался говорить как мог терпеливо. — Нет там ничего. Никаких средств связи. В лучшем случае, выставим себя идиотами. А если даже ты прав, и оттуда можно позвонить — как ты думаешь, кто прослушивает звонки? В любом случае, им не успеть.

— Успеют, — убежденно зашептал двойник. — Мы в Аризоне, или Неваде. Я чувствую — это же мой дом. Не стал бы Кастор нас в Азию тащить. Хранители с девчонкой давно уже в Лос-Анджелесе. Меньше часа сюда добираться. Если бы сразу позвонили, всё уже могло закончиться…

Я с шумом выпустил воздух через ноздри, и посмотрел на огромные настенные часы, украшавшие холл. Джим был прав в одном — уже три часа мы сидели на диване, пялясь на красную телефонную будку, стилизованную под те, что показывают в кино о Лондоне двадцатого века. Американец почему-то полагал, что это не просто забавный предмет интерьера, а настоящая переговорная с внешним миром. Не разделяя его энтузиазм, я в любом случае не был готов поставить всё на карту, попытавшись связаться с людьми Стоцкого, присматривающими за Ингрид. Возможно, это провокация. Возможно, Кастор нас проверяет. В холле мы были предоставлены сами себе — охрана и миловидные консьержи подчёркнуто нас игнорировали, а Саан и Марра исчезли в компании её рыжих «сестричек».

Насчёт одного-двух часов Саан наврал. Мы ждали уже больше трех. Действительно, если хранители перевезли малышку-гибрида в Лос-Анджелес, что предусматривалось планом экстренной эвакуации, а мы на юго-западе Североамериканских штатов… нет, к чёрту.

— Линия наверняка защищена, — привёл я другой аргумент. — Им не отследить место. Даже если это не так — садиться они где будут? У них амфибия, воды тут рядом нет. Джеты с вертикальной посадкой в штатах запрещены, значит, новый им не достать. Придётся брать вертолет. А это уже совсем не час лету…

Где-то на втором этаже гулко хлопнула тяжелая дверь, и на ведущей с него витой лестнице появились участники совещания. Впереди с гордо распущенными белыми волосами спускался Кастор. Военную форму и монашескую рясу сменил дорогой костюм без галстука, и выглядел элт вполне мирным и довольным жизнью. Ни дать ни взять голливудский актер или профессиональный жиголо на заслуженном отдыхе. За хозяином семенил Саан с подобающим слуге выражением легкой озабоченности на лице. Но мне были интересней те шестеро, что следовали за ними. Некоторых я знал по многочисленным фото в интернете.

— Джеймс, Александр, — мы встали при приближении Кастора, и он поздоровался с нами пусть и подчеркнуто формально, но вполне благодушно. — Спасибо, что приехали. Господа, перед вами — важная часть нашего проекта, о которой я избегал распространяться ранее. Избранные. Те, кто поможет нам решить проблему Настройщиц. Уже помогли значительно продвинуться в этом вопросе.

— Альфонсо Гутьерес, — высокий улыбчивый латиноамериканец средних лет по очереди пожал руки Джиму и мне. Его я помнил по таблоидам — якобы непутевый отпрыск самого могущественного финансового клана Латинской Америки. Любитель яхт, спорткаров и знойных красавиц. Вряд ли он был такой уж мелкой сошкой в своём семействе, раз попал на встречу заправил мира.

— Джон Рокфельд, — даже модный костюм не помогал сухопарому старику выглядеть опрятно. Блеклый желтый галстук плохо скрывал пятно от яичного желтка на белоснежной рубашке, а длина брюк позволяла насладиться ядовито-зелеными носками. Ручкаться с нами один из фактических совладельцев Североамериканских штатов не стал. Тридцать лет назад Рокфеллеры, Ротшильды, Кеннеди, Клинтоны и ещё десяток наиболее влиятельных кланов в США объявили, что считают себя одной семьей. Мир содрогнулся, но проглотил пилюлю. Так же, как и США вслед за этим проглотили Канаду. Теперь уже никому не казалось странным, что оба кандидата на президентских выборах носят одну и ту же фамилию. Да и агитация заметно упростилась — «голосуй за Майка!» или «голосуй за Боба!», без лишних выкрутасов. Ни о каком Джоне Рокфельде я до сего дня не слышал. А может, и слышал — их наверняка десятки. В любом случае, вытянутое лицо с маленькими свинячьими глазками знакомо мне не было.

— Халид Абу Джафа, — ещё один смазливый псевдо-плейбой, на сей раз из рода, заправляющего в арабском мире. Это у него гарем из полусотни моделей? Тяжкая маскировка…

— Ли Чжоу, — пожилой китаец единственный из присутствующих столпов общества посмел предстать перед хозяином в джинсах и потертой замшевой куртке. Видимо, ему это было простительно — я смотрел на самого богатого человека в Поднебесной, контролирующего добрую половину мирового рынка электронных устройств.