Апрель (СИ), стр. 39

— О, Господи! — Лис закатил глаза. — И что я с вами связался, мало было мне приключений… Апрель, пошарь тут, аптечка есть какая-нибудь? Я по-гатрийски читать не научился. Надо в неё успокоительное влить, пока она себе не надорвала что-нибудь.

Я полезла наугад в такие месте, где в гатрийских домах обычно держат лекарства в специальных ящичках, имеющих секретные замки от детей. Аптечка нашлась. Пока я перебирала баночки и коробочки, вчитываясь в названия, меня саму стала бить дрожь.

Я вдруг поняла, что случилось. То есть поняла-то я это сразу, что тут непонятного. Но теперь пришло осознание.

У гатрийцев тоже есть презумпция невиновности. Если ты вину отрицаешь, наступает обязанность следствия её доказать. Но если обвиняемый вину признаёт, на том и порешают. Шокер вину свою не отрицает. Правдивы или нет те свидетельские показания, уже не играет роли. Если Шокер не станет себя защищать, ничего не спасёт. Титул — это лишь отягчающее обстоятельство, это означает, что преступление совершено кем-то из элиты, а значит, гнусно вдвойне.

Лорд Андрей Клайар! Вот так сюрприз из мусорной кучи… Как же это я в домике на шхерах так промахнулась? Имя выпытала, а фамилию — не догадалась.

— Ну что, нашла что-нибудь? — подошёл ко мне Лис.

— Да, вот это, — я сунула ему пластиковую бутылочку. — Чайную ложку на стакан воды или просто в рот влить, если пить не сможет, только чтобы не выплюнула.

— А это можно беременным?

— Думаю, да. Тут одни пряные травы. Только с дозой аккуратно, не ведром черпай.

— Эй, а ты-то как? — понизив голос, спросил он.

— И мне стакан организуй, если не трудно, — попросила я. — Что-то я ничего не соображаю.

Через минуту Лис вручил мне стакан, пронзительно пахнущий лекарственной травой, несмотря на то, что жидкость была совсем прозрачная. Я заставила себя выпить, а потом присела на стул, закрыла глаза и слушала, как ребята воюют с Лали. Кажется, им удалось скрутить её и влить лекарство. Её вой постепенно сошёл на нет, и когда у меня в голове, наконец, всё прояснилось, Лали уже тоже сидела за столом, обессилевшая, но живая и притихшая.

— За нами ведь тоже должны прийти? — уточнил Скай. — Вряд ли кто-то поверит, что никто из нас ничего не знает.

— Скорее всего, — сказал Лис. — Даже странно, что нас следом не повели.

— Это потому что мы с вами не аристократы, это раз, и всё равно под колпаком у курьерского департамента, это два, — пояснила я. — Нами займётся командор.

— Это если кто-нибудь уже не занялся им, — ухмыльнулся Лис. — Учитывая порочащие его родственные связи, это было бы не удивительно.

Я вынула свой телефон, нашла нужный контакт и вызвала командора. В этот раз мне пришлось слушать длинные гудки очень долго, пока, наконец, трубка не отозвалась раздражённым:

— Ну?

— Йан, у тебя всё в порядке?

— С каких пор тебя это занимает? — искренне удивился он.

— Ты где сейчас?

— Дома. С женой и племянницей, — устало отозвался Йан.

— Мне с тобой поговорить надо.

— О чём? Проститься хочешь? Ну так… простились уже. Больше не стоит. Но спасибо, что вспомнила.

— Йан, это срочно.

— Я с семьёй ужинать собираюсь.

— Йан, только что Андрея арестовали.

Наступила пауза.

— Ты где сама? — наконец, спросил командор.

— В городке. Я в гостях у его ребят.

— Давай тогда… через пятнадцать минут в доме на канале, — распорядился Йан. — Устраивает?

— Да, хорошо.

Я убрала телефон, посмотрела на ребят.

— Я пойду поговорю с командором.

— Давай я с тобой, провожу, — вызвался Лис.

— Нет, оставайся с ними. Не бросай Ская, мало ли что.

Я быстро ушла, чувствуя, как первая паника, которую так легко можно заглушить целебными гатрийскими травками, уступает место глухой и вязкой тревоге, от которой не бывает лекарств.

Мой старый знакомый серый домик на канале стал ещё прекраснее. Теперь из окон лился мягкий свет, а в саду появилось много зелени. Главные ворота были не заперты, и я свободно прошла к крыльцу. Здесь мне пришлось позвонить.

Дверь мне открыл молодой мужчина в униформе, низко поклонился на пороге.

— Госпожа, лорд Клайар наверху… — произнёс он по-русски с сильным акцентом. Йан уже и прислугу мне успел подобрать?

Я пронеслась мимо лакея… или как тут их называют… вечно я путаюсь в этих названиях. И эта «госпожа»… села на ежа… Нет, куда мне с моим-то рылом и незаконченным средним образованием в приличный гатрийский дом…

Перепрыгивая через ступеньки, я поднялась наверх и вошла в комнату, дверь в которую была открыта. В ту самую спальню, в которой мне так ни разу и не довелось переночевать. Не стоило дожидаться утра, чтобы понять, что на рассвете эта чудесная комната просто превосходна. Огромное окно-эркер выходило в сад, и солнце действительно должно было заливать комнату светом. Сейчас же окно было занавешено плотной серой шторой, и в свете двух торшеров, стоящих по углам, были видны изумительной красоты нежно-розовые цветы вишни на бледно-голубом, как майское небо, фоне. Не просто обои на стенах: цветы начинались ближе к верху и переходили на потолок, такой же голубой. И огромная кровать посреди комнаты оказалась словно под цветочным покровом. И у меня дыхание перехватило.

Сзади раздались шаги.

— Нравится? — спросил Йан. — Неплохо получилось… Жаль, что никому это теперь не нужно.

Я обернулась.

Командор сбрил с лица всю лишнюю растительность. Он шёл ко мне такой помолодевший и суровый, весь такой невозможно великолепный. Умеешь же ты очаровать, лорд Йан Клайар. И в душу плюнуть тоже мастер.

Он подошёл и собрался, как старый приятель, чмокнуть меня в щёку. Я отступила назад:

— Не надо, Йан. Просто здравствуй.

— Здравствуй. Рассказывай по порядку.

— Я была с ними, с Шокером и его группой…

В кармане у Йана зазвонил телефон. Он вынул его, глянул на экран и вскинул руку:

— Извини, пожалуйста! Я должен ответить.

Я замолчала.

Йан знал, с кем имеет дело, и динамик свой давно отрегулировал так, чтобы я ничего не могла расслышать. Поэтому я слышала только его.

— Да, слушаю… Я помню вас… Вот как?.. Продолжайте, Альдон… В чём его обвиняют?.. Основания?.. Этим показаниям можно доверять?.. Спасибо, Альдон, я учту. Я могу просить о свидании с братом?.. Понимаю, что не сразу. К кому мне лучше обратиться?.. Да, зарегистрируйте заявку на двоих. Брат и… невеста.

Йан ещё что-то выслушал и, уже после слов прощания, вдруг воскликнул:

— Секунду, Альдон! Не могу ли я узнать, чей донос в материалах дела?.. Хорошо, не донос, показания. Чьи они?.. Я не собираюсь оказывать давление… Ну, раз не положено, тогда ничего не поделаешь. Спасибо, Альдон!

Йан убрал телефон и с минуту молчал, уперев руки в бока и задрав голову к вишнёвым цветкам на потолке.

— Можешь и не рассказывать, вот мне всё и сообщили, — сказал он наконец. — Это офицер департамента безопасности Альдон, бывший школьный приятель Андрея.

— Он и командовал арестом.

Йан кивнул.

— Не хочет говорить, чей донос, — проворчал он раздражённо. — Хорошо хоть заявку на свидание взял сразу.

— Вряд ли Лали будет в состоянии пойти.

— Кто?

— Лали. Девушка из группы Шокера…

— Какая ещё, к дьяволу, девушка?! — рявкнул Йан. — Я тебя имел в виду!

— А какая я, к дьяволу, невеста?!

— Это неважно, — отмахнулся командор. — Свидание дают только родне. Невесте — тоже дадут. Невеста у вдовца вполне может быть. Андрей, похоже, тебе доверяет. Лучше, если мы пойдём к нему вдвоём.

— И как, по-твоему, я смогу выдать себя за гатрийку?

— У тебя же абсолютный слух, ты говоришь без акцента.

— Зато у меня из документов только личная карточка чужака и неподходящий чип в руке.

— Мы пойдём вдвоём, а со мной у тебя не будут требовать никаких документов и не будут проверять чип.

— А если будут?

— Не будут, — отрезал Йан.