Наместник, стр. 33

— Я согласен, — подал голос Билли. — Как-то всё слишком гладко. Они сейчас вроде как суетиться должны, по норам прятаться, а у них ничего — ходят на работу, по ресторанам, в клубы — всё как обычно. Точно гадость какую-то замыслили. Насчет бомбы вот не знаю. Нужна она им? Приедем, а там пятьсот этих самых… гибридов. И всё, кирдык.

— Их не может быть так много, — решительно оборвала его Джоан. — Мы давно установили алгоритм рождений Избранных. Сейчас получили данные от итальянцев и русских — всё то же самое. Девочки рождаются гораздо реже мальчиков. Мы знаем период, когда они начинали эксперименты. В общем, с учётом всех поправок, в лучшем случае у них пятнадцать-шестнадцать особей.

— Сколько? — поперхнулся Джим. — Ты их просто в деле не видела. Уверяю тебя — даже пять — это до чертиков много. В чистом поле растопчут наше воинство, и не заметят.

— Давайте не нагонять лишней жути, — предложил я. — Настройщицы чувствуют лишь одну. Если есть ещё, то они не обучены. Но эту единственную кто-то подготовил. Значит, скорее всего, где-то рядом взрослая ведьма. А может, весь ковен уже подтянули.

— И вы называете это «не нагонять жути»? — захихикал старик. — Значит, гибридов может быть шестнадцать — это если чудо-компьютер Джоан не ошибся, плюс семь ведьм. Вам, может, они нипочём, а нас запросто поджарят. Долго ли «включить» гибрида? Мы не знаем. Может, как вас — одним щелчком. Мне вот жутковато.

В дверь постучали. Не дожидаясь ответа, в комнату ввалился возбужденный очкастый юнец — одно из молодых дарований, входящих в команду техников Джоан.

— Мэм, — похоже, вопросы соблюдения субординации его вовсе не волновали, пусть в комнате находились и старшие офицеры ордена, и Избранные. — Мэм, мы нашли это! Ранчо на севере, километров пятьсот от Стокгольма! Мы уверены, девяносто четыре процента вероятности…

— Ну дык это, что с машинками-то делать будем? — в повисшей в помещении тишине голос Боба показался мне особенно неуместным.

— Они на мосту, — против обыкновения, голос Джоан звучал напряженно. — Пять минут до контакта с полицейским постом на шведской стороне.

— Ну, понеслась, — Верховный Хранитель набожно перекрестился, повергнув меня в изумление. Уж кому-кому, а ему должно быть известно о происхождении мира побольше, чем среднестатистическому христианину.

— Какие будут указания, господин контр-адмирал? — штаб операции расположился на эсминце ВМФ Североамериканского союза «Авраам Линкольн», и нам пришлось пустить в центр управления капитана, не входившего в число хранителей. Старик оказался большим авторитетом в среде моряков. Его с Джоан влияния хватило, чтобы убедить командование Европейским флотом выделить нам корабль под операцию, связанную с национальной безопасностью. По их расчетам, разоблачить аферу должны были в течение семидесяти двух часов, после чего им до конца жизни придётся прятаться далеко от родины. Наверное, небольшая цена за спасение человечества.

— Всё те же, — сухо ответил старик. — Быть наготове, и в случае необходимости прикрыть отряд ЦРУ ракетным огнём.

— Но, сэр, — капитан колебался между стремлением выполнить приказ легендарного морского волка, и вполне обоснованными сомнениями в его законности. — Я понял из брифинга, что террористы просочились в спецслужбы и полицию Швеции. Теракт в Стокгольме, да. Но ракетный удар по территории союзника? По его вооруженным силам? Это же акт войны…

— Сынок, пусть об этом болит голова у дядек в Пентагоне и Госдепе, — контр-адмирал успокаивающе улыбнулся. — Мне вот тоже это всё не сильно нравится. Будем надеяться, что до пальбы не дойдёт. Но ведь если они начнут первыми стрелять по ЦРУ, разве у нас будет выбор?

— Две минуты, — Джоан впилась руками в подлокотники своего кресла. Пяток юношей вокруг неё судорожно молотили по виртуальным клавишам, пытаясь одновременно отследить несколько сотен переменных как в районе вторжения, так и во всех известных точках нахождения противника.

— Сиреневый, сиреневый, — один из прыщавых молодчиков быстро передвигал голограммы перед своим лицом. — Пошёл сигнал. Отключения… двадцать два, сорок восемь, шестьдесят девять, сто одиннадцать, сто сорок два… всё, сиреневый минус.

— Оранжевый… пошёл Стокгольм, три потеряно, шесть, столкновение… команды Браво 2 и Дельта 1 под огнем… восемь потеряно… Альфа 3, Гамма 1 и Дельта 2 уничтожили объекты… Браво 2 потеряна… Дельта 1 отступила…

Капитан побледнел. Его не посвятили в систему кодов, но военному моряку вряд ли требовались пояснения. Колонну, якобы состоявшую из оперативников ЦРУ, засекли на мосту, соединяющем Данию и Швецию. «Сиреневый» сегодня означал, что члены организации Смерти начали отключать коммуникаторы, не давая возможности отслеживать их электронно. «Оранжевый» — что наиболее важные члены секты, которых пасли тройки американских оперативников, уходят от наблюдения.

— Тридцать секунд, — Джоан приподнялась из кресла, не открывая взгляда от экрана. После событий в Стокгольме полицейский пост со шведской стороны усилили. Теперь там дежурили сорок человек, включая минимум двоих хранителей Смерти. Несколько патрульных, увидев на камерах странную колонну, лениво выползли из здания, и направились к проезжей части.

— Заправщик, — тихо сказал контр-адмирал. Со шведской стороны на мост несся гигантский автопоезд.

— Выводите их! — заорал капитан. — Выводите, ракеты не успеют!

— Десять секунд, — прошептала агент АНБ.

Вспышка залила мониторы ослепительным светом. Огненный шквал несся вперед, сметая всё на своём пути. Бронированные «Гелендвагены» расшвыряло по мосту, часть снесло в воду, как и десятки гражданских машин, следовавших в обоих направлениях. Выживших не было. Просто не могло быть. Часть пролётов моста обвалилась, как минимум на несколько дней перекрыв этот путь на полуостров.

— Господи, сэр, — капитана трясло. — Господи, триста агентов… Но ведь их убили не полицейские… Какие указания, сэр? У вас есть цели?

— У нас есть цели, — холодно подтвердил контр-адмирал. — Но пока вы можете быть свободны, Джейкоб. Мы определимся со следующей стадией, и дадим вам знать.

Капитан вышел, скорбно качая головой. То ли действительно переживал за погибших соотечественников, то ли беспокоился, как факт их массового убийства у него под носом скажется на карьере. Переживал он зря — единственным агентом ЦРУ на мосту был бедняга Боб, которому выпала сомнительная честь возглавить подготовленную им колонну. Остальные три сотни сгоревших заживо набрали из местных бездомных и нелегальных эмигрантов. Люди без семей и прошлого. Их хватятся, но не сразу. На том, чтобы в машинах двигались именно триста человек, настоял я. Гуманист Джим хотел нанять только водителей, но вдруг у противника имелись тепловизоры? Теперь хранители Смерти могли праздновать первую победу, полагая, что от американского ордена ничего не осталось.

— Статус, — потребовал старик.

— Уничтожены четыре из двенадцати объектов под наблюдением, — доложил один из чудо-мальчиков. — Мы потеряли пять человек. Наш провал выглядит вполне убедительно. Метки действуют. Объекты избавляются от одежды и транспорта. Есть сорок три активных сигнала. Похоже, все движутся в одном направлении. Это где-то в предместьях Стокгольма.

— Пятьсот километров к северу, говорите? — хмыкнул командующий. — Что ж, пора нашему десанту объявиться и там.

Я смотрел на один из мониторов, на котором маленькие красные точки медленно ползли по карте, собираясь в кучку возле столицы. Мы имели дело с профессионалами. Они знали, что коммуникаторы, машины и даже предметы одежды после сигнала тревоги должны отправиться в утиль. Но себя-то списать они не могли. Во всяком случае, не зная, что в последние пару дней им скормили микроскопические маячки из запасов АНБ. Увы, времени было мало, и фокус удался лишь с четырьмя десятками адептов секты. Тем не менее, вполне достаточно, чтобы понять, где настоящая точка сбора. Не там, где на удаленном ранчо нас ждёт атомная бомба вместе с несколькими фанатиками, готовыми умереть ради святого дела.