2 Разбойник с большой дороги(СИ), стр. 7

-А девушка молодец, не растерялась, - похвалил Иридос, внимательно посмотрел на сородича, потом на Годренса и понимающе хмыкнул, - похоже, тайны у вас до сих пор общие.

-Он мне друг... и однажды спас, - не принял шутки Вирд , - но сейчас некогда об этом говорить, нужно решить, как поступим с домом Чатонде, и не пора ли забирать оттуда Дору. Она конечно смелая и умная... но боюсь, родичи Года не оставят ее в покое. Уж очень им хочется укусить его побольнее, и не только в отместку за выданный когда-то кошель. Довольно тощий, могу вас заверить, дядюшка посчитал каждый кусок хлеба, съеденный племянником. Теперь родичи злятся на него и за презрение соседей, осудивших их за измывательства над сиротой, и особенно за появившийся у него дар. Уходящие мимо их жадных лап деньги, вот что не дает спокойно спать старосте дома Чатонде и его матушке.

-Идите туда, - тотчас решил глава дома Тинерд, - а мы придем следом, минут через пять. У меня есть одна мысль... и предупредите хозяев о новых гостях, не стоит их пугать заранее. А Дору я слышу... сейчас она распутывает свое одеяние и ругается... очень хорошо, моей жене понравилось бы.

Прикидываться слабеньким магом Вирд не пожелал, одним махом перенес ученика прямо на крыльцо дома Чатонде и дернул шнурок звонка.

О том, что никто их так рано не ожидал, магам сказало испуганное лицо парня открывшего дверь и тут-же попытавшегося захлопнуть ее прямо перед носом гостей.

Хотя он и должен был бы знать, как не любят таких шуток прошедшие практику в человеческих землях маглоры. В последние девять лет они стали намного больше рассказывать о себе и своем плато, да и вмешиваться в кажущиеся им несправедливыми действия людей тоже стали значительно решительнее.

В следующий миг неучтивый дроу сидел на защищающем крыльцо навесе, а маги спокойно входили в полумрак дома, скупо разбавленный светом одной тоненькой свечки.

-Кто там? - раздался раздраженный мужской голос и Вирд уверенно направился к приоткрытой двери, за которой рассмотрел сразу пять аур различной яркости.

Но ни одна и близко не могла сравниться с ореолом, сияющим вокруг его ученика в те редкие моменты, когда он не считал нужным скрывать ее заклинанием изобретенным отцом и подправленным самим Вирдом.

-Свои, - уверенно заявил маглор, распахивая магической лапой дверь и окидывая внимательным взглядом мужчин, собравшихся вокруг стола, на котором лежал на подставке изящный брачный браслет, - а можно узнать, что вы собираетесь делать с этой вещицей?

-Просто любуемся на красоту плетения, - ядовито заулыбался Фил Чатонде, бывший самым старшим из присутствующих, - а вот когда это мы приняли вас в родню, я, извините, не припоминаю.

-Ваш племянник семнадцать лет назад поступил ко мне в ученики, - хладнокровно пояснил магистр, - а учителя у магов, как всем известно, становятся близкими по духу людьми. А теперь позвольте мне забрать этот браслет, хочу добавить в него парочку защитных заклинаний, пока есть время.

-Мой внук не предупредил нас, что намерен пригласить учителя, - едко прокаркала сидевшая в тени немолодая дроу, явно считавшая слабенький отвод глаз достаточной защитой.

-И друзей, - сообщил Вирд, спокойно забирая магической лапой браслет и подвешивая его перед собой, - а зачем же вы трогали щиты? Да еще и так грубо... верхнее заклинание служит укрепляющим и если его не снять, саму защиту изменить невозможно.

Он нарочно влил в браслет побольше энергии и позволил ей свободно заполнять нити плетения, чтобы яркими сполохами могли полюбоваться и самые слабые из присутствующих магов.

-Какие еще друзья? - нахмурился хозяин, - мы не готовы принять чужих.

-Не готовы? - изумился учитель, остановив взглядом попытавшегося открыть рот Годренса, - а мой ученик сообщил что отправил сюда достаточно денег и продуктов. Может, вас обманули лавочники? Так я мигом выведу их на чистую воду.

-Мой сын неправильно выразился, - зло поджала губы старуха, - мы просто не стали много готовить, лето, жара...

Ее сыновья и внуки кисло поморщились, бабка только что почти откровенно призналась, что им не под силу кастовать на продуктовый подвал постоянное заклинание холода. Хотя на самом деле не делали они этого совсем по другой причине, обычно хранившиеся в доме продукты вмещались в один ларь.

-Это мы исправим... - легкомысленно отмахнулся Вирд, - лишь бы свадьба получилась красивой и светлой. Кстати, вам не пора зажечь свечи и начинать готовится к выходу невесты?

-Мы сами знаем... - буркнул, поднимаясь со стула дядя Годренса, и в этот миг в прихожей, дверь в которую никто так и не прикрыл, вспыхнул яркий свет и оттуда раздались громкие, уверенные голоса, - а это еще кто?

Лицо Фила Чатонде покраснело от возмущения, и он уже даже рот приоткрыл, намереваясь отчитать бесцеремонных гостей и вдруг резко остановился, потрясенно рассматривая знакомые всем по портретам, описаниям и профилям на монетах лица.

Иридос ди Тинерд, глава самого известного в Дройвии старшего дома, Гуранд ди Сартено, глава совета магов и сам правитель, Изиренс ди Минхор. А с ними три женщины, одна постарше и две совсем молодых, с вызывающей откровенностью украшенные амулетами и поясками, какие носят только потомственные ведьмы.

-Гости, - невинно хмыкнул Вирд, ни на шаг не отходящий от ученика.

Пусть он и вырос со временем в очень сильного мага и отлично умеет держать себя в руках, но сейчас нервничает и злится как зеленый новичок. Словно не понимает, что теперь за жизнь и безопасность Доры отвечают намного более могущественные маги, и никому уже не удастся причинить ей никакого вреда.

И потому лучше не отпускать его от себя, в таком состоянии Год может наделать ошибок, за которые сам потом будет себя корить.

-Но мы же объяснили... - начала недовольно выговаривать бабушка, но в этот раз сообразительные родичи не дали ей закончить обвинительную речь, дружно оттеснив старуху за собственные спины.

Но она уже успела заметить, как решительно поднимаются по лестнице прибывшие с гостями женщины, и словно взбеленилась.

-Куда это они идут? Это не по закону!

-Я имею право издавать и нарушать законы Дройвии, - негромко и холодно процедил Изиренс, следя за уходящими женщинами, смутно похожими между собой, словно они были родственницами.

Впрочем, ведьмы обычно держались стайками, сестры, матери и дочери, так что в этом не было ничего необычного.

Маги дома Чатонде поторопились кастовать на упорную бабку сон, сунули её в дальнее кресло и снова загородили своими спинами, точно зная, сколько едких упреков придется выслушать, когда она проснется.

Некоторое время все стояли безмолвно, на робкое приглашение Фила присесть гости ответили презрительным молчанием. И встрепенулись лишь в тот миг, когда на верхней площадке появилась одна из молодых ведьм.

-Девушка жива и невредима, - немедленно сообщала она, и Годренс перевёл дух. А ведьма хмуро глянула на Фила Чатонде и сердито добавила, - но была привязана за одежду и украшения к ножкам кресла и сундукам и ей пришлось разрезать покрывала, чтобы свободно дышать. Там горит два десятка больших свечей, и в некоторые из них добавлены травы... сонница, синяя хмарь и дурманика. По одной они служат для снятия боли и как снотворное...

-Пусти, - дернулся Год, и возмущенно засопел, ощутив опутывающие его с ног до головы невидимые воздушные плети.

-Извини. Но они и без нас сделают всё, необходимое, - мягко улыбнулся ему Иридос ди Тинерд, - моя жена и её помощницы сильные целительницы. А мы пока послушаем хозяина... за что он приговорил к удушью невесту своего племянника? И снимите сон с той старухи, она, как я понимаю, самый главный свидетель.

-А мне кажется, не стоит нам сейчас с ними разбираться, - внезапно возразил ему магистр Сартено, - мы все свидетели, что эти дроу готовили преступление, и пусть их допрашивают опытные дознаватели. Лучше отправить всех в тюрьму и самим перейти в мой дом, я уже отдал приказ готовить свадебный ритуал. И пусть потом они попытаются признать его недействительным и протянуть руки к имуществу Годренса. Кстати, а не желаешь ли ты выйти из дома Чатонде и вступить в дом Сартено?