Войны Миллигана (ЛП), стр. 87
Во время дачи показаний Шумейкер продемонстрировал, что в его распоряжении находится множество документов по делу Билли, но, кажется, он не знал о существовании многочисленных деталей, зафиксированных в его же личных архивах. Несколько раз Кура протягивал ему документы, связанные с основными процедурами службы УДО, в которых местные представители службы докладывали, что уведомили терапевтов Билли о том, что их пациент находится на условно-досрочном освобождении, следовательно, он должен поддерживать связь с региональными отделениями учреждения.
Шумейкер утверждал, что местные представители его службы действовали самостоятельно, без его разрешения. Затем, вновь подчеркнул он, с 1977 года Билли Миллиган более не подчиняется службе УДО и, по его мнению, он должен провести за решеткой в штате Огайо еще 13 лет.
Документы службы УДО были в полном беспорядке. Все бумаги хранились без какого-либо принципа сортировки данных: они не были сгруппированы ни в хронологическом порядке, ни по виду документа. Досье Миллигана состояло из набора записок, газетных вырезок, отчетов и писем, разложенных, как попало, по разным папкам и раскиданных по разным отделам. Джим Кура начал склоняться к тому, что служба УДО умышленно разбросала документы, чтобы помешать адвокату Билли Миллигана найти ту деталь, которая так была ему нужна.
Слушание свидетельских показаний затянулось и продлилось дольше, чем было предусмотрено.
Помощник Шумейкера Ник Сэнборн, начальник отдела надзора за условно-освобожденными заключенными, ждал своей очереди за пределами бюро, в обществе адвоката, назначенного на это дело генеральным прокурором. День близился к обеду. Все трое, включая Джона Шумейкера, решили сходить поесть, прежде чем начнется второе слушание.
Перед отъездом Сэнборн протянул Куре папку документов:
— Ваше бюро просило нас передать остальные документы о Миллигане. Вот, если хотите, можете взглянуть.
Кура поблагодарил его и положил коробку на стол.
Билли вышел купить на обед хот-доги, пока Кура просматривал документы. Пролистывая их, он наткнулся на фотографию Билли с рогами и перерезанным горлом. Он отложил ее в сторону, чтобы предъявить ее в суде, во время перекрестного допроса.
Затем Джим вдруг увидел кое-что и замер от неожиданности. Он узнал дрожащую подпись Шумейкера внизу страницы. Кура осторожно вытащил вышеупомянутый документ и внимательно прочитал его:
«Штат Огайо
Служба условно-досрочного освобождения
Специальный экземпляр — R/W/A/L
— Принимая во внимание, что Уильям С. Миллиган, № 8 924 LEC1, приговорен к наказанию в виде лишения свободы на срок от двух до пятнадцати лет и находится под надзором службы УДО с 25.04.1977;
— принимая во внимание, что он считается совершившим побег с 04.07.1986;
— принимая во внимание, что директор Отдела по контролю за освобожденными по УДО порекомендовал считать вышеупомянутого Уильяма Миллигана освобожденным по УДО во время его побега, начиная с 09.12.1986;
— принимая во внимание, что руководитель службы УДО тщательно изучил все детали и данные, имеющие отношение к этому случаю, находящиеся в его распоряжении;
настоящим, служба УДО, в силу своих полномочий, переданных ей в соответствии со статьей 2967.15 пересмотренного Свода законов Огайо, пересматривает меру наказания, применяемого в отношении вышеупомянутого Уильяма С. Миллигана, который был досрочно освобожден с 09.12.1986, под контролем и наблюдением Отдела по Контролю за Освобожденными по УДО. Подписано и заверено печатью лично мною.
10 февраля 1988,
Коламбус, Огайо.
Джон У. Шумейкер, руководитель службы УДО».
В верхнем правом углу можно было прочитать следующие слова, набранные печатной машинкой: «Вычесть время: 5 месяцев и пять дней». Вот он — этот документ, о существовании которого говорили другие адвокаты, помогающие Джиму. Документ, который сыграет ключевую роль в деле Уильяма С. Миллигана! После долгих поисков, Кура, наконец, держал в руках доказательство того, что Билли отбывал свое наказание, находясь на свободе, по решению службы УДО!
— Я нашел! — радостно воскликнул он, справившись наконец с оцепенением.
Билли, отбросив хот-доги, подбежал и в спешке прочитал содержимое документа, после чего на лице Миллигана появилась довольная улыбка:
— И это подписано рукой Шумейкера! Этот документ противоречит тому, что недавно он заявлял в качестве свидетеля!
— А еще это доказывает, что время, которое ты должен провести под контролем службы УДО, подходит к концу, — добавил не менее довольный адвокат.
Они пошли в копировальный зал и сделали дюжину копий.
— Я хочу сохранить его себе, — все еще сияя, сказал Билли. — Сохранить на память. Это мой билет на свободу!
Когда Сэнборн вернулся с обеда и сел на место свидетеля, Кура пытался не показывать своего волнения. Один из его преподавателей в юридической школе сказал как-то: «Если у вас есть что-то, способное разрушить показания свидетелей на перекрестном допросе, то будьте сдержанны. Задавайте вопросы так, будто на самом деле вы ничего не знаете — заставьте его поверить в это. Позвольте ему отрицать факты снова и снова, не возражайте ему. И в один прекрасный момент просто достаньте документ, который разнесет в пух и прах все его лживые показания. Это момент, о котором мечтает и которого ждет любой адвокат».
Кура держал в руках документ именно такой разрушительный силы. Оставался лишь грамотно и эффективно воспользоваться этим.
Семью неделями позже, Билли Миллиган, одетый в черную футболку с надписью «Терминатор 2: Судный день», предстал в зале суда перед судьей С. Говардом Джонсоном.
Судья попросил присутствующих адвокатов представиться для протокола заседания. Каждый из них встал и назвал свое имя.
Когда все представились, Джим Кура вновь поднялся и назвал имя еще одного человека:
— А также дух Гэри Швейкарта…
Джонсон уважительно кивнул головой.
Началось заседание. После того, как судья дочитал последний доклад совета психического здоровья, он поднял голову и объявил:
— По-видимому, мистер Миллиган не страдал серьезными психическими расстройствами в момент составления этих отчетов, и нет ничего, что указывало бы, что он представляет опасность для себя и окружающих, — судья Джонсон говорил громко и отчетливо. — По мнению психиатров, Уильям Миллиган больше не нуждается в постоянном контроле. Все указывает на то, что Миллиган контролирует свои действия на протяжении уже достаточно долгого времени и не представляет никакой угрозы обществу.
1 августа 1991 года в 4 часа судья С. Говард Джонсон постановил полностью освободить Билли Миллигана от психиатрического и юридического контроля.
Билли встал, еле сдерживая свое волнение и ликование.
Друзья и сочувствующие окружили его, чтобы пожать руку и дружески похлопать его по плечу. Приняв поздравления, он направился к выходу: сначала неторопливо, с достоинством свободного человека.
Затем Билли — все же не выдержав — в радостном волнении выбежал из зала суда.
Эпилог
Хотя Кэти, сестра Билли, уже привозила меня на ферму Челмера в Бремене, штат Огайо, вместе с самим Билли я никогда здесь не был.
Как-то осенью 1991 года, во время телефонного разговора, Билли Миллиган сообщил, что хочет снова увидеть это место и просит меня составить ему компанию.
— Ты уверен, что это хорошая идея? Это может быть слишком больно.
— Нет. Ничего подобного. Я хочу вернуться.
Мы договорились, что поедем туда через день.
Билли был за рулем. Когда мы съехали с шоссе 22, чтобы поехать по дороге на Иерусалим, я заметил, как он побледнел.
— Ночью эта дорога навевает воспоминания, — признался он мне. — Тогда на этих полях добывали природный газ. Вся округа была освещена. В первый раз, когда он привез меня сюда, мне казалось, что он тащит меня в ад.